Основы Православия

Кто говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот ещё во тьме. Кто любит брата своего, тот пребывает во свете, и нет в нём соблазна… Кто говорит «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего.

(1 Ин. 2.9-11:4.20-21)

Но это вовсе не значит, что мы должны любить только тех, кто в свою очередь любит нас или добр к нам. Наш «ближний» и «брат» — тот, кто физически находится рядом с нами, кто тоже сотворён Богом и «за кого умер Христос». Таким ближним и братом для нас может быть также и враг. Об этом говорит нам притча о добром Самарянине (Лк. 10.29-37). И об этом же говорит Господь в Нагорной Проповеди:

Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего небесного; ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных.

(Мф. 5.44-45)

Любите врагов ваших; благотворите ненавидящим вас; благословляйте проклинающих вас, и молитесь за обижающих вас… И если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? ибо и грешники любящих их любят. И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? ибо и грешники то же делают… Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым.

(Лк. 6.27-35)

Св. апостолы тоже подтверждают слова своего Учителя:

Благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте… Если враг твой голоден, накорми его; если жаждает, напои его… Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви; ибо любящий другого исполнил закон. Ибо заповеди: «не прелюбодействуй», «не убивай», «не кради», «не лжесвидетельствуй», «не пожелай чужого» и все другие заключаются в сем слове; «люби ближнего твоего, как самого себя». Любовь не делает ближнему зла; итак любовь есть исполнение закона.

(Рим. 12.9-10, 14-20)

Подлинная любовь выражается во всём том, что человек делает в своей жизни: в заботе о других, в приветливости, в щедрости, в делах веры, то есть в исполнении всех Божьих заповедей.

Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нём пребывающей. Любовь познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою: и мы должны полагать души свои за братьев. А кто имеет достаток в мире, но, видя брата своего в нужде, затворяет от него сердце свое: как пребывает в том любовь Божия? Дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною.

(1 Ин. 3.15-18)

Заповедь «люби ближнего, как самого себя» — часто понимается людьми совершенно неправильно. Конечно, в каком-то смысле, человек должен любить себя, т. е. быть благодарным Богу за собственную жизнь, за то особое значение, которое она имеет в глазах Божьих. И человек не должен презирать свою жизнь или ненавидеть себя за грехи, потому что, по учению отцов, такая ненависть к себе лишь утонченная форма самовозношения, которая превращает человека в судью, превышающего Самого Бога (о. Александр Ельчанинов, XX в., «Записи»; о. Иоанн Кронштадтский, XX в., «Моя жизнь во Христе»).

Несомненно, однако, что в ином смысле христианин должен «ненавидеть» себя: презирать и распинать в себе грех, своё ветхое «Я», стремиться к преображению,

«чтобы упразднено было тело греховное»

(Рим. 6.6) и чтобы облечься

«в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его»

(Кол. 3.10).

Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живёт во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня.

(Гал. 2.20)

Такое самоотвержение, основанное на стремлении к Богу, несомненно и имел в виду Христос, когда произносил Свои самые требовательные, самые страшные слова во всём Евангелии:

Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего, и матери и жены, и детей, и братьев, и сестёр, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником.

(Лк. 14.26)

Это — последнее предостережение против страстных привязанностей, более сильных и более властных, чем любовь ко Христу. И величайшей страстью, отвращающей человека от этой любви, является страсть к самому себе, которая, по словам св. Максима Исповедника, есть «мать всех зол» и «первородный грех человеческого сердца». И вот в таком смысле необходимо ненавидеть себя, и даже собственную семью и друзей, чтобы можно было возлюбить и их, и себя, подлинной любовью во Христе.

Новая заповедь

Заповеди любви к Богу и к человеку были даны в Законе Моисеевом, но действительны они не только для народа Божьего, ибо написаны в сердцах людей (Рим. 2.14-15) и даны им Богом «от начала» (1 Ин. 2.7). В новозаветной же Церкви Христос даёт новую заповедь:

Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою.

(Ин. 13.34-35)

Новое здесь — не само учение любви, но — что христиане должны любить так, как любит Сам Христос, «как Я возлюбил вас». Следовательно, христианская любовь должна быть совершенно божественной, совершенно самоопустошающей любовью Самого Господа Иисуса Христа. Изо всех людей, когда-либо живших на земле, только Он один полностью исполнил две великих Божьих заповеди: только Он один любил Отца всем сердцем Своим, всем разумом Своим, всей душею Своею и всей крепостью Своею; и — ближнего Своего, как Самого Себя. Только Он жил по закону и по учениям пророков, и поэтому Он один «исполнил закон и пророков». Изо всех людей Он один возлюбил совершенной, безгрешной, свободной от страстей любовью.

Таким образом, мы призваны веровать, надеяться и терпеть во всём, переносить всё через любовь Христову, и тогда мы исполним «заповедь новую», и пребудем в любви Божьей, принадлежа уже жизни вечной, как члены Его Царства.

Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви: то я ничто. И если раздам всё имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит.

Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится. Ибо мы отчасти знаем и отчасти пророчествуем. Когда же настанет совершенное, тогда то, что отчасти, прекратится. Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по-младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал мужем, то оставил младенческое. Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан. А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше.

(1 Кор. 13.1-14)

Глава пятая МОЛИТВА, ПОЩЕНИЕ, МИЛОСТЫНЯ

МОЛИТВА

Все Божьи добродетели и качества приходят прежде всего через молитву. Как сказал еп. Феофан Затворник (XIX в.):

«Молитва — проба всего; молитва — и источник всего; молитва — и двигатель всего; молитва — и направитель всего. Коль скоро молитва исправна, всё исправно. Ибо она не допустит быть чему-либо неисправным»

И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.

(Мф. 6.5-6)