Перед бурей

– Мокко? – я усмехаюсь, быстро переключаясь с темы на тему.

– Кофе слишком сладким не бывает, - подмигнув, словно двусмысленно говорит Тео, смущая меня.

Сделав пару глотков, вновь устремляюсь свой взгляд к окну, погружаясь в воспоминания, а парень не беспокоит меня, сохраняя драгоценную тишину.

– Ты веришь в реинкарнацию? – спрашиваю я неожиданно для Тео, приводя его в замешательство, и встречаюсь с его удивленными глазами.

– Переселение душ? – парень хмурится, глядя на меня с недоумением, - Кажется, тебе что-то добавили в кофе.

– А если серьезно? – я наклоняю голову на бок, наигранно разочарованно вздохнув.

– Если серьезно, то нет.

– То есть у тебя не было чувства дежавю? Когда ты, например, находясь в совершенно незнакомом месте, ощущал, что присутствовал здесь когда-то? Иногда я испытываю это чувство, - я опускаю взгляд, - но, - теряюсь, пытаясь подобрать слова, - словно не в этом… теле.

Тео скептически смотрит на меня, и я готова провалиться под землю от такого настороженного и этим пугающего взгляда.

– Вив, у каждого свои тараканы в голове, - он пожимает плечами, - с чисто медицинской точки зрения все органы отключаются, и на этом все. Мозг перестает работать, и тебя нет.

– А душа? – я придвигаюсь ближе, словно чувствуя, что впервые Тео открывается мне, и не желая упустить этот момент.

– Это моральные качества и принципы, эмоции. Твой мозг, не сердце, - он прикасается указательным пальцем к виску, - вот что заправляет всем этим. И чувствами тоже. Сердце лишь перекачивает кровь.

– Это объяснимо касательно чувства стыда, совести. Да, может быть, именно совесть можно, в твоей теории, назвать душой, но что ты, - я ощущаю тепло на краснеющих щеках, - назовешь любовью?

– Все просто, - Тео улыбается, отпив латте, - ее просто нет.

Я молчу, пытаясь сформулировать вопрос и запутавшись в себе. Как… нет? Тогда, черт, что ты делаешь со мной, Тео Эванс?!

– Брось, Вив, - парень видит мою растерянность, - любовь это не отдельное чувство, это, - он сцепляет свои пальцы друг с другом, слегка хрустя костяшками, - смесь определенных эмоций и состояний человека. Во-первых, тебе хорошо с, скажем, твоей пассией, ты ощущаешь комфорт и спокойствие. Ты доверяешь ему все, в том числе и свою жизнь. И, самая важная часть, самопожертвование. Ты умрешь ради этого человека, если так сложатся обстоятельства, будешь стоять за него до конца. Все это вместе можно назвать любовью.

Я молчу, мысленно соглашаясь с Тео, но пытаясь найти подвох или ошибку в его словах.

– Тогда желание, - кашлянув, - обладать другим человеком, быть с ним, интерес к нему – влюбленность?

Парень кивает.

– В таком случае ты не учитываешь чувства того человека, поступая эгоистично. Можно сказать, - Тео мрачнеет, - пытаясь подчинить его себе.

– Это крайняя степень фанатизма, - я смеюсь, увидев это мгновенное преображение парня и стараясь вернуть разговору легкость.

К моему счастью, Тео Эванс криво улыбается.

– Возможно, мисс Грей, - уклончиво отвечает он, и я приступаю к пирожному, с интересом поглядывая на парня.

Что ты скрываешь от меня, Тео Эванс? И какие чувства ко мне испытываешь?

– Я скучаю по отцу, - тихо говорю я, глядя на прохожих.

– Возможно, я плохо разбираюсь в женской логике, но мне кажется, или ты попыталась сбежать от него? – Тео хмурится, не понимая меня, а я тихо вздыхаю, делая еще один глоток теплого кофе, чем-то напоминающего горячий шоколад.

– Я сбежала от наказания, - отвечаю, прислоняя пальцы к полупустой чашке и пытаясь таким образом согреть их, - а не от Кристиана Грея.

– Но преследует тебя он, а не его решение, - опровергает Тео.

Я убираю пальцы от чашки и зарываю их в волосах.

– Беспокоится обо мне, - тихо отвечаю, - может, пойдем отсюда?

Мой голос, наверное, оказался слишком грубым, и парень закрыл эту тему, допив кофе и расплатившись за нас.

– Ана, мы вырастили кофейную сладкоежку, - голос Кристиана Грея мягкий и нежный, он словно обволакивает меня, и я чувствую себя защищенной, - Вив хочет еще мокко.

– Милая, пить кофе вредно для слишком юных леди, - улыбаясь, отвечает мама, - может, какао?

– Мокко!
– я недовольно топаю ножкой, вызывая смех родителей.

– Хорошо-хорошо, наш будущий руководитель, - папа берет маленькое тело на руки, касаясь своим носом моего, - мокко так мокко.

Родители не особо любят рассказывать, как пристрастили свою маленькую 7-летнюю дочь к кофе, поэтому, думаю, Тео не знает об этой истории. Мокко оказался лишь совпадением.

– Куда мы направимся теперь? – стараясь забыть воспоминание и тяжесть в груди.

Тео улыбается.

– Предлагаю побыть обычными туристами, - он усмехается, целуя меня в лоб и прижимая к себе, - что входит в список классических и банальных посещений?

– Эйфелева башня и Диснейленд? – я кусаю губу.

Парень останавливается, и в его темных глазах я вижу удивление.

– Диснейленд? – он поднимает бровь вверх, смотря на меня сверху вниз, как на маленького ребенка.

И я действительно чувствую себя так рядом с Тео.

– Я ни разу не была там, - я пожимаю плечами, ощущая стыд.

– Ты шутишь.

– Ммм… - я закусываю губу, пытаясь не рассмеяться от серьезного и ошарашенного голоса парня.

– Значит, не шутишь?

– Ммм…

– Ммм?

Я киваю, улыбаясь, а Тео тяжело вздыхает.

– Ты, дочь известного миллионера, Вивиан Роуз Грей, не была в Диснейленде?!

– Не сложилось, - потупив взгляд.

Парень достает телефон, делая звонок, а я, чтобы не мешать, смотрю в посеревшее небо, и, чувствуя сильный ветер, сильнее укутываясь в пальто.

– Сейчас к нам подъедет Чарльз, - говорит Тео, прижимая меня к себе и зажимая мои пальцы между своих ладоней, - ты забыла перчатки?

– Прости, - я виновато кусаю губу, - он поедет с нами? – недоуменно.

Парень искренне смеется, и от его улыбки становится теплее, а я отказываюсь признавать тот факт, что Тео просто укрыл меня собой от ветра.

– Чарльз одолжит свою машину, - шепчет Тео, - зимой больших очередей нет, так что, думаю, мы быстро купим билеты. Куда ты хочешь пойти?

Я пытаюсь вспомнить аттракционы, но теряюсь, так как голова забита совершенно другими мыслями, которые вертятся вокруг человека, стоящего около меня.