Острова испытаний

Самой первой, конечно же, оказалась Стелла. Хоть у нее и ограниченные физические возможности относительно перемещения, но она надежна и, во-вторых, на нее не подумают. Так что у нее есть неоспоримое преимущество: она всегда будет вне подозрений.

Кого же еще? Этот вопрос сразу же поставил в тупик юного сыщика. Время шло, а подходящие кандидаты не находились.

«Ничего не поделаешь, придется привлечь Кэтти: она хоть и не блещет умом и импровизацией, но есть у нее одно неоспоримое качество – очень аккуратная и исполнительная. Главное, ее заинтересовать и четко поставить конкретную задачу. Возможно, мне придется чем-то пожертвовать», – с сожалением отметил Джонни, припомнив в ней еще один серьезный недостаток: меркантильность. Но дело важнее.

Только Джонни снова переключил свое внимание на соседей, как услышал настораживающую фразу Фреди:

– Эх, нам бы еще парочку устрашающих аргументов.

– Каких? – настороженно уточнил Билл.

– У каждого свой аргумент: у одного – слово, у другого – кулак, у третьего – пистолет.

«Вон куда вы замахнулись! Оказывается, всё настолько серьезно, что выше некуда! – признал сыщик, от волнения у него зачесалось под левой лопаткой. – Если они вынашивают такие планы, то разве можно их недооценивать…»

– А про остальное, брат, позже узнаешь. Уверяю, аж до потолка подпрыгнешь!

От этой сногсшибательной новости впечатлительный Билл тут же оказался в плену до ужаса запутанной интриги, но ему так и не удалось мысленно уговорить Фреди открыть тайну, за которой обязательно стоит смерть.

* * *

Привлекать помощников сыщику пришлось уже на следующий день. Братья отоспались после ночной вахты и перед обедом стали обсуждать свои ближайшие планы.

– Пожалуй, я куплю еще репчатого лука, а то без него и пища в рот не полезет. Сегодня же запасусь и отнесу в кладовку.

– А я куплю батарейки и достану аккумуляторы к фонарям.

Джонни растерялся: «Где же находится эта кладовка? Хотя бы на какой палубе? Где мне расставлять посты?» – ломал он голову.

Сидеть на месте он уже не мог, поэтому решил срочно действовать. К счастью, сестра оказалась в своей каюте.

– Кэт, хочешь принять участие в нашей игре?

От неожиданности она округлила глаза – с чего бы это брат вдруг обратился к ней с таким предложением? Но сначала решила всё разузнать.

– Что я должна делать?

– Сначала дай слово, что не проболтаешься.

– Знаю я тебя. А вдруг ты предложишь что-нибудь такое… о чем придется всю жизнь жалеть.

Внешне невозмутимый Джонни упредил ее жестом.

– Не беспокойся, всё будет в рамках приличий и законности. Дело в том, что я подружился со своими соседями по каюте. Очень «обаятельные» люди! Да ты их видела, они только и делают, что пьют да дерутся.

– Ну и «друзья» у тебя, – сморщилась Кэт, но, зная ее слабости, брату уже удалось заинтриговать ее, поэтому лишить себя хоть какого-то развлечения она просто не могла. – Дальше излагай.

– Я с ними поспорил, что найду на судне их тайник. Они сейчас должны пойти и спрятать там одну вещь, а я в это время должен сидеть в каюте – таковы условия.

– Понятно. Я должна проследить за ними, а потом тебе показать.

– Дорогая, да ты делаешь просто поразительные успехи. Как же я раньше ошибался в тебе.

Обидчивая Кэт мгновенно нахмурила брови.

– Не зарывайся и попрошу без намеков, а то…

– А вот этого не надо, я пошутил, – Джонни изобразил игривую улыбку, которая сразу устранила все сомнения и даже намеки на обиду.

– То-то же. А что я поимею в качестве благодарности? Надеюсь, не даром?

– Об этом после выполнения задания. Пора действовать, а то время поджимает.

– Не обманешь? – подражая отцу, пригрозила она указательным пальцем, устремленным ему в грудь. – Смотри у меня!

– Не сомневайся. Главное – победа, а награды потом. Так что вперед, только действуй очень осторожно, с выдумкой, лучше издалека.

Они вышли вместе, и Джонни посоветовал ей встать в другом конце коридора, чтобы не мельтешить на глазах у подозрительных типов. А сам на цыпочках подкрался к их каюте и с волнением прислушался. Услышав голоса братьев, обрадовался и показал пальцем на дверь, что означало: они еще там. Джонни с легкой душой прошмыгнул в свою каюту и притаился, вслушиваясь в каждое слово подозреваемых. Откровения Билла показались интересными.

– Ты же знаешь: в первый раз я сел по глупости, по молодости.

– Так это одно и то же, – высказался Фреди, с чем Джонни никак не мог согласиться. А Билл продолжал:

– Увлечение прихватить чужое начиналось с безобидного прихвастнуть: поспорил, украл и сразу попался. Пустая бравада. А потом пошло и поехало, а дорога-то оказалась совсем не в том направлении.

– На воле все люди являются волевыми, а в неволе – мечтателями, – заверил Фреди. – Раньше надо было умнеть.

Неторопливый Билл вторил ему:

– Наши законы официально не разрешают многое, зато неофициально позволяют всё. Каждый человек за свои дела и делишки заслуживает пожизненного срока, пока его не прервет смерть. Но нас это не касается – мы свое отсидели, оттрубили.

Притаившийся Джонни не скрывал своего возмущения:

«Занятые и занятные люди отличаются друг от друга занятием. Пора за вас серьезно браться. Но кроме меня кто этим будет заниматься? Мы все борцы, но только на словах, на деле же – глухонемые свидетели, притаившиеся в тени, и жалостливые судьи».

Далее в разговоре братьев ничего существенного не последовало. Кажется, уже собираются выходить.

«Всё идет по плану: люди задействованы», – признал юный руководитель операции, важно расхаживая по каюте и заложив руки за спину. В этот миг он напоминал великого полководца накануне генерального сражения, поэтому вовсе неслучайно сестра оказалась у него во множественном числе – кому же не хочется численного преимущества. Или хотя бы равенства.

Последующие сорок две минуты показались чересчур взволнованному организатору операции и одновременно руководителю генерального штаба вечностью. Что он только не передумал за это время, и почему-то в голову лезло исключительно плохое и печальное. То ему казалось, что братья-преступники быстро раскусили неопытную Кэт, заманили ее в свой тайник и теперь изощренно пытают. Логика подсказывала, что она мужественно держится – иначе они давно пришли бы за ним. А может, возникли какие-то другие непредвиденные обстоятельства, которые привели к полному провалу устроенной слежки? Однако от этой внезапной догадки легче не стало.

«Ну почему тогда она не придет и честно не скажет об этом? А вдруг ей и говорить-то нечего: никуда она не ходила и не наблюдала за ними. Тогда с ее стороны это будет самым настоящим свинством».

Он тихо выскочил из каюты и на цыпочках добежал до ее двери, однако она оказалась запертой. Почувствовав некоторое облегчение, Джонни вернулся к себе. Но душа по-прежнему была не на месте. Может, надо было самому, хотя и с риском? Правильного и своевременного ответа он найти не мог, поэтому оставалось только ждать. А каково это нетерпеливой натуре сидеть и ждать, когда несколько тысяч жизней в опасности!