Паргелион

Вот оно. Женщина вытянула ладони к исходящему оттуда потоку. Бросила снятые перчатки прямо на каменный пол, вынула из сумки небольшой пузырёк и осушила залпом. Её глаза потемнели. Она вскинула руки, и закружилось, заплясало всё вокруг. Заискрились стены тёмной шахты, как будто рассыпались вокруг тысячи подмигивающих глаз, подсматривающих с той стороны. Рот Гессы растянулся в хищной улыбке упоения и торжества, наслаждения силой. Она ходила вокруг колодца, приплясывая, словно в ритуальном танце, всё больше разгоняя вихри сверкающих глазков. Гесса рассмеялась, как смеются сумасшедшие, которые знают о своём безумии — от безудержного, распирающего изнутри экстаза. Вдруг она резко развернулась, выкинула обе руки вперёд, направив на тонкие, висящие над пропастью пластины. Сжала и разжала кулаки. Что-то вспыхнуло промеж сомкнутых лепестков, завибрировало, задрожало, пластины чуть разошлись. Но вскоре импульс погас. Гесса опустилась на пол, принимая неудачу. И, посидев немного в гаснущих огоньках, вдруг сказала:

— Не стой там, выходи. Выходи же, не бойся. Я давно тебя заметила.

Из ниши в дальнем углу шахты появилась голова Лизы. Девочка смотрела на Гессу, не отрываясь, и, казалось, видела её настоящую в первый раз.

— Подойди.

Лиза прошла по каменному полу, стараясь ступать как можно тише. Но эхо всё равно разнесло приглушённый звук её шагов. Гесса встала, забыв отряхнуть длинную юбку. Лиза смотрела на неё — губы полуоткрыты, видны зубы. Было в красивом лице наставницы в этот момент нечто отталкивающее и одновременно притягательное. Лизе вдруг захотелось прикоснуться губами к этому полураскрытому рту. Как будто прочитав её мысли, Гесса улыбнулась:

— Чувствуешь её?

— Кого?

— Силу. Иную силу. Она сочится отсюда, из этой щели, которую им не удалось заткнуть.

— Но… энергия воронок разрушительна.

— Разве ты чувствуешь себя плохо?

— Сейчас… скорее странно, кружится голова. Но тогда я испытывала такую боль и бездвижие.

— Возможно, ты начала привыкать к вибрациям червоточин. Или именно эта червоточина не оказывает такого негативного воздействия на тебя. Здесь доза энергии не настолько велика, как в зоне старых башен. Дай мне руку.

Лиза несмело протянула ладонь. Гесса взяла её и подтянула ко впадине.

— Чувствуешь? Почувствуй. Посмотри. Услышь. Не бойся, глупая, это не больно. — И подмигнула затянутым чёрной поволокой глазом.

Лиза расслабилась, закрыла глаза и прислушалась. Низкие и высокие частоты в необычной комбинации.

— Мы, как две жрицы в тайном храме, скрытом ото всех, черпаем силу тьмы из глубин праматери. Bona dea. — Гесса приложила палец к губам. Потом вдруг прикоснулась ими ко рту девочки, а та почувствовала, как острый язычок быстро скользнул по её губам.

Гесса встала и, хитро улыбаясь, снова приложила палец ко рту.

— Тайна. Тайна всегда привлекательна. — Она обвела взглядом полутьму павильона. — Вещество, например. О нём почти ничего не известно. Сладкая жижа новых возможностей. Хаос в чистом виде. Оно попало в наш мир и дало нам так много. Но потом выяснилось, что оно убивает. Представь себе, какая досада. А когда ты так высоко поднялся, то бывает очень больно падать. Что, собственно, с нашим миром и случилось.

— Но что там? — спросила Лиза.

Гесса удивлённо приподняла бровь.

— Откуда всё это? С той стороны — хоть кто-нибудь там бывал?

— Там?

Женщина мягким движением поправила тёмные волосы.

— Там и есть тайна. Кто знает, что на той стороне? Мир ушедшего бога, потерявшего свободу. Созданная магиком прошлого иллюзия, которая смогла обрести силу и объем отдельной реальности. Оракулы, у которых стоят в ожидании пророчеств. Древняя Колхида, мифическая страна, затерянная где-то среди параллельных реальностей. Оборотная сторона вселенной, где всё существует не так, как здесь. Или тот мир — чаша, уже выпитая кем-то и выброшенная за ненадобностью? Или неудачный эксперимент сплоховавшего создателя? Тайна, — снова повторила Гесса, — притягивает, как ничто другое. Может быть, мне удастся это узнать.

— Хочешь пойти на ту сторону? Но ведь ты видишь, какие беды несёт пустыня. Что она сделала с остальными.

Лицо Гессы вдруг стало злым, в нём проступило что-то отвратительное, чужое, и Лиза отскочила от неё.

— Ну и что? Думаешь, это на самом деле важно? Это мелочь по сравнению с теми возможностями, которые могут появиться, если научиться открывать и закрывать врата.

— И как, получается? Судя по всему, пока не хватает энергии, чтобы запустить прибор.

— Это верно. — Гесса сменила злость на отстранённость. — Но если я смогла бы достать кристалл, который использовался в те времена для раскрутки воронки, то у меня бы вышло.

— И где его взять?

Гесса подмигнула ей:

— Варианты всегда есть.

Она подошла к девочке и, протянув руку, погладила её по щеке. Мягко, нежно, как мать, которой та не помнила.

— Нежный дикий цветок. Василиск, экзотическое существо. Опасное и прекрасное.

Она опустила руку.

— Ты мне как дочь, которой у меня никогда не было. Или потерянная сестра.

Лиза, забыв о недавнем страхе, с обожанием вглядывалась в лицо женщины, обретшее прежние черты.

— Думаешь, я могла бы стать магиком?

Гесса задумалась.

— Думаю, могла бы. Только зачем, девочка?

— Вы так сильны. Я тоже хочу научиться брать столько силы.

— Для чего она тебе?

Лиза пожала плечами.

— Когда ты поймёшь, тогда и получишь ответ на свой вопрос.

Гесса прошла вглубь шахты, выискивая артефакты. А девочка стояла и смотрела на неё. «Память, — говорила она себе, — память, не подводи меня. Я хочу запомнить это всё. Так, как было. Так, как есть».

— Посмотри сюда! — позвала вдруг Гесса.

Лиза подошла к ней.

— Посмотри, что это? Такого я не видела даже в пустыне.

Лиза поглядела на зеленоватые камни с тонкими фосфоресцирующими прожилками.

— Удивительно.

Гесса надела перчатку и подняла один из камешков.

— Камни… в них тоже скрыта тайна. Запечатанная сила, стихийная мощь, которая может однажды проявиться. А эти камни особенные, ведь они пропитаны силой, раньше не существовавшей на земле.

— И через камень можно зачерпнуть её?

— Ты отлично всё понимаешь. Если умеешь взаимодействовать с малым элементом чего-либо и встроить его в себя, то через этот элемент сможешь подтянуть к себе и большую часть того же самого. Понятно?

— Примерно.

— Ну вот и отлично. А теперь собери несколько камешков. Только надень перчатки, пока что не стоит трогать их голыми руками. И вот те белые наросты. Достань нож, надеюсь, он у тебя с собой. Но не затягивай, нам пора возвращаться обратно.

* * *

Лиза заснула только под утро, обдумывая произошедшее. Что делала с собой Гесса и для чего? Отвечать на такие вопросы она отказалась — не напрямую, конечно. Всю обратную дорогу из шахты в Кайро Лиза пыталась вытянуть у наставницы хоть слово правды о происходящем, но та лишь уходила от ответа, причём так виртуозно, что Лиза уже забывала, о чём именно она спрашивала. В контексте их разговоров с Айвисом выходило, что Гесса задумала сделать что-то в обход магика.