Орехи

Притянув его за шею, стала целовать, медленно, сладко и так долго. Лео поцеловал меня с языком, вызвав у меня мурашки по всему телу. Первоначальная жажда была утолена, сейчас я жаждала исследовать, пробовать на вкус, наслаждаться знакомством с его телом, и как оно реагировало на меня. Мы повалились на постель, лениво и тесно прижавшись друг к другу, воздух был густым и неподвижным, наполненным тихими поцелуями и настойчивым поскрипыванием кровати от наших хаотичных движений.

— По-моему у меня в джипе где-то завалялась ВДшка, давай-ка смажем твою развалюшку-кровать, — пробормотал Лео, я захихикала в его шею. Лео перекатил меня так, что я оказалась сверху. Я поцеловала его кадык.

— Думаешь, я не предпринимала попыток предотвратить это маленькое недоразумение? Моя кровать просто по природе своей пискушка.

— Между прочим, ты тоже, — он передвинул меня выше по своему телу, при этом пощипывая меня. Когда же его губы сомкнулись на моем соске, я пискнула, совсем чуть-чуть. — Вот видишь?

— Это был визг, а не писк, — запротестовала я, став задыхаться, ведь на смену его губам пришли зубы. Я пискнула, кровать скрипнула, фермер рассмеялся в мою грудь.

— Как только состоялась ваша знаменательная встреча с тем шмелём, я сразу понял, ты — девушка шумная.

Я выпрямилась и скрестила руки на обнаженной груди, прикинувшись возмущённой.

— Хочу заметить, что как только моя нога ступила в лес, я тотчас была обречена на неприятности с пчёлами. Они всегда чувствуют, когда я приближаюсь.

— Я бы тоже хотел ощутить, как ты приближаешься, только к кое-чему другому, — прошептал Лео и провел ладонями вверх-вниз по моим бедрам, подстрекая меня снова приблизиться к нему. — Мне до сих пор не верится, что ты становишься такой напряжённой при одном лишь упоминании о пчелах. Ты вообще осознаёшь, что очень сильно сжимаешь бедра? Сейчас ты похожа на Щелкунчика.

— Ты, правда, именно сейчас хочешь поговорить о пчелах? — Я заставила себя немного расслабиться.

— Нет. — Он снова меня перевернул и стал спускаться вниз по моему телу. — Но я бы хотел отведать твоего медку.

— Медку? Ой…

Я полностью отдалась ощущениям, когда его губы спустились к моему животу, задержались немного, чтобы лизнуть его чуть ниже пупка, оставили малюсенькие поцелуи на одном боку, и на втором. Его руки обхватили мою грудь и дразнили соски. Хватая ртом воздух, я выгибалась под каждым его прикосновением. Ведя носом по моему телу, он спустился южнее и остановился у основания бедра. Я уже несколько недель фантазировала о его бороде у меня между ног.

Подбородок Лео расслабленно улёгся на меня в десяти сантиметрах над тем местом, в котором я жаждала его присутствия. Я свела бёдра вместе. Он поцеловал меня в пяти сантиметрах от того места, которое в нем так нуждалось. Закрыв глаза, я простонала, я была на грани взрыва даже от малейшего касания. У меня шумело в ушах, вспышки напряжения стали на бешеной скорости пронзать моё тело. Но, невзирая на это…

— Помнишь тот вечер на твоей кухне? — спросил Лео, а мои глаза широко распахнулись. Поднявшись на локтях, я посмотрела на него. Он снова упёрся в меня подбородком, при этом выглядел совершенно естественно и совсем не задумывался о том, что находится в гуще событий и выкриков «Пожалуйста, о, да, пожалуйста» и «Ради всего святого».

— На кухне? — переспросила я, пытаясь снова не перейти на писк. Я уже попала под зависимость от его прикосновений. И прямо сейчас это было так осуществимо, а Лео тянул резину. Это сводило меня с ума.

Это было невероятно.

Но всё больше сводило меня с ума.

— В тот вечер, когда ты готовила для меня ужин, сидела у меня на коленях, и твои щеки приняли окраску свёклы, которую я тебе принёс. Ты что-то говорила о том, что тебе нравится моя борода. — Он стал водить подбородком вверх-вниз по да-да-прямо-здесь. — Что хотела бы что-то попробовать, прежде чем я сбрею её.

— Правда? Хм-м. Что-то не припоминаю. — Я беззастенчиво передвинула свои лодыжки чуть ниже слегка согнув коленки и нечаянно натолкнулась на Лео. Именно да-да-прямо-здесь-чёрт-возьми местом. — Ой!

От моего «ой» его ухмылка стала в два раза шире. От его ухмылки мои колени раздвинулись в два раза шире. На самом деле был только один способ покончить с этим.

— Знаешь, я очень удивлён, что ты не можешь вспомнить. Что бы ни послужило причиной твоего румянца в тот вечер, но казалось, это было что-то вполне конкретное. — Лео взглянул вниз, постепенно снижаясь кончиком носа по моему телу, мимо возвышенностей к впадине. Наконец он достиг-таки впадины. Дышала я с трудом. Я очень демонстративно закинула пятки ему на плечи, и затаив дыхание изо всех сил старалась казаться равнодушной к происходящему, но… По правде говоря, всё было ой как наоборот. Мои пятки, да и всё моё тело дрожало от возбуждения. — Уверена, что не можешь вспомнить? — выдохнул он, его губы были в каких-то грёбаных миллиметрах от сосредоточения всего моего существа в данную минуту.

— О, кажется… что-то… припоминаю… — произнесла я, почувствовав волну жара, пронесшуюся по всему телу. Лео касался меня только своим дыханием, я все больше и больше убеждалась, что могу кончить просто от его дыхания. Дыхания Лео.

— Только скажи. И я это сделаю, — предложил он, задевая губами мои нижние губы.

Мне уже было не до игр. Когда его умелые руки, взяв меня под бёдра, закинули мои ноги ещё больше на его плечи, и ладони зафиксировали поясницу, я пискнула. А потом прокричала:

— Пожалуйста, твой рот. Я нуждаюсь в нём!

Лео выполнил моё требование.

Едва он коснулся меня языком, я откинулась назад на подушки. Когда он пустил в ход зубы, я в порыве сбросила одну подушку на пол. Когда стон сорвался с его губ и утонул где-то глубоко во мне, я так сильно выгнула спину, что практически воспарила. И когда он всосал мой клитор, зарывшись в меня лицом, неистово лаская, я ощутила покалывание его бороды на очень нежной и чувствительной коже бёдер. Это было так чертовски хорошо.

Каждый писк был оправдан.

— И кто такие эти старички?

— Старички? — переспросила я, не совсем поняв, о чём это Лео.

— Над столом, — уточнил он и указал на информационную доску. — Честно говоря, кажется, одного из них я где-то видел.

— Это Риперт и Бурден. Знаменитые шефы.

— Звучит так, будто они звёзды французских детективов.

Я рассмеялась.

— Энтони Бурден долгое время был главным шеф-поваром на Манхэттене. Сейчас он ведёт несколько шоу на телевидении о путешествиях, еде и многом другом. Эрик Риперт работает шеф-поваром в ресторане Le Bernardin, тоже в Нью- …

— Ага, вот почему он кажется мне знакомым.

— Ну, конечно. На телевидении он уже целую вечность.

Лео покачал головой.

— Нет, не первый, второй. Le Bernardin любимый ресторан моего отца. У моих родителей там постоянная бронь. Они ужинают там как минимум дважды в месяц.

Прямо сейчас где-то на земном шаре стали взрываться крохотные головы шеф-поваров, узнав, что существует жизненный уклад, в котором ты можешь регулярно посещать Le Bernardin. Хотя бы раз в месяц — но дважды? Как минимум? Именно из-за этого малюсенького неприличнейше роскошного уточнения.