Перепаянный
Шрифт:
— На это я и рассчитываю, — слегка улыбнувшись, сказал Дэш. Он встал и приподнял свой чёрный ноутбук с угла письменного стола. — Я хочу, чтобы ты всё установил на мой ноут, чтобы когда она отследила пакеты, они привели её ко мне.
И, помолчав, добавил:
— Если Кира Миллер ещё не знает обо мне и о том, что я её ищу. Не стал бы исключать эту возможность, — осторожно сказал он. — Установи программу, которая будет отслеживать взлом и регистрировать всё, что можно об его источнике. Ещё я хочу, чтобы ты поставил трассировщик, чтобы когда она действительно вломилась в мой компьютер, он мог бы это уловить и пойти к ней по хлебным крошкам.
— Она будет этого ожидать. Я попытаюсь поставить что-нибудь очевидное, что она обнаружит, и ещё более тонкую отслеживающую
Дэш тоже не ожидал, что трассировщик сработает. Это не было истинным его планом. О чём Дэш умолчал, так это о замысле разместить на своём ноутбуке информацию для Киры Миллер — такую, которая дала бы ей понять, что он близок. Возможно, он сумел бы заставить её сделать свой ход. Если бы она поверила, что он достаточно опытен в преследовании, чтобы представлять для неё опасность, возможно, она заглотила бы наживку и вышла на него. Это была наилучшая стратегия, которую он сумел разработать в течение долгого пути из Северной Каролины. Если гора не идёт к Магомету…
Дэш передал ноутбук Гриффину и принялся внимательно смотреть, как гигант колдует над ним — скачивает программы, устанавливает ловушки в его системе.
Минут через десять на лице Гриффина появилось выражение тревоги. Он бросил взгляд на Дэша, но ничего не сказал — лишь продолжил работать мышью и клавиатурой. Прошли ещё несколько минут. В конце концов Гриффин прекратил работать и встретил взгляд Дэша обеспокоенными глазами.
— Боюсь, твой план не сработает, — мрачно сказал он.
Дэш в замешательстве склонил голову набок.
— Почему же?
— Потому что ты был прав. Она знает, что ты её преследуешь.
— Да как, чёрт возьми, ты это узнал?
— Потому что она уже навестила твой компьютер, — ровным тоном сказал Гриффин. — Вчера ночью.
Дэш почувствовал, что внутренности сжимаются в тугой комок.
— Ты уверен?
— Боюсь, что так. Проверил дважды. Она проникла через брандмауэр и вломилась в твой компьютер. Скачала всё, что ей было нужно.
— Что значит "всё"?
— То и значит — "всё". Скопировала всё, что там было. Содержимое жёсткого диска, записи электронной почты — всё, — сказал Гриффин.
Он оглянулся на монитор компьютера и недоверчиво покачал головой.
— Может, она так же хороша, как и я, в конце-то концов, — сказал хакер, и в его голосе послышалась нотка восхищения.
8
Мэтт Гриффин препарировал ноутбук Дэша ещё несколько часов, но в конце концов не сумел выйти на единственный след. Для своего проникновения в него Кира Миллер воспользовалась компьютерным эквивалентом перчаток, не оставив после себя ни отпечатков пальцев, ни ДНК, которые могли бы дать возможное направление поисков.
Но что Гриффин действительно обнаружил, так это лазейку, оставленную Кирой для себя: эта лазейка давала ей возможность проникать в святая святых компьютера Дэша и получать данные, невзирая на любое усиление защиты.
Подозрения Коннелли определённо имели под собой почву. В спецназе США имелась утечка — достаточно широкая, чтобы сквозь неё пролез супертанкер. Было неясно, в чём она заключалась — в "кроте" или ещё в чём-то, — но утечка была единственным возможным объяснением того, что Кира Миллер узнала о привлечении к операции Дэша практически до того, как он сам об этом узнал. Она была на шаг впереди него ещё до того, как он сделал первый шаг, и этот факт внушал тревогу. Не возьмись Гриффин за установку продвинутых программ слежения на ноутбук Дэша, тот и не заподозрил бы о том, что компьютер скомпрометирован.
Должно быть, Кира Миллер взламывала компьютеры всех предшественников Дэша, вот только они об этом так и не узнали: ведь иначе Коннелли бы его предупредил. Учитывая, что у неё был доступ к их компьютером, неудивительно, что они не сумели её отыскать. Не так уж сложно избегать поимки, когда
охотники извещают тебя о каждом своём шаге — буквально.Дэш знал, что его практически застигли со спущенными штанами. Но ему повезло. Проникновение Киры Миллер в его компьютер, будучи замеченным, играло ему на руку. Дэш намеревался вывести её на свой компьютер, чтобы скормить ей дезинформацию; теперь для этого имелись идеальные возможности, причём он мог сделать это, не вызывая никаких подозрений. Так что Дэш проинструктировал Гриффина оставить лазейку нетронутой.
Теперь, продолжая свои поиски Киры Миллер, Дэшу предстояло спланировать конкретные детали ловушки. Он знал — нужно быть терпеливым. Она никогда не поверит, что он приблизился к ней всего за день-два, так что надо было подождать чуть подольше. И чем большего прогресса он достигнет до того, как установить ловушку, тем лучше. Чем ближе он подберётся к Кире, тем больше деталей отыщет, и тем более убедительную дезинформацию сможет состряпать.
Дэш вернулся в свою многоэтажку в самом сердце Вашингтона. В своё время он выбрал квартиру почти исключительно по её расположению и наличию отличного фитнес-центра. Хотя его ежедневные тренировки и близко не подходили к режиму в "Дельте", их хватало для того, чтобы Дэш по-прежнему держался в отличной форме.
Несмотря на дороговизну, квартира была несколько тесноватой. Не то, чтобы ему это было важно. Поскольку Дэш был холостяком, много места ему не требовалось, к тому же довольно много времени он всё равно проводил на своей работе телохранителем. Сбережение денег теперь, когда он пытался разобраться, чем станет заниматься дальше, было важнее дополнительных квадратных футов. Квартира была опрятна, но он был слишком занят и слишком апатичен, чтобы как-либо её персонализировать. Его вкусом в искусстве была эклектика — от выворачивающих реальность невозможных творений Эшера, от сюрреализма Дали до спокойных импрессионистских работ Моне. Тем не менее, обрамлённые в рамки репродукции любимых их работ лежали в шкафу, завёрнутые в коричневую бумагу: верный признак того, что его душа измучена, что он соскользнул в ровную депрессию. Ещё более верный признак: Дэш любил книги превыше всего, и за годы скопил несколько тысяч их; но хотя вид множества шкафов с любимыми книгами, с самыми разноцветными корешками, доставлял ему огромное удовольствие, он до сих пор их не распаковал.
Коннелли видел его насквозь. Дэш подумывал об уходе из армии ещё до Ирана, и над этим решением раздумывал очень мучительно. С одной стороны, в "Дельте" он нашёл дружбу и товарищество, да к тому же важность того, чем он занимался, было невозможно переоценить. Его работа уберегла тысячи и тысячи невинных от ужасных страданий и смерти — от грязных бомб, нервно-паралитических ядов, пущенных под откос поездов, и так далее. Среди этих тысяч были и дети, которые в некоторых случаях были главной целью планируемых нападений, сколь бы кощунственным это ни было. Многие жители Запада по-прежнему пребывали в блаженном неведении о будущем прогрессивного общества, которое было каким угодно, но только не гарантированным. Дэшу приходилось бывать на передовой, видеть фанатиков, которые угрожали перевести часы мира на тысячу лет назад. Дэш помогал одержать победу над жёсткой и деструктивной идеологией. Она была пламенем, который полыхал по всему миру, и если оставить его без присмотра, оно наверняка пожрало бы всю цивилизацию.
Но также у Дэша были мечты о том, чтобы однажды осесть на одном месте. Стать отцом. Завести семью. Останься он в "Дельте", это было бы невозможным. Он всегда был в движении, постоянно призывался на задания в других странах — такие задания, которые не мог обсуждать ни с кем, в том числе и с будущей женой. Быть женатым значило разделить с кем-то свою и её жизнь, но свою часть груза он не смог бы удержать. А когда у него появились бы дети, с каждым его отъездом семья изводилась бы вопросом — вернётся ли папочка домой, или его вернут в мешке для трупов кусками, оставив детей без отца? Что за жизнь была бы это для них? Ответ: никакой жизни, совсем. Дэш отказался даже рассматривать эту возможность.