Основы Православия

Отсюда понятно, что человек, теряющий самообладание, превращается в раба греха, послушное орудие плотских страстей, жертву глупости и зла. Он связан в уме и сердце

«похотью плоти, похотью очей и гордостью житейской»

(1 Ин. 2.16). Он —

«сын диавола»

(Ин. 8.44),

«помышляющий о плотском»

(Рим. 1.18-32).

Согласно духовному Преданию Церкви, самообладание — это духовная власть над вожделениями своего ума и плоти. Святые отцы часто называют его «бесстрастием». Оно не означает уничтожение естественных потребностей и желаний тела и души, таких, как нужда во сне, в еде и в питье; или уничтожение таких чувств, как духовное влечение, рвение, радость, изумление, печаль или страх. Оно значит, скорее, живую и естественную гармонию всех чувств в любви к Богу и ко всей твари.

Бесстрастие это мирное состояние души, в котором она не склоняется ко злу… В душу человеческую вложены силы духовные. Органы человеческие и чувствования это жизнь тела.

Телу принадлежат пища, имение, деньги и прочее. Доброе или злое пользованием всем этим и то, что от этого случается, определяет праведность или неправедность нашей жизни… Писание не воспрещает ни есть, ни рожать детей, ни иметь состояние, ни разумно тратить деньги, но оно осуждает обжорство, блуд и прочее. Оно не запрещает нам думать о всём земном, но воспрещает думать со страстью и похотью… Когда не разум властвует нами, властвует чувственность, а чувственность не свободна от власти греха, который, через удовольствия, побуждает нас жалеть свою плоть. Грех побуждает человека заботиться о своей плоти со страстью и через самоуслаждение уводит его от настоящей естественной жизни, делая его источником зла самому себе… Как ум, обуздывая страсти, делает чувства наши орудиями добродетели, так и страсти, подчиняя себе наш ум, побуждают чувства наши ко злу. Надо уметь трезвенно смотреть и обсуждать, как должна правильно вести себя наша душа, используя для делания добра то, что раньше служило злу… Душа правильно направлена, когда сила её желаний обуздана воздержанием, когда возбуждённость её направлена к любви, а мыслительная способность пребывает в Боге и в духовном созерцании.

(Св. Максим Исповедник. VII в.)

БЛАГОСТНОСТЬ И ДОБРОТА

Согласно Священному Писанию, что хотя Бог гневается на людские грехи, Он всё-таки остаётся

«благ и к неблагодарным и злым»

(Лк. 6.35).

Ибо Он благ, ибо вовек милость Его.

(Пс. 117.1)

Христиане призываются подражать Богу в Его благости и доброте, особенно же благостными и мягкими они должны быть при обличении или направлении других.

Рабу же Господа не должно ссориться, но быть приветливым ко всем, учительным, незлобивым, с кротостью наставлять противников…

(2 Тим. 2.24-25)

Родители особенно увещеваются «не раздражать детей их» суровостью и жестокостью (Еф. 6.4).

Но, однако, часто случается, что люди проявляют доброту к чужим и к тем, с кем они поддерживают неглубокие отношения, и в то же самое время относятся невнимательно и грубо к тем, кто находятся с ними в длительных и близких отношениях: к семье, родственникам, сотрудникам по работе, прихожанам той же церкви. Это — большое искушение. В отношениях с близкими особенно необходимы постоянные мягкость, нежность и доброта в каждом действии и слове. Для бесчувственности и грубости не может быть никаких извинений. Духовные люди должны

«делать добро всем, а наипаче своим по вере»

(Гал. 6.10).

…Потому что мы члены друг другу. Гневаясь, не согрешайте; солнце да не зайдёт во гневе вашем. И не давайте места диаволу… Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим… Всякое раздражение, и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас; но будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас.

(Еф. 4.25-32)

Конечно, быть благостным, это не значит не замечать людских грехов, но — прощать их. Это не значит соглашаться со всеми и во всём или «быть добренькими» по отношению у любому и каждому, по-настоящему благостный и добрый человек при необходимости может и поправить другого, ибо его благость проявляется в реальной заботе о своём брате,

«за которого Христос умер»

(Рим. 14.15).

Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего.

(Мф. 18.15)

БЛАГОДАРНОСТЬ

В Ветхом Завете благодарность была центром жизни народа Божия. Храмовое богослужение состояло тогда из жертвоприношений благодарения и хвалы, и непрерывного пения псалмов в благодарность Богу:

Пойте хвалу Господу, все преподобные Его, и благодарите имя святое Его.

Да предстанем пред Ним с благодарением. Да войдём в Его врата с благодарением и в Его дворы с хвалой. Благодарите Его, благословляйте святое имя Его!

Добро есть благодарить Господа, петь хвалу Твоему имени, Всевышний; провозглашать Твою милость утром и Твою верность — ночью.

Славьте Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его.

В Новом Завете благодарность — эта самая суть жизни Церкви, а центр литургического богослужения — тот момент, когда верующие «гореимеют сердца» и «благодарят Господа». Все апостольские писания и жития святых изобилуют благодарениями Богу:

Сквернословие и пустословие и смехотворство не приличны вам, а, напротив, благодарение… благодаря всегда за все Бога Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа.

(Еф. 5.4, 20)

Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе.

(1 Фес. 5.16-18)

Радуйтесь всегда в Господе; и ещё говорю: радуйтесь… Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом; и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе.

(Флп. 4.4-7)

Духовный человек должен быть исполнен благодарности во всех обстоятельствах, по твёрдому убеждению в милостивом промысле Божием, в Его заботе, и по непоколебимой вере, что

«любящим Бога… Он во всём содействует к благу»

(Рим. 8.28).

Духовные учителя, особенно св. Иоанн Златоуст (IV в.), всячески подчёркивают эту мысль. Бога надо благодарить не только за то, что мы считаем добрым, но и за всё, что даже кажется плохим, ибо мы знаем, что внимательная забота Бога о каждом из нас никогда не прекращается, и что даже зло в этом мире (к сожалению, неизбежное), правильно понятое и побеждённое Божьей благодатью, может быть Им превращено в средство нашего духовного роста и спасения.

Противоположность благодарности — это, конечно, горечь и жалобы, это оплакивание своей жизненной доли, вызванное гордыней и завистью, отсутствием смиренного доверия Богу. Они укоренены в том неправильном отношении к жизни, которое не даёт нам воскликнуть вместе с праведным Иовом:

Наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно!

(Иов. 1.21)

Благодарность Богу во всём и за всё вытекает из веры в Бога, из верности Ему, из совершенного доверия к Нему, знающего лучше всех, что нам нужно для спасения, и делающего в наихудших условиях этого падшего мира всё возможное, чтобы привести нас в вечную жизнь, мир и радость.

Глава четвёртая ЛЮБОВЬ

Бог есть любовь

Согласно христианской вере, величайшая добродетель есть любовь (1 Кор. 13.13).

«Любовь есть исполнение закона»

Господня (Рим. 13.10), ибо Сам Бог есть любовь.

Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга. Бога никто никогда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас.

Что мы пребываем в Нем и Он в нас, узнаем из того, что Он дал нам от Духа Своего. И мы видели и свидетельствуем, что Отец послал Сына Спасителем миру. Кто исповедует, что Иисус есть Сын Божий, в том пребывает Бог, и он в Боге. И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в неё.

Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем. Любовь до того совершенства достигает в нас, что мы имеем дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сем, как Он. В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх; потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви. Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас.

(1 Ин. 4.11-19)