Переводчик

Я ошарашено уставился на своего товарища, пытаясь осознать его слова. Нет, этого просто не может быть… он только что взял и так вот запросто, без всякой помпезности, спокойно и буднично, подарил мне свободу и жизнь!!! Я почти физически ощутил, как в одно мгновение тяжёлый давящий обруч предрешённости, сковывавший моё сознание, разлетелся на тысячи мелких осколков.

– Кьёнг, этого не может быть! – я чувствовал, как по моему лицу расползается глупая счастливая улыбка. – Ты спас мне жизнь!!! Я твой вечный должник!

– Ляо-Ша, я слышу эти слова каждый день, – поморщился он. – Так что, пожалуйста, заткнись. И вообще, я сделал это не ради тебя, а ради себя. Ты… ты – абсолютно безответственный тип. Конченый эгоист. О чём ты думал, когда впутывался в эту дерьмовую историю? Только о себе. Тебе надоело жить, замечательно. А ты подумал о своих близких, о своих друзьях?.. Знаешь, меня ничто не держит в этой жизни, у меня нет ни жены, ни детей, у меня есть только вы – ты, мастер Джан, ещё несколько близких друзей. Вы, как тонкие ниточки, привязываете меня к этой земле. Я каждый день сталкиваюсь со смертью, перехожу через запретный порог и вытаскиваю оттуда людей. И только вы заставляете меня возвращаться обратно… возвращаться душой. Мне не нужна твоя благодарность, мне нужно только то, чтобы ты жил, чтобы я знал, что ты где-то ходишь по этой земле. Понимаешь?

Я кивнул.

– Понимаю, Кьёнг. У меня самого этих ниточек очень мало. Наверное, потому я и потащил Шаха за собой, чтобы у меня появилась хоть ещё одна такая ниточка. Прости…

– Да ладно, ты меня тоже прости. Сорвался. Тебя, по большому счёту, винить нельзя – синдром переводчика, ослабленный инстинкт самосохранения… И с благодарностью за спасение жизни ты поторопился. Любая страна, в которую вы отправитесь, вполне может выдать вас Поднебесной, как только вы сойдёте с трапа самолёта. Да, и ещё – власти ИДАРа дают вам три дня на то, чтобы покинуть страну.

– Целых три дня! Да за это время я успею сделать всё, что хотел.

Спасибо!

– Всё, что хотел?..

Я замер. Чёрт, Алекс, и кто только тебя тянет за язык?!

– И что же ты хотел? – голос Кьёнга вдруг зазвучал холодно и напряжённо.

– …да так, неважно, встретиться с некоторыми людьми…

Молчание.

– Я не задумал ничего плохого, ничего противозаконного, поверь мне!.. Молчание.

– Кьёнг, я расскажу тебе всё… всё, обещаю… но только потом, ладно? Клянусь всеми святыми!..

Тот не выдержал и захохотал.

– Ой, May, я не могу… всеми святыми!.. Помолчал бы лучше. Ладно, в конце концов, это твоё дело. Ты взрослый мальчик и сам знаешь, что творишь.

– Кьёнг, я тебе правда всё расскажу. Просто пока я сам до конца не могу понять, что я делаю и зачем… Да, хотел у тебя спросить… этот твой знакомый не сказал тебе, что именно они от нас хотели? Что старались выпытать? Ведь обычных нарушителей границы не будут отвозить на закрытую базу и допрашивать в течение двух месяцев? Из нас пытались выбить какую-то информацию, совершенно точно. Но вот какую?..

Кьёнг пожал плечами.

– Нет, May, мне об этом ничего неизвестно.

– Мне кажется, причина в нём, – я осторожно кивнул в сторону спящего Шаха. – Он сказал, что был личным переводчиком президента Поднебесной.

– Ты хочешь сказать, что выкрал из страны личного переводчика самого Ли Чжи Мина?!! – мой товарищ сначала оторопело посмотрел на меня, а потом разразился диким хохотом.

– Хватит ржать! Я сделал это не специально. Просто увидел его в той клинике, абсолютно беспомощного, в инвалидной коляске, представил себя на его месте и решил ему помочь!

– Ну и как, помог?

– Сам не знаю как, но помог. Как видишь, теперь он в здравом уме и твёрдой памяти. Только вот, кажется, он меня ненавидит. Считает, что я похитил его специально ради каких-то своих корыстных целей. Я думаю, он предпочтёт вернуться в Поднебесную.

– Ну и замечательно. Привезу с собой хотя бы одного из вас. Надеюсь, мне это зачтётся.

– Нет, – раздался из-за моей спины хриплый шёпот. Я обернулся и наткнулся на пристальный взгляд Шаха. – Я поеду с тобой.

Мы неслись по пустыне в огромном раздолбаном внедорожнике-шарабане. Крышу мы опустили, и горячий ветер бил нам в лицо. Шах взгромоздился на спинку сиденья, чёрно-белая куфья развевалась за его спиной, как пиратский флаг, а я сидел на водительском месте и что есть мочи жал на педаль газа. Машина на гигантских шинах легко взлетала на песчаные гряды, оставляя за собой неглубокий извилистый след. С дороги мы съехали и теперь рулили по целине.

– Давай, гони быстрее! – время от времени подгонял он меня. – Смотри, какой бархан! Давай туда!

– Йехо-о-о-о! – восторженно вопил он, когда джип переваливал через гребень и нырял вниз по крутому склону.

Меня тоже захлёстывала волна восторга, когда я, вцепившись в руль, подлетал над сиденьем на добрые полметра. Было ужасающе жарко, песок был повсюду – на сиденьях, под ногами, скрипел на зубах, забивался под куфьи. И вот на этой-то гигантской раскалённой сковороде пустыни, где, докуда хватало взора, уходили вдаль песчаные разливы дюн, и казалось, что это и есть край земли, и ничего больше нет на этом свете, кроме песка и солнца, я вдруг почувствовал себя счастливым. Невероятно, необъяснимо, дико счастливым…

Начальник службы госбезопасности ИДАРа оказался и впрямь верен своему слову. Нам с Шахом объявили, что мы свободны и должны в течение трёх дней покинуть страну. Кьёнг вручил Шаху китайский паспорт, а мне вернули мой прежний, а вместе с ним положили на стол моего старого боевого товарища. Я бережно взял в руки тонкую планшетку, протёр рукавом монитор, но включать при посторонних не стал.

– В какую страну вы бы хотели направиться из ИДАРа? – вежливо осведомился у нас через своего переводчика ответственный 50-го уровня, прибывший вместе с Кьёнгом.

– В Имперские Соединённые Штаты, – не раздумывая, ответил я, и стоявший рядом Шах согласно кивнул.

Услышав мои слова, Кьёнг поперхнулся горячим кофе, а спецагент удивлённо посмотрел на нас:

– Вы хорошо обдумали это решение? Вы же знаете, что Имперские Штаты – абсолютно полицейское государство. О свободах и правах человека там известно лишь понаслышке. Вы серьёзно рискуете, направляясь туда. Я бы посоветовал вам выбрать Европейский или Австралийский союз.

– Ляо-Ша, он прав, – вмешался Кьёнг. – Австралия – страна далёкая и добродушная, а в Европейском союзе царит такая апатия и равнодушие, что им наплевать на всех и вся. Но ехать в Имперские Штаты… да лучше уж сразу вернуться в Поднебесную или Россию!