Операция «Сепарация»
Шрифт:
Мы-то с вами знаем, что не должны. Все люди адекватны только своим представлениям о мире и людях. Если мне кто-то нахамил без причины, это не потому, что со мной что-то не так, а потому что у этого человека такая реакция на моё проявление.
Этому есть доказательство от обратного: если я не хамлю, то уж точно не потому, что вокруг меня сплошные одуванчики. Это мой осознанный выбор. Иногда просто привычка.
Никто никому не должен
Это болючая фраза не про равнодушие. В современном мире её используют чаще в эгоистичном
Но на самом деле это про то, что зрелый человек проживает свою взрослую жизнь не из долженствования, а из осознанного выбора: я выбираю дать родителям, детям, стране. Потому что по-взрослому вижу, что могу им дать, и что они дают мне взамен. Без ожиданий, что они сделают такой же выбор. А когда кто-то вдруг попадёт в точку удовлетворения моих ожиданий, то это не норма, а чудо, за которое можно поблагодарить.
Я благодарю другого за его выбор дать мне то, что мне подошло. А если не подошло, спокойно говорю ему об этом.
Выбрать просто говорить людям о своих состояниях и эмоциях – необходимость. Чтобы ожидание волшебных приступов телепатии от других людей снижалось. Ну, и задавать вопросы, если что-то непонятно.
Я, кстати, этого не умела. Спрашивать, говорить своим детям о своих чувствах? Нет. Такая привычка. Но ведь мы все живые люди. Нам можно испытывать любые эмоции. Заявлять о своих чувствах – нормально, решила я и заработала лапками.
Лягушачьи лапки
Чтобы установить с близкими сердечный контакт, мне нужно было научиться не бояться говорить им то, что чувствую. В «я-сообщении»: я злюсь, я сержусь, я обижена. Без обвинений и претензий.
Мы имеем права на свои чувства. А главное – ответственность за них берём на себя! Я долго тренировала это – не перекладывать на других ответственность за то, что чувствую, за то, что происходит в моём внутреннем мире. Твердила себе:
без обвинений, ожиданий, без претензий,
без обвинений, ожиданий, без претензий,
без обвинений, ожиданий, без претензий.
После того, как приучила себя вываливать чувства на бумагу, у меня уже получалось сохранять внутренний ресурс. Да и отслеживать привычные сценарии стало проще. Я тренировалась на всех:
– снижать уровень ожиданий,
– проговаривать свои потребности и эмоции в «я-сообщении»,
– не обвинять с лёту, когда что-то не так,
– задавать вопросы, если были не понятны реакции или поступок других,
– не требовать, чтобы меня обслуживали.
Кстати, по поводу последнего. Понять, что муж и дети не обязаны выполнять мои функции, как хозяйки дома, и научиться просить о помощи мне помог курс психолога Романа Гриценко по родительскому коучингу. Там я освоила технику «ты-я-мы», через которую стала строить конструктивные обращения к мужу и детям.
1. Ты. Проговаривала их потребность.
2. Я. Озвучивала свои чувства и потребности.
3. Мы. Предлагала выход и готова была договориться, чтобы найти общее решение.
Например, вместо того чтобы наехать на мужа, который
лежит на диване после работы, научилась говорить так: «Солнышко, я понимаю, что ты устал на работе и не хочешь ничего делать по дому. (ты) Я тоже устала на работе и тоже ничего не хочу делать. (я) Давай я приготовлю ужин, а ты помоешь посуду и сделаешь с детьми уроки? Или наоборот. Как тебе лучше? (мы)»Сначала получалось коряво. Я была слишком прямолинейна и авторитарна (мамин сценарий) и умела только приказы отдавать. Дети и муж, к которым я, неловко выстраивая фразы, подъезжала с «ты-я-мы», смотрели недоверчиво и искали подвоха. Я внутри бесилась, но продолжала. Через время всё стало получаться, и скоро я поняла, что таким методом гораздо проще строить доброжелательные отношения. Было даже весело, когда научилась добавлять в «ты-я-мы» немного юмора.
Техника «ты (твои потребности) – я (мои потребности) – мы (наши потребности) отлично работает.
Надеюсь, что через меня ей обучились и мои дети. Ведь ребёнок всегда берёт от родителя самые выгодные сценарии. Мне, правда, пришлось научиться принимать их подростковую эмоциональную неустойчивость, раздражительность, тревожность и разрешить им честно сообщать о своих чувствах и мыслях. Разрешить, потому что себе я этого не разрешала. И – бессознательно! – им тоже запрещала. Так я о них заботилась.
Вовремя вспомнила, что сама была подростком, что хотела говорить о том, что чувствую, но боялась сделать это как-то не так или получить не такую реакцию, как ждала. Ведь я уже только во взрослом возрасте поняла, что не паршивый характер, а гормональные перепады лишают подростков опоры. Что они не всегда могут управлять собой во время вспышек озлобленности или раздражения именно по физиологическим причинам.
Я училась принимать любые их чувства и зеркалила в ответном «я-сообщении». Перестала быть идеальной мамой, которая выдерживает всё, а потом взрывается на ровном месте, потому что пружина слишком долго была сжата. Говорила им о своих чувствах сразу. Не обвиняя в том, что чувствую. Это мои чувства. Моя реакция на происходящее вокруг.
Это всё было совсем не так, как у нас с мамой. Мне нужно было научиться этому, чтобы легче отрезать детей от себя, когда придёт время. Я готовила их к разным поворотам судьбы. Позаботилась, чтобы они находили опору в себе, если что-то идёт не так. Сейчас им обоим уже за 24, и я вижу, что у меня получилось.
Хотя, отработать эту технику с мамой оказалось в разы сложнее. Слишком сильной была моя привычка то подчиняться, то бузить. И мамина привычка управлять всем единолично.
Челлендж 5П. Понять
В челлендже, который я начала в мае 2021 года, когда привезла маму после инсульта к себе, у меня была одна задача – сепарироваться. Для этого я поставила себе задачу подняться по-быстренькому по пяти ступенькам: понять, познать, принять, простить, полюбить её проявления и продержаться одну неделю на пятой ступени тотальной любви и принятия. Это было наивно, конечно, но я хотела, чтобы мы с ней научились любить друг друга без ожиданий и претензий. Не как мама и дочка, а как две полноценных зрелых личности.