Память сердца

— Так должен же я разведать, чем твой вражина занимается. Уж больно активно он здесь увивается, — отозвался Черныш, встретившись со мной взглядом. — Вот и пришлось немного там послушать, здесь посмотреть. Правда, о долге дивного я не знал, как и желании его истребовать.

***

С решением вопроса фейри затягивать не стал, и спасательная операция завертелась.

Сестры, хоть и отнеслись к присутствию фейри подозрительно, вмешиваться не стали. Связываться с дивными дело сомнительное, но его способность помочь все признавали единодушно.

Лучшего варианта у нас все не было. А воля Всеблагой подчас бывает в самых необычных формах. Стоит ли отказываться от реального шанса разрешить ситуацию?

Выяснять все у магов на этот раз послали Заряну, спокойную и улыбчивую, кого угодно разболтает. Я тоже порывалась поучаствовать, но меня совместными усилиями удержали. Со словами, что мне там делать нечего, без меня разберутся, и так переволновалась.

В назначенный момент я оказалась поблизости, нервно кутаясь в шаль, так зябко сделалось ближе к вечеру. С твердым намерением наблюдать за действом, не ослабляя связь с Наришей, чтобы в случае чего вмешаться.

Мрамор собирался действовать в лучших традициях фейри — создать проход, изменив структуру камней, превратив их в воздух. Но так хитро, чтобы получившийся туннель не обрушился, опираясь на каркас. Этот вопрос они с магами обсуждали дополнительно.

— Кто отправиться их вызволять, пока я буду держать проход? Решили? — требовательно спросил фейри, скидывая камзол и закатывая рукава белоснежной рубашки, открывая удивительно крупные для дивного сильные руки.

— Я! — мрачно отозвался Нордвиг, делая шаг из общей толпы магов.

Надо ли говорить, что я следила за действом с замиранием сердца, опасаясь спугнуть удачу. Чутко прислушиваясь к ведовской силе, ее откликам, чтобы не пропустить важного или опасного. Но пока она была спокойна, словно все происходит по воле самой всеблагой.

Черныш сидел у моих ног, с подозрительным прищуром наблюдая за действиями фейри. Но помалкивал, оставив свои едкие комментарии при себе. В том, что они точно были, я не сомневалась. Уж очень фамильяр бывает доставучим, да и взгляд его такой мне знаком.

Сестры тоже присутствовали, разместившись на расстоянии друг от друга, чтобы в случае чего обеспечить больший охват территории для вмешательства в ситуацию.

Со мной на этот раз осталась Радоница, хмуро, скрестив руки на груди, наблюдавшая за действиями дивного. Так, словно опасается от него неприятных сюрпризов. Тот в нашу сторону не глядел, словно игнорируя, контактируя только с магами, с которыми они наметили порядок действий.

Фейри магичил, положив ладони на камни. И они под его руками растворились, открывая проход.

Ведовская сила практически не отреагировала, больше наблюдая за сохранностью Риши и раненого в толще горы. Фейри нужно было не упустить момент и остановить изменение породы, дойдя до края завала.

Нордвиг тоже был хмур и сосредоточен. В решающий момент он шагнул в темноту открывшегося прохода, исчезая в толще горы.

Замерев, я следила за происходящим, не сводя взгляда с темнеющего провала, чувствуя, как стучит в висках пульс и перехватывает дыхание.

Все замерли в ожидании, я нервно отсчитывала секунды, прикидывая, сколько времени магу понадобиться, чтобы до них добраться.

И когда они вышли из темноты, решительно вышагивающая, невероятно бледная дочь, и следом Нордвиг, поддерживающий идущего рядом высокого незнакомца, я не удержалась от вскрика.

— Риша! — невольно громко вырвалось у меня, разрывая царящую тишину.

Находящаяся ближе всех к ним Наинель тут же ухватила Наришу за локоть, уводя в мою сторону. Упирающаяся дочь несколько раз оглянулась, словно опасалась оставить своего подопечного. Но к нему уже направились другие веды, так, что о его сохранности и здоровье можно не беспокоиться.

А для меня ничего другого не существовало. И едва они подошли, Риша угодила в мои крепкие объятия — бледная, осунувшаяся, но живая.

— Риша! — выдохнула я с облегчением, не выпуская дочь из рук — не наглядеться, не надышаться! Остальной мир перестал существовать, только она рядом, самое главное. Спасибо, Всеблагая!

— Ты почто, баловница, в западню угодила? Что за манера шляться по сомнительным местам, да еще в компании непонятных магов? — не упустил шанса отчитать ее Черныш, вертясь около наших ног.

— Ты в порядке? — спросил подлетевший к нам виновник выговора юный маг Ортас, взволнованно вглядываясь в лицо дочери.

Отпускать ее от себя я была пока не готова, удерживая в крепких объятиях, и ему оставалось наблюдать со стороны. Риша же переживала за оставленного пришельца, снова и снова выискивая его взглядом.

— Будет тебе уроком, сам вытащил соперника! Как теперь станешь бороться за ее внимание? — пожурил юного мага подошедший к нам Нордвиг, непонятно в шутку или в серьез.

Но молодой маг вспыхнул, потупив взгляд. А дочь, по-моему, вообще не следила за разговором.

Мне же достался пронизывающий, обжигающий взгляд Нордвига, от которого стало не по себе. Только крепче прижала дочь, упираясь невидимым взглядом в стену деревьев, не желая отпускать.

Неужели все это закончилось, неужели?

— Мира! — привлекла мое внимание подошедшая Заряна. — Отправляйтесь к себе, мы здесь разберемся!

***

«А я ведь его даже не поблагодарила!» — подумала в который раз, распивая горячий чай с ароматными травами, что заготавливала сама.

Сбежала с места действий к себе в Залесье, прихватив Ришу, даже словом с Нордвигом не обмолвилась.

По прибытии домой начались расспросы, вздохи, приведение себя в порядок после стольких дней ожидания. Риша была невероятно бледной и измученной после сидения в каменном пузыре, а я не могла нарадоваться на ее присутствие рядом.

Дальше ожидаемо начали прибывать сестры с расспросами и новой информацией. Бурное получилось обсуждение. Рише так и норовили почитать нотации, наставляя на путь истинный, не только особо вредничавший Черныш, но и присутствовавшие веды.