Паргелион

Перемена была не настолько явной, чтобы заметить её с первого взгляда. Но, сидя сейчас напротив Гессы, на миг Айвис засомневался — она ли это? Она, безусловно. Но что-то переменилось. Её глаза затянуты тёмной поволокой сильнее, чем раньше, и кажутся другими, лишёнными человеческого выражения. И, хотя она и успела прикрыть руки дублёной шкурой, делая вид, что замёрзла, магик успел заметить проступавшие, немного вздувшиеся тёмные вены. Лицо осунулось, а на щеках выделялись еле заметные голубоватые жилки.

Беда в том, что он видел такое уже много раз. Сколько магиков, желающих усилить свои способности, начинали употреблять Вещество и достигали выдающихся результатов! Только конец большинства из них был печален. Вещество вызывало необратимую мутацию — генетические изменения без вмешательства генных инженеров. Оно имело свойство находить и достраивать нужные нейронные связи в мозге, потому то, что тысячи, а может быть, миллиарды лет дремало в генах, таясь без возможности проявиться, выходило наружу. С помощью Вещества магики обретали способности, до этого недостижимые. Они могли левитировать, подобно аэрам, только не используя никакие технические приборы. Могли вырастить новые органы или обретали спектры восприятия, недоступные не только людям и сиобам, но и магикам высших ступеней. Но, как и любая новизна, что когда-либо позволяла добиться существенного прогресса, употребление Вещества что-то давало, но и что-то забирало. Всегда нужно платить. И они платили — кто-то другими своими способностями, кто-то памятью, кто-то физическими возможностями, естественными для любого человека: зрением или слухом. Все они выглядели так, как сейчас выглядела она — отрешёнными. Их глаза становились чёрными, как бездна, в которую они силились заглянуть. А иногда тело не выдерживало мутаций, и физическое существование прекращалось. Как и любая новая технология, Вещество было помощником, но оно же было и провокатором.

Глядя на Гессу, Айвис понял всё, кроме одного — где она взяла Вещество?

Шахты иссякли много лет назад. Теперь можно было раздобыть только остатки, и они очень дорого стоили. На что ей пришлось пойти и ради чего? Или, может, кто-то из детей нашёл крупицы Вещества в колбах и отдал ей? Но этого было бы недостаточно. Как оказалось, его никогда не бывает достаточно.

Вещество принесло в мир так много нового. Благодаря его свойствам, которые, как считалось, до сих пор не изучены в полной степени, удалось воплотить то, что не было возможно раньше. Полёты, впрочем, доступные задолго до этого, были усовершенствованы. Освещение с лёгкостью обеспечивалось при помощи Вещества. Многие аппараты работали на нём же. Такие совершенные искусственные сознания, как М3, тоже содержали в себе каплю Вещества — этой субстанции, дающей доступ к бесконечному и постоянно возобновляемому запасу энергии. Ибо что есть их кибер-ядро, если не это? Совершенное, прекрасное, великое — и его изобрёл человек. Даже Паргелион — создать его было возможно только с использованием большого количества Вещества. Запускающий механизм, кристалл… теперь пропавший.

Гесса сфокусировала взгляд на непроницаемом лице магика. Он обдумывал — сказать прямо или сделать вид, что не заметил? И то и другое могло привести к успеху или к неудаче. Гесса любила прямоту, но при этом не терпела вмешательства в личные дела. А это… это дело действительно личное. И если она ничего не сообщила, значит, не считала нужным. Или просто знала, что он будет отговаривать её.

Айвис решил промолчать.

— Как ваши успехи, многоуважаемый господин магик? — Гесса вдруг начала с вычурного обращения, принятого когда-то в гильдии, и голос её прозвучал насмешливо.

— Прекрасно, многоуважаемая госпожа магик, — в тон ей ответил Айвис, не меняя выражения лица, отлично скрывающего эмоции.

— Не поделитесь результатами?

— Сегодня девочка смогла удержать воронку и простроить канал. Открытый, не зашумлённый.

Гесса подалась вперёд.

— Откуда тебе знать?

— Я видел. Она пошла бы по простроенному каналу, если бы я не удержал её.

— Невозможно. За такое короткое время…

— Возможно. Гесса, возможно.

— Но как?

— Она должна была такой родиться. Обычная девочка, но способная на подобные вещи. Она как кристалл, как Вещество, которое притягивает и пропускает через себя достаточное количество энергии. Значит, зерна, посеянные тогда, взошли.

— Да… да. И что ты намерен делать теперь?

— Я намерен продолжать занятия. При всём прогрессе девочка не готова. Если она откроет Паргелион, даже если мы все будем стараться удерживать и направлять его, она может не выдержать. И всё закончится физической смертью.

При этих словах Айвис в упор посмотрел на Гессу.

— Предполагается, что сейчас я должна что-то прочесть между строк?

— Я не знаю. Не буду говорить, но и молчать не хочу.

Его взгляд потеплел, он протянул ладонь и коснулся руки, которая почти безжизненно лежала на столе, и только иногда пальцы нервно подёргивались.

— Я не буду молчать. Я прошу тебя… прошу тебя не делать ничего, что может навредить тебе самой. Или кому-то ещё. Я прошу тебя не спешить. Мы уже близки, очень близки. Скоро всё случится.

Она молча кивнула и, стараясь не смотреть на магика, криво улыбнулась. Айвис снова чуть сжал её кисть и неслышно вышел из комнаты. И тотчас появился рыжий кот, который, громко мяукнув, запрыгнул на стол и потёрся головой о ту же самую руку.

— Угомонись, Вельзевул! — тихо сказала Гесса животному, которое решило попробовать на вкус лежащие на столе свёрнутые листы бумаги. Кот немедленно прекратил и снова принялся тереться о её пальцы.

Гесса погладила его по голове, послышалось урчание.

— Не мешай мне.

Кот направился в дальний угол комнаты.

Гесса достала из-под стола нечто, завёрнутое в плотную ткань.

— Посмотрим.

Под тканью оказался очень потрепанный журнал, весь исписанный мелким почерком. На сильно выцветшей бумаге местами еле проступали чернила. Журнал был старый и принадлежал некоему Лаго Сигорну, а первая запись была датирована 663 годом. Этот документ любезно предоставила Лиза после того, как она, Гесса, узнала о находке мальчишек. Ладно, возможно, не предоставила — ей пришлось буквально вынудить девочку отдать журнал, и она не стеснялась в методах воздействия. Лиза сильна, но не сильнее её. А сильные девочки стали порядком надоедать Гессе. К тому же Лиза рассказала ей интересные сведения об одной старой знакомой. Кто бы мог подумать, что эти сведения были здесь, рядом с ней, уже почти год. Фрида была до сих пор жива, и у неё остался функционирующий кристалл. Знай Гесса об этом раньше, то не постеснялась бы нанести визит и, возможно, постараться забрать такой нужный ей самой предмет. Удивительно, что Фрида протянула так долго. А теперь — наверное, это уже не важно, ведь у Гессы есть кое-что, что поможет открыть Паргелион и, может, даже управлять им. Невероятная удача! То, что Фрида делает с кристаллом, она, Гесса, сможет сделать и без него, потому что она намного сильнее. Конечно, в этой истории фигурирует ещё и девчонка, которая, по её же собственным словам, сразу вошла во взаимодействие с артефактом. Но разве стоит сейчас принимать во внимание такие мелочи?

Журнал же ценен особенно в контексте того, что все материалы и записи Паргелиона были уничтожены. Так приказал Мар Этероис, последний глава комплекса, учёный и магик. Он же позаботился о том, чтобы кристалл исчез в неизвестном направлении. И если где-то, в каком-то закоулке мира и сохранились другие данные, то об этом ничего не было известно.

Гесса быстро пролистала страницы, убедившись, что в них нет закладок — а их, к сожалению, не нашлось. Как она успела убедиться уже много раз, именно на закладках люди часто пишут самое важное и полезное. Лаго Сигорн, судя по всему, был скучноват. Его записи чаще состояли из монотонного описания того, что он делал каждый день, а жизнь явно не баловала приключениями. Но иногда ему удавалось подметить интересные подробности, связанные с работой лабораторий. Например, на странице сорок один — страницы были пронумерованы, надо же, какая скрупулёзность, — содержалось детальное описание проводившихся в лаборатории экспериментов с Веществом, о которых даже Гесса не имела понятия. Химические формулы или перечисление оборудования отсутствовали, но был последовательно описан метод проведения опытов. Очевидно, Лаго желал продвигаться в карьере, может, мечтал о месте лаборанта, потому считал нужным изучить то, с чем предстоит работать. Но по большей части информация была скучной и к тому же трудночитаемой. Просидев так несколько часов и просмотрев лишь треть журнала, Гесса стала лишь бегло проглядывать страницы. Так продолжалось до записи, датированной седьмым ноября, пятым лунным днём шестьсот шестьдесят четвёртого года от нового времени. Гесса, сразу оживившись, впилась глазами в страницу, на которой была аккуратно зарисована кольцевая схема. Далее следовали пояснения, без упоминания названия установки. Но Гесса прекрасно поняла, что это. Конечно, Лаго и понятия не имел, с чем ему довелось иметь дело. Вероятно, он какое-то время работал здесь, в центре, поэтому посчитал нужным записать всё то, что увидел, услышал или узнал. Гесса лихорадочно пролистала журнал дальше. Работа его длилась недолго, потому что записи о Паргелионе занимали ровно десять листов, последняя запись датировалась первым декабря, значит, Лаго был здесь двадцать три дня. Совсем немного.

Гесса принялась изучать схему. Ей понадобилось увеличительное стекло, чтобы разобрать то, что Лаго подписал мелким шрифтом. Но по мере того, как ей удавалось различать написанное, её глаза разгорались. Вся более-менее полезная информация умещалась в две страницы. Остальное было детальным описанием комнат Паргелиона, лабораторий и прочего интерьера и обустройства, о котором Гесса знала и без журнала.

Но этих двух страниц было достаточно. Потому что именно здесь Лаго, который, очевидно, присутствовал на испытаниях раз или два, подробно описывал схему запуска установки. Очевидно, он не был эмоциональным человеком, но даже его сухие, сугубо информативные замечания указывали на то, как он был впечатлён.

— Схема три, — вслух прочитала Гесса, — «на схеме три я изображаю, как работает установка. Её запуск обеспечивают три оси…» Так, ну это я знаю и без тебя, скажи лучше, как заставить их функционировать. Так… нужно последовательно запустить все три оси против часовой стрелки. Начинать с крайней слева. Необходимо подать энергию кристалла на эту ось. Далее она способна запустить следующую. Каждая… не понять, что написано… закручивается и запускает другую, таким образом они формируют множественное гало, которое создаёт нужные потоки вращения. Частоты вращения возможно регулировать».