Перелом

– Я тоже иду туда, -сказала Элли.

Его глаза расширились.

– Ты возвращаешься? После случившегося?

Она пожала плечами, как будто посещение Ночной Школы не являлось чем-то грандиозным.

– Это часть моего наказания.

Его взгляд скользнул по ее лицу, и, хотя Сильвиан не сказал об этом, Элли почувствовала, что он удивлен. Удивлен, что она заговорила с ним. Она старательно избегала его с ночи Зимнего бала.

Не то, что бы ей не хотелось с ним разговаривать. Она просто не знала, что сказать. Их поцелуй в тот вечер был настолько потрясающим -таким страстным. Одни мысли об этом заставляли ее сердце биться быстрее.

Но потом умерла Джу. И мир изменился в одночасье. В ту ночь она узнала, что Натаниэль охотится на людей, которые ей дороги. В ту ночь она решила попытаться никого никогда не вовлекать в этот круг.

– Тебе это, наверное, трудно после всего, -спросил он.
– Ты готова?

– Я не знаю, -призналась она.
– Но я должна это сделать. Для нее.

Он кивнул, словно не ожидал ничего другого.

– Я бы поступил так же.

Ее глаза взметнулись вверх к нему.

– Ты бы?

– Конечно,-ответил он.-Это единственный способ. Ты должна стать сильнее и должна бороться. И выиграть.

– Спасибо,-поблагодарила она за его точку зрения.- Для меня это поддержит.

Когда он улыбнулся, его резкие черты смягчились, делая больше похожим на мальчишку. Иногда Сильвиан казался таким взрослым и легко забывалось, что ему всего шестнадцать.

Затем он взглянул на часы и улыбка исчезла.

– Боюсь мы оба опаздываем, -сказал он.
– Мне еще надо сбегать наверх.

– Конечно, -замялась Элли, делая шаг в сторону.

– Элли...

Она посмотрела на него вопросительно, но он, казалось, передумал.

– Ничего, -пробормотал Сильвиан.-Увидимся там.

Он умчался с плавной грацией пантеры.

Оставшись одна, Элли начала спускаться. Знакомая лестница в подвал никогда еще не выглядела такой зловещей и негостеприимной. Прогулка вниз по узкому мрачному коридору никогда не казалась такой одинокой. Она обрадовалась, когда добралась наконец до раздевалки девочек.

Большая комната была почти пуста -лишь горстка девушек уже подготовились, облачившись в черные тренировочные костюмы Ночной школы.

В одном из углов она заметила Николь все еще в школьной форме. Когда француженка собирала длинные темные волосы в конский хвост, их глаза встретились. Николь, казалось, не удивилась, увидев ее, или очень хорошо замаскировала это

– Итак, ты готова вернуться в мясорубку? Благодаря ее французскому акценту «мясо» прозвучало как «встреча». (прим. в английском это созвучные слова -"meat’ и ‘met").

– Так мы это сейчас называем?
– Элли выдавила из себя улыбку.

– Подходящее название, n’est ce pas? (примеч.
– французское -не так ли)

Горький тон Николь прекрасно отражал чувства Элли. Немного храбрости. Немного злости.

Николь и Элли познакомились друг с другом только в конце последнего семестра, но Николь быстро начала ей нравиться. Она была слишком хорошенькая -маленькая и стройная, с огромными карими глазами-и, кажется, не боялась ничего.

– Хороший вопрос.
– Элли подошла к крюку с надписью "Шеридан", выведенной над ним ровными квадратными буквами. Здесь висели черные леггинсы, две облегающие с длинными рукавами водолазки -одна для занятий внутри, другая снаружи, и куртка на молнии. В ячейке на деревянной скамье ниже стояли крепкие водонепроницаемые ботинки, рядом черная вязаная шапка и термоперчатки.

Она подумала, снаряжение хранилось тут все время, пока она не ходила в Ночную школу. Просто ожидало ее возвращения.

Вместо того, чтобы расстегнуть белую блузку, Элли сняла ее через голову, вывернув наизнанку в процессе. Потянувшись за пуловером, она увидела, что глаза Николь остановились на ее шрамах, багровеющих на белой коже рук и туловища. Впервые кто-то, кроме ее врачей видел, что авария с ней сделала и, смутившись, она поспешила натянуть черную водолазку.

Заметив это, Николь покачала головой.

– Не стыдись своих шрамов.

Вздрогнув, Элли посмотрела на нее.

– Гордись ими. Они являются символом твоей жизнестойкости. И твоей силы.

"Что-за ерунда"-подумала Элли, ощетинивший. "Я не сильная. Я неудачница".

Но когда они закончили переодеваться, в тишине слова Николь остались с ней. В конце концов, она выжила, не так ли? Сражалась с двумя парнями вдвое крупнее себя и победила.

Шрамы были тому доказательством.

Когда она натягивала леггинсы, то не пыталась скрыть уродливую красную отметину на левом колене.

Николь подождала, когда Элли закончит, и они вместе пошли в тренажерный зал, где несколько десятков учеников Ночной Школы растянулись и болтали на синих циновках для упражнений.

Заметив Элли у двери, они замолчали.

Чувствуя себя как под лупой, она беспомощно оглянулась, ища знакомые лица. Джулия и Картер расположились у дальней стены комнаты с Лукасом. Картер стоял спиной к ней, но Джулия подтолкнула его локтем, и он повернулся, чтобы посмотреть. Их глаза встретились. Он вежливо кивнул и вернулся к беседе.

Глядя на его затылок, она с трудом сглотнула и рассердилась на себя.

Что она ожидала? Что он подбежит и обнимет ее? Поприветствует ее возвращение в Ночную школу?

Тем не менее, после их разговора сегодня утром она надеялась на большее, чем это, и ощутила боль. Она была быстрой и резкой -эмоциональный укус пчелы -и румянец подкрался к щекам.

Повернувшись к Николь, она хотела сказать что-нибудь, что угодно, лишь бы все подумали, что ей все нипочем.

– Так ... как дела?
– Все, что она могла придумать.

"Я ненавижу свой собственный мозг", -подумала она мучительно.

Николь, правда, ничего не пропустила, сообразив, что к чему.

– Потрясающе, дорогая, -промурлыкала она с довольным музыкальным смехом, точно Элли сказала что-то умное и веселое.

– Может пойдем туда?

Она отвернулась от Джулии и Картера.

– Боже да, -Элли не сдержала облегчение в голосе.

Когда они поспешили через комнату, кто-то позвал ее по имени. Замедлившись, Элли обернулась и увидела Элоизу, подходившую к ним с радостной улыбкой, осветляющей ее лицо. Элли мгновенно почувствовала себя лучше. Библиотекарь была одной из ее любимых преподавателей Ночной школы. Молодая и живая, она всегда была той, кому Элли чувствовала, что может доверять.