Пассат

— Можно. Мне очень не хотелось бы снова поднимать беспорядки в городе, но несколько моих друзей будут только рады по чисто эгоистическим причинам разжечь волнения. Команда моя получила указания; узнав, что я сдался добровольно, и вы приняли мои условия, она позаботится, чтобы никаких волнений из-за меня не возникло. Даю вам в этом слово.

— Слово подлого работорговца! — не сдержавшись, выпалил Дэн. — Подлый, низкий похититель, ни один человек в здравом уме не поверит вашему слову, и если думаете…

— Помолчите, Ларримор, — бесцеремонно перебил его полковник и снова обратился к Фросту: — А если вы не сдадитесь добровольно? Что они сделают?

Рори усмехнулся и покачал головой.

— Ну, нет! Если я скажу что, вы примете меры, чтобы помешать этому. Правда, сомневаюсь, что эти меры окажутся успешными. Но можете поверить слову «подлого работорговца», что если попытаетесь задержать меня без моего согласия, то пострадает множество неповинных людей. Вас это, возможно, расстроит, но меня нисколько.

— Блефуете, — сердито сказал Дэн. — Ни ваши друзья, ни вы ничего не можете сделать. Им не захочется оказаться под артиллерийским обстрелом, и даже султан не посмеет хотя бы пальцем шевельнуть, чтобы помочь вам, если мы наведем на город пушки и пригрозим открыть огонь при первых признаках беспорядка.

— «Правь, Британия!» — произнес Рори Фрост. — Хорошо, Дэн, я блефую. Бросишь мне вызов?

Ларримор не ответил. Рори засмеялся.

— Не посмеешь. Потому что султан тоже может бросить вызов тебе, сказав: «Давай, стреляй».

— Однажды мы уже восстановили порядок без этого, — ответил Дэн. — И сможем восстановить снова.

— Сомневаюсь. В прошлый раз город был на вашей стороне, однако на сей раз вам придется сражаться с жителями города, а не толпой вторгшихся пиратов, которых любой здравомыслящий горожанин боится и ненавидит. У вас не будет союзников, и поскольку, как мне известно, другой английский корабль придет сюда только через две недели, вас будет слишком мало, чтобы сражаться со всем островом.

Он понял, что лейтенанту нечего возразить, и воспользовался своим успехом.

— Перестань лезть в бутылку, Дэн, давай поговорим разумно. Это относится и к вам, сэр. У вас нет счетов с ребенком или со старым Бэтти Поттером. Собственно говоря, и с моей командой, она просто выполняла мои приказания. Вам нужен я, и если отпустите их, то сажайте меня под замок до прибытия «Баклана», а потом отправляйте под суд в более безопасное место, где всем наплевать, повесят меня или нет. Что вам терять? Или огульная месть для вас важнее безопасности, к примеру, мисс Крессиды Холлис?

— Гад! — прошептал Дэн. — Грязный, ползучий гад!

Он быстро шагнул вперед, полковник перегнулся через стол, схватил его за рукав и дернул назад.

— Сядьте, лейтенант!.. Благодарю вас.

Потом снова сел и обратил на капитана холодный взгляд серых глаз.

— Речь идет, мистер Фрост, не о мести, а о правосудии. И лично я не верю, будто у вас достаточно приверженцев на Занзибаре, чтобы вы могли привести в исполнение свою угрозу. Но, к сожалению, вы правы в том, что мы не можем пойти на риск нового взрыва насилия. У нас нет раздоров с горожанами, и мы не собираемся их провоцировать. Лишь из этих соображений я вынужден принять ваши условия.

Рори снял руки со спинки стула и поднялся.

— Спасибо, сэр.

— Подождите! Полковник властно поднял руку. — Это не все. У меня тоже есть несколько условий. Я готов убрать стражу от вашего дома и позволить находящимся в нем выйти. Дам вашим людям двадцать четыре часа, чтобы запастись водой, провиантом и привести в порядок свои дела. Но если они к концу этого срока не уйдут из гавани, я сочту наш договор недействительным, а если узнаю, что они высадились где-то на острове или на Пембе, без колебаний велю взять их под арест. Вам все понятно?

— Да, благодарю вас. Уверяю, что они не высадятся нигде на территории султаната.

— И отлично. Еще один вопрос. В настоящее время я не могу обходиться без «Нарцисса», не могу просить лейтенанта Ларримора содержать вас на борту. Не могу и сам держать вас под арестом в этом доме. Поэтому обращусь к Его Величеству за разрешением отправить вас в форт до прибытия «Баклана». Но поскольку я прекрасно осведомлен, что у вас есть влиятельные друзья, способные организовать вам побег, должен попросить вас дать мне слово.

Дэн резко, протестующе потряс головой, но промолчал, а Фрост удивленно приподнял белесые брови и произнес со странной ноткой в голосе:

Вы льстите мне, сэр. Почему вы считаете, что я сдержу его?

— Потому что, — сухо ответил полковник, — вы добровольно вернулись ради старика и ребенка. Конечно, я могу ошибиться. Но готов пойти на такой риск.

Рори неохотно улыбнулся и сказал беззаботно, но с ноткой горькой насмешки над собой:

— Ваша взяла, сэр. Странно, как «трусами нас делает раздумье!» Даю слово, что не попытаюсь бежать из форта.

Полковник обратил внимание на эту оговорку и сурово заметил, что вряд ли ему удастся бежать с «Баклана», если он имеет в виду это. Потом потянулся к стоящему на столе бронзовому колокольчику, громко позвонил и отдал краткое распоряжение вошедшему туземцу-служащему на его родном языке.

— Полагаю, — сказал затем полковник Фросту, — что вы хотите поговорить со своим человеком, ждущим вас снаружи. Можете говорить все в нашем присутствии.

Дверь открылась снова, вошел Ралуб. Он с серьезным достоинством приветствовал сидящих, и Рори твердо сказал ему:

— Хаджи, все в порядке. Тебе и остальным разрешено отплыть. Возьми ребенка, старика, всех из дома, кто захочет отправиться с вами и снимайся с якоря как можно скорее. Его превосходительство дает вам день и ночь на улаживание необходимых дел, но, поскольку задерживаться неразумно, отплывай немедленно — если удастся, в течение часа. И если мы больше не… — Он поколебался, а потом, решив не продолжать, отрывисто пожал плечами и произнес любезное мусульманское прощание: — Пусть ты никогда не будешь бедным.