Патрул

Патрул неторопливо направляется обратно. Он не торгуется, по нему нельзя понять, рад он или разочарован.

– А это, - говорит Юдра про собаку, – за ворота не впускать.

Патрул оставляет собаку у забора, входит во двор, поднимается по лестнице в дом. На пороге сталкивается лицом к лицу с хозяйкой.

– Не вижу радости на лице, – говорит Юдра. Она думала, что Чотар будет прыгать от счастья.

– Поверьте, госпожа, я чрезвычайно рад, - положив руку на сердце, сообщает Патрул. – Это именно та работа, о которой я мечтал всю жизнь, - добавляет он с гениальной улыбкой.

Юдра, наконец, смеется.

Хозяйка открывает дверь в кладовку:

– Здесь метла, тряпка, ведро, и все, что тебе понадобится.

Патрул осматривает рабочий инструмент.

– Ага, ага, ага… - кивает он.

Лестница в доме Юдры. Едва слышно напевая под нос стослоговую мантру, Патрул подметает ступеньки.

Одна из комнат в доме. Продолжая напевать Ваджрасаттву, Ринпоче тщательно вытирает пыль с предметов. Некоторые вещи задерживают его внимание, он их осматривает и ставит так, чтобы они выглядели лучше. То же самое касается мебели. Патрул переставляет ее, как ему нравится. Не с ног на голову, конечно.

Патрул метет во дворе дома. Юдра выглядывает из окна посмотреть, как он работает, затем она отправляется в одну из комнат, где поработал «Чотар», и застывает на пороге: все сверкает и излучает неземной свет. Такова сила благословения стослоговой мантры Ваджрасаттвы. Не веря глазам, хозяйка очарованно плывет по комнате. Она нагибается, чтобы чем-то пристально полюбоваться, и не может выпрямиться обратно.

– Черт! – кряхтит женщина, схватившись за поясницу.

В согнутом положении, охая и вздрагивая, она добирается до дивана и осторожно усаживается, прикусив губу. Комната больше не сверкает, поскольку видение Юдры Бумо омрачено страданием радикулита.

Двор дома. Закончив мести, Патрул ставит метлу в кладовку.

За воротами с милым лицом лежит «Ани». Появляется Патрул. Собака радостно вскакивает на передние лапы и «бежит» к другу.

Патрул играет с собакой, гладит и шутит.

Все заканчивается тем, что из сумки появляется кусок мяса, Ани ужинает.

У калитки появляется Юдра:

– Может, перекусишь? – предлагает она Патрулу.

– Не откажусь, - кивает он.

– Идем, покажу, где будешь жить.

Держась за спину и охая, Юдра ведет Ринпоче к месту его обитания.

– Что случилось? – спрашивает Патрул.

– Радикулит, так его и так! (тибетское народное ругательство)

– Если б не радикулит, вы бы остались в полном одиночестве, - с сочувствием замечает Патрул.

– Меня бы это устроило.

– Но такого не бывает! Хотим мы или нет, нас всегда кто-то будет колоть в спину или бить по носу.

– Чего-чего? – Юдра хлопает глазами.

– Идем.
– Патрул предлагает Юдре руку помощи.

Опираясь на протянутую руку, Юдра поднимается по лестнице в дом.

Комната прислуги. На столе стоит горячий суп и еще что-нибудь аппетитное. От обеда исходит пар. Открывается дверь. На пороге - Юдра и Патрул.

– Устраивает? – спрашивает хозяйка.

– О, да, - признается работник.

Хозяйка, прихрамывая, уходит, оставив Патрула в небольшой комнатке.

Ринпоче забрасывает сумку на кровать тем же движением, каким забрасывал ее на ложе VIP в монастыре. Правда, здесь он себя чувствует в своей тарелке. Наклонившись над тарелкой с супом, Патрул с улыбкой принюхивается.

Поглядывая в открытое окно, из которого виден сад, Ринпоче обедает.

Раннее утро. Поют петухи. Солнце скоро выглянет из-за горизонта. Деревня просыпается. Ани возле забора зевает и потягивается.

Открытое окно в комнате Ринпоче. Комната пуста. Патрула внутри нет. Мы догадываемся, что Ринпоче опять сбежал из клетки. Затем, выглянув на улицу, мы видим, как Ринпоче простирается в саду на траве под своими окнами.

Юдра из окон на втором этаже пристально следит за простираниями Патрула.

Одна из комнат в доме. Патрул смывает мокрой тряпкой пыль с домашнего цветка. Появляется кривая хозяйка.

– Чем это ты по утрам занимаешься? – интересуется Юдра.

– По утрам?

– В саду.

– А! – вспоминает Патрул. – Специальная практика. Когда-то я ходил так же криво, как вы. Радикулит мучил, аж слезы капали на землю.

– Да прямо!

– Да! Прямо ходить не мог. Только криво. Надо идти вперед, а ноги несут влево. Я чуть с ума не сошел. Ходил только по кругу. Потом один добрый лама научил меня секретной практике…

– Да ну тебя!

– Да, да, да! Он передал мне практику «Тайная сущность здоровой поясницы». С тех пор я стал другим человеком. Через неделю радикулита как не бывало. – Патрул смеется, продолжая вытирать листья.

– Слышишь, хватит меня морочить! Сейчас-то зачем отжимаешься, если через неделю радикулит прошел?

– Да мне нравится. Это как зарядка.

– И в чем же секрет? – после паузы как бы нехотя интересуется женщина.

– Извините, госпожа, я не могу передать вам эту практику.

– Почему это?

– Потому что она тайная. Чтобы ее получить, вы должны обещать довести ее до ума.

– Чего?

– Ну, практиковать, пока не добьетесь результата.

– Какого результата?

– Например, выпрямитесь и забудете о больной спине. Тоже ведь результат?

– Интересно… - Юдра заинтригована настолько, что уже выпрямилась и забыла о больной спине. – Так я должна…

– Да, да, да!
– Патрул ловит на слове.

– Хорошо, я обещаю практиковать до появления результатов.

– Правда? – Патрул на секунду отрывается от цветка, чтобы диагностирующим взглядом измерить готовность Юдры.

– Правда.

– Смотрите! – предупреждает Патрул. – Кто не хранит тайные обещания, того наказывают защитники Дхармы. – Если не будете практиковать, рискуете вообще свалиться и не встать.

– Нет-нет, - напугана Юдра. – Естественно, буду… Ну, как могу. Буду, короче, стараться.

– Хорошо, я вам передам «Тайную сущность здоровой поясницы».

Патрул на несколько секунд забывает о хозяйке и целиком отдается цветку. Юдре не терпится: