Перед бурей

– Не «Звездная ночь», - я усмехнулась, - но картина правда прекрасна, - отвечаю я, положив голову на плечо парня, а волосы после «пыток» слегка выбивались из прически, спадая локонами на его рубашку.

– Мы тоже две разноцветные фигуры на переднем плане, - чуть слышно сказал Тео, осторожно глядя на меня.

Он убрал слово «влюбленные» специально? Я заглядываю в глаза парня, пытаясь понять его мысли, его желания или тайный смысл фразы. Или нет?

– Мы, - я сглотнула, - просто силуэты? – тихо.

– Это уже вам выбирать, мисс Грей, - голос Тео стал бархатным, как будто легкая хрипотца делала тональность гораздо ниже.

Мне?

– Может, - я вновь смотрю на картину, чувствуя смущение, - ты решишь за меня?

Тео ухмыльнулся, а его пальцы осторожно заскользили по моей спине, вызывая приятные мурашки от прикосновений.

– С удовольствием, - ответив, парень повернул меня к себе, жадно и, в то же время, с мучительной медленностью целуя мои губы.

Я издаю тихий вздох, не сопротивляясь и не пытаясь остановить его; разум перестал бороться с чувствами и теперь повторял поступки сердца, полностью соглашаясь с ним. Все вокруг перестало существовать на несколько мгновений, полностью растворившись в океане эмоций, бушующем во мне, я лишь ощущала тот самый недостаток воздуха, словно задыхаясь в пучине своих чувств.

Тео отстранился, улыбаясь мне и не скрывая своей победы. И моего поражения. Теперь я полностью в его власти.

– Я хочу еще, - произносит Тео охрипшим голосом, а его почерневшие глаза, казалось, заглядывают в душу, управляя мной, мыслями и телом.

И на этот раз парень прижимает меня к себе еще крепче, покрывая влажными поцелуями шею, ключицы, подбородок, губы, а мои пальцы цепляются за его рубашку, сжимают ее, словно пытаясь доказать, что это все не плод моего воображения.

Мы одни. В музее. Целуемся на фоне одной из самых известных картин Ван Гога.

Я отстранилась первой, чувствуя слегка опухшие губы от долгих, прерываемых легкими вздохами, поцелуев.

– Может, посмотрим еще картины Ван Гога? Моне? – я, немного запыхавшись и покраснев, тихо говорю имена импрессионистов, чьи картины находятся здесь, - Ренуара? Писсарро? Дега?

Тео ухмыляется, словно я сказала очередную глупость, а затем берет меня за руку, вновь притягивая к себе.

– Ты слишком сексуально шепчешь, - его дьявольская ухмылка действует гипнотизирующее.

Надо взять себя в руки, мисс Грей.

Я улыбаюсь в ответ.

– Тео, - также тихо говорю я, наблюдая, как парень вздрагивает от моего голоса, от произношения имени.

– Черт, Вивиан, так нельзя, - он постепенно остывает, - иначе я не смогу себя контролировать, - Тео Эванс улыбается более миролюбиво, и я успокаиваюсь.

Мы смотрим картины, а искра, вспыхнувшая между нами, продолжает преследовать меня, заставляя время от времени кусать припухшую губу, вновь проверяя происходящее на правдивость. Вскоре мы выходим из музея, насладившись картинами и легкими объятиями, переплетением пальцев рук и косыми взглядами.

Это странно и непривычно.

Войдя в номер, я ощущаю усталость, а вспомнив об отце, понимаю, что хочу забыться. Забыть весь этот странный день, исключая лишь… Я украдкой смотрю на Тео, который вновь спокойно снимает рубашку, повернувшись ко мне спиной. Пожалуй, мне следует выпить.

– Здесь ведь есть алкоголь? – как бы невзначай.

– Ты собираешься выпить? – Тео надевает футболку и хмуро смотрит на меня.

– Думаю, мне нужна разрядка, - говорю я устало, - перелет, покупки, чертов показ… - немного наигранно зеваю, а затем потягиваюсь.

Парень наклоняет голову набок, с любопытством глядя в мои глаза.

– Ты так устала, что, уверен, отключишься после первой рюмки, - Тео усмехается.

Тоже верно. И, к сожалению, мне нечего ему возразить, поэтому я ухожу в гостиную, на ходу снимая серебряное платье и вспоминая сообщение от своего отца.

– Я знаю, какая тебе нужна разряд… - парень не договаривает, а я чувствую его взгляд, прожигающий мою обнаженную спину.

– Уйди, - шепчу, не двигаясь с места.

Но шаги становятся лишь громче.

– Тео, уйди, - я сглатываю, стараясь побороть страх.

Прохладные пальцы касаются поясницы и скользят вдоль позвоночника вверх, оставляя за собой след из мурашек.

– Пожалуйста, - еле слышно, дрожь становится все сильнее и сильнее.

– Неужели ты не хочешь этого? – его губы осторожно и мягко кусают мочку уха, плавно скользя к плечам, лопаткам, а нос утыкается в шею.

Громкое и прерывистое дыхание.

– Нет, - отвечаю я, продолжая держать пальцы на уровне груди и скрывая хотя бы часть своего стана.

Это блеф, и он чувствует это.

– Ты врешь, - сипло говорит парень, прижимая меня к себе и лаская мое тело пальцами.

– Прошу, Тео, - я, несильно ударяя его локтями, освобождаюсь от объятий парня, глядя на него с чувством вины, - я не готова.

Он поднимает бровь, и весь огонь, пылающий в нем, медленно и плавно превращается в обугленные огоньки.

– Тогда, может, поспишь со мной? – предлагает парень, не подходя ко мне и лишь следя за реакцией.

Я нерешительно киваю, и после этого парень делает несколько шагов навстречу, легко касаясь моих губ.

– Мы не будем торопиться, хорошо? – он взволнованно смотрит в мои глаза, словно пытаясь найти в них ответы на все свои вопросы.

К сожалению, нам обоим не позволена такая роскошь.

– Хорошо, - я слабо и немного устало улыбаюсь, и парень, осторожно обнимая меня, ведет в спальню.

Отворачивается, когда я начинаю переодеваться. Улыбаясь, провожает меня взглядом, но теперь, после того, что произошло чуть больше семи минут назад, в его глазах появилось что-то еще, что-то глубокое и… отреченное?

Словно я не оправдала его ожиданий. Неприятное чувство.

– Спокойной ночи, - шепчем мы друг другу после легкого поцелуя, и я засыпаю, ощущая тепло, исходящее от Тео.

Комментарий к Глава 4. Вызов.

Вот, автор старался)

С экзаменами покончено, сессия закрыта успешно на “отлично”.

Возможно, так как появилась неделя каникул, следующая глава выйдет немного раньше)

Надеюсь, вам нравится)

========== Глава 5. Прогулка. ==========

Я чувствую, как тепло, окружавшее меня, медленно исчезает. В голове мелькают образы: разозленный отец и расстроенная мама, брат, который с разочарованием смотрит в мои глаза; появляется даже лицо незнакомой мне Елены: она, сощурив взгляд, изучает меня, как хищник бы глядел на свою добычу.