Перевал

— Метко бьют! — произнёс Анатолий. — Ещё немного и пойдут в атаку. Они уже поняли, что кого-то ранили!

— Почему они не атакуют прямо сейчас? — не понимал Алексей.

Очередная пара камней, запущенных при помощи пращей, проделали вмятины в траве.

— Боятся. Мы уже сталкивались с ними, и малость научили уму-разуму, — зло отозвался Чекан, рассматривая рану Данилы. — Теперь вот осторожничают. Было бы расстояние чуть меньше, они бы нас всех перебили! Чёрт! Как они нас подловили?!

— Так может нам их расстрелять к чертям собачьим?! — предложил Плетнёв.

— Прежде, чем они подохнут, они успеют нас порвать! Очень высокий болевой порог! На охоте бывал? Можешь представить, что такое подраненный секач или медведь!

Громилы не только держались на значительном расстоянии, но перемещались туда-сюда, то и дело падали навзничь и снова вскакивали, чтобы помешать прицелиться в них из огнестрела. Но Плетнёва действительно не оставляло стойкое ощущение, что попадание вызовет лишь приступ бешенства у гуманоидов, сорвав оставшиеся стоп-краны.

Было видно, как трое громил вкладывали камни в пращу и буквально с одного взмаха отправляли их в сторону людей. Ещё один прикладывал очередной оперенный дротик на какую-то палку и с короткого разбега отправлял его в полёт. Оставшийся, казалось, просто наблюдал за происходящим, опираясь на ту самую боевую пилу — плоскую дубину с прилаженными кусками обсидиана или кремния.

Как же далеко они швыряют снаряды! Это же какую силу надо иметь, чтобы на триста метров запустить копьё, будь оно даже таким облегчённым и с оперением. На какое там расстояние метали копья олимпийцы? На восемьдесят, девяносто метров?

Громилы оправдывали своё прозвище в полной мере, засев в траве и разглядывая их в бинокль, думал Алексей. В чём-то несуразные, особенно из-за непропорциональной головы, на макушке которой в тугой пучок были собраны волосы, и которая по сравнению с остальным телом казалась действительно маленькой, выглядели они при всём при этом довольно устрашающе.

Помимо того, что они были расписаны примитивной боевой раскраской в виде белых полос по всему телу и действительно были обвешаны клыками и рогами, на ни можно было заметить, что-то вроде примитивных костяных доспехов. Для последних, судя по всему, использовались части черепов и панцирей каких-то животных, не исключено что черепах и тех самых броненосцев. У двух помимо костяных наплечников было что-то вроде собранных из деревянных или костяных дощечек, нагрудников.

А рядом неподвижно стояли броненосцы, которые почему-то и не думали убегать. Да нет же! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Да это же просто панцири! Маскировка, чтоб её!

— Поумнели черти! Вокруг пальца обвели! Как детей! — плевался Слава, наблюдая за полётом дротика. — Бл@ха-муха! Сейчас бы крупный калибр, я бы им бошки поснимал по пуле на черепушку, чтобы знали, с кем связываться!

Шаг в сторону и оперенный дротик вошёл в дёрн в полуметре от него.

— Чекан, что там?! — крикнул полковник Анатолию, который осматривал ногу Данилы. — Идти сможет?

Анатолий посмотрел на полковника так, что всё стало понятно без слов. А штанина намокала красным быстрее, чем следовало при обычном ранении.

— Всё нормально, Толя, всё хорошо, перетяни жгутом потуже, — морщился от боли Данила. — Уходите! Уходите, мать вашу! Вперёд!

— Далеко ещё?! — спросил полковник у Афанасия.

— Вон за тем пригорком! — ткнул пальцем проводник. — Если втопим, как следует, то успеем, до того, как эти обезьяны нас догонят!

— Я задержу их, — прохрипел Данила. — Только оставьте мне выстрелы для подствольника! Буду палить по ним, сколько смогу, чтобы за вами не ломанулись.

Ещё один дротик воткнулся прямо в центре группы, а камень, полёт которого был и быстрее и не так заметен на фоне неба, врезался в плечо напарника Вячеслава по снайперскому делу и тот с разворотом рухнул на землю, но тут же вскочил.

— Ах ты ж, шайтан! — схватился боец за руку. — Сломал, гадина!

Кровь стекала по повисшей плетью руке и капала на темную зелёную траву, оставляя на ней тёмные кляксы.

— Уходите! — заорал Данила. — Не люблю прощаться! Давайте уже, валите!

Бойцы посмотрели на полковника и тот молча кивнул.

Народ молча подходил к Даниле, жал ему руку и быстрым шагом, переходящим в бег, направлялся к заветному пригорку, на который указал Афанасий. А камни вперемежку с дротиками продолжали со свистом падать вокруг.

Со стороны громил раздался вопль. Не иначе боевой клич, решил Алексей. Заметили, что люди убегают и решили, что одерживают победу. Точно, сейчас ломануться в погоню.

Сняв перевязь с выстрелами для подствольника, он протянул её Даниле, хотел отдать ещё пару магазинов для автомата, но тот отказался.

— Своих хватит, — глубоко дыша, ответил он.

И тут, когда Алексей протянул ему руку, чтобы попрощаться, крепко схватил его за руку и притянул к себе.

— Ну, вот видишь, Алекс, странники не наврали! Как ты не крутись, а всё без толку! — сказал он так, чтобы услышал только Алексей. — Ну, всё, бывай! А я пока прилягу здесь в травке, сюрприз им устрою, как подходить будут.

Он отпустил его руку и зарядил подствольный гранатомёт разрывным выстрелом, и передёрнул затвор автомата.

Пока Алексей бежал вместе с другими бойцами к точке перехода, которую должен был найти Афанасий, за спиной раздавались короткие автоматные очереди и буханья из подствольника, а перед тем как Алексей перешагнул в границу между мирами, он услышал взрыв гранаты, на этот раз последний.

Глава 31. Карантин

Первое что я увидел, это нацеленные на нас дула автоматов в руках людей, облачённых в костюмы биологической защиты, и услышал строгий голос из мегафона, который приказал нам бросить оружие, лечь на землю, а руки убрать за голову, скрестив пальцы. По одежде прыгали маленькие красные точки, хотя с такого расстояния промахнулся бы разве что слепой.

Здесь были сумерки. Да, Данила явно что-то напутал со временем. А может, всё дело в свойствах этих непонятных точек перехода. Хотя точками, как я понял, их называют исключительно для удобства. По факту это свое рода складки, а то и дыры пространства-времени, как попытался объяснить мне полковник, но понять принцип которых до конца не мог даже он. Да и «дырка» звучит не очень благозвучно.

Даром, что на Комитет работали лучшие умы, пытаясь воспроизвести эффект перехода искусственным путём, понять принцип и закономерность возникновения точек. Строят какие-то генераторы с реакторами, что-то там рассчитывают и изучают. Почему одни точки стационарны, почем другие появляются и исчезают, а третьи смещаются, подобно магнитным полюсам? Почему большинство известных переходов ведут в миры, плюс-минус похожие на Землю? Где они вообще находятся эти миры? Короче, работали, не покладая рук над разгадкой тайн Вселенной.