Освободи меня

Братья переглянулись. Хадсон провел рукой по волосам и сдержал ругательство. Хватало того, что он должен был разыгрывать гребаное гостеприимство, но работать коридорным? Господи, он утащит брата за собой на это дно.

– Ну, не стой там, сделай что-нибудь полезное, - он хлопнул Ника по груди тыльной стороной ладони.

– Оу, - Ник притворно содрогнулся.
– Рассчитывай силы, бро.

Зайдя в лифт, Хадсон взялся за выдвижную ручку одного из чемоданов, Ник проделал то же самое с другим. Братья оттащили чемоданы Харпер - один в разноцветный горошек, другой в радужную полоску - в прихожую пентхауса и сложили ручки чемоданов обратно. Закончив, они увидели, что женщины сидят перед ревущим пламенем. Алли, очевидно, подбросила несколько поленьев, превратив гостиную в пылающий ад.

– Почему тебе вообще понадобилось столько багажа?
– спросила она.
– Я думала, ты едешь всего на несколько дней.

– В одном чемодане подарки для моих племянников, мятный шоколад Frango для мамы и...
– наконец, избавившись от верхней одежды, Харпер как следует разглядела, что ее окружало. Присвистнув, она переводила взгляд с огромной елки, заметной из-за статуи Капура, к пианино Fazoli и сводчатым потолкам.

Хадсон встречался с Харпер всего несколько раз, но этого хватило, чтобы понимать - мало что может лишить ее дара речи.

– Святая корова, - сказала наконец она.

– Я немного переборщила с декорациями, да?

– Немного. Но черт, это место просто огромно.

Ник рассмеялся.

– Мой брат ничего не делает наполовину. У него всегда я...

Хадсон заткнул Ника взглядом, не давая ему закончить предложение, в котором явно содержалось слово 'яйца'.

– Что-нибудь выпить, Харпер?

– Конечно, благодарю. Может, бокал вина?

– Красное или белое?

– Мне подойдет то, что пьют остальные, - сказала Харпер. Она наконец скинула пальто, и все остальные мысли о гостеприимстве затмил ее наряд. Подруга Алли была одета в смесь цветов и узоров, которая идеально вписалась бы в 1985 год, с легкой примесью хипстерского движения. Хадсон не разбирался в трендах женской моды, но даже он мог с уверенностью сказать, что эта женщина маршировала под свой собственный барабан.

– Сначала принеси ей что-нибудь, чтобы согреться, - сказала Алли.
– Вино она может выпить за ужином.

Требовательная штучка. Усмехнувшись Алли, Хадсон посмотрел на Харпер и выгнул бровь.

– Скотч?

– Конечно, почему нет, черт побери.

Пока Хадсон шел к бару, его живот принялся урчать. Время коктейлей прошло два часа назад, и тот факт, что он наливал скотч, умирая с голоду, говорил о том, что он сделает и скажет все что угодно, чтобы сохранить на лице Алли это выражение счастья. Черт, кто не заслуживает немного счастливых моментов?

– Так что за история с рыженькой?
– спросил Ник. Хадсон краем глаза глянул на брата, пока наливал янтарную жидкость, немного беспокоясь, что Ник так близко к спиртному.

– Алли...
– он помедлил, закрывая графин хрустальной пробкой.
– ЛДН.

Хадсон показал пальцами кавычки, но Ник не удержался.

– ЛДН?

– Ага, Лучшие Друзья Навеки, - сказал он, поднимая два бокала отменного скотча.

Ник рассмеялся.

– И давно ты знаешь эту фразочку, бро?

– Да уж дольше тебя, - Хадсон подошел к огню, где женщины погрузились в свою женскую болтовню на скорости света.

– И вот, после трех переносов рейса и отключения самолета мы все сели на борт, но тут диспетчер закрыл взлетную полосу.

– Твоя мама, должно быть, так расстроилась.

– Она паниковала с самого утра, - Харпер изобразила голос матери.
– Эл Рокер говорит, что это будет хуже, чем метель в 2011-м., - она пожала плечами.
– Эй, могло быть и хуже. Я могла, как и все эти люди, застрявшие в аэропорту, спать на раскладушке в канун Рождества. А так я хотя бы поужинаю с лучшей подругой и буду спать в своей постели, - Хадсон протянул ей бокал, и она тут же его приняла.
– Спасибо.

– Они забронировали тебе билет на утро?

– Да, если снегопад прекратится, - она глянула на снежинки, белым занавесом пролетающие за окном, отпила глоток скотча и закашлялась.
– Воу, от этого ж волосы на груди вырастут.

– Признак хорошего скотча, - усмехнулся Хадсон.
– Слишком?

Харпер сделала еще один глоток.

– Нет, все в норме. Хотя вот ей лучше быть осторожной, - сказала она, кивая в сторону Алли.
– Один бокал, и я выболтаю все ее секреты.

Хадсон наблюдал, как Харпер делает еще один большой глоток. Так, так, так. Возможно, вечер будет интереснее, чем он думал.

Алли поднялась на ноги.

– Ладно, болтун...

– Находка для шпиона?
– Харпер улыбнулась, и Ник рассмеялся.

– Поставь бокал и помоги мне накрыть на стол.

Харпер встала с дивана.

– Лучше я возьму бокал с собой и помогу накрыть на стол. Умираю с голоду!

Боже святый, не одна она, подумал Хадсон, отпивая глоток своего скотча.

– Нужна помощь, детка?
– он скрестил ноги в лодыжках, надеясь, что она не затащит его на кухню и не найдет для него еще один фартук. Хотя Ник, кажется, не возражал.

– Мы справимся, - она наклонилась, чтобы быстро поцеловать его в губы, и он пропал.

Хадсон обхватил ее затылок, удерживая рядом.

– Давай быстрее, я с нетерпением жду десерта, - промурлыкал он ей в губы. Алли повернулась и пошла на кухню, обнявшись с Харпер. Он посмотрел им вслед, затем перевел взгляд на наручные часы, отсчитывая минуты до конца ужина и момента, когда она наконец окажется под ним, выкрикивая его имя.

Время отдавать(22) .

Из кухни донесся голос Харпер, подскочивший на целую октаву.

– Дерьмо, да эта кухня размером с квартиру-студию.

Он усмехнулся в стакан.

– Похоже, эта белая хрень собирается в сугробы, - сказал Ник позади него.

Хадсон вытянул шею. Озеро вдалеке едва было видно. Он присоединился к брату у окна для лучшего вида. Машины внизу двигались друг за другом змейкой по Лейк Шор Драйв и были почти полностью покрыты снегом.

– Ужин подан, - сказала Алли. Они с Харпер вошли в комнату с двумя блюдами.

Тут же сорвавшись с места, Хадсон подвинул столовые приборы, которые со временем как будто множились, и освободил место для принесенных ими блюд.

– Пахнет изумительно, - сказал он. И когда она улыбнулась, его озарило - это ее рай. Разлученная семья воссоединилась в последний момент, будь проклята погода, но это то, что ей было нужно.

Из сентиментальной медитации его вырвал смеющийся баритон Ника и веселый голос Харпер.

– Конечно, - сказала она и посмотрела на пустые приборы и фасоль, которая переходила по рукам.
– Но серьезно, ребята, вы не обязаны были меня ждать. Уверена, вы меньше всего хотели засовывать ужин обратно в печь.