Перстень Харома

— Ищи его в воде, — глухо прозвучал голос Манароис из-за дверей.

— Что она сказала? — не поняла Чери.

— Что она имела в виду? — спрашивала она у Леметрии. Поднявшись, Чери снова заколотила в двери, но Леметрия её остановила:

— Больше она ничего не скажет.

Растерянные и опустошенные они пошли к флаэсине. Вопрос: «Что Манароис имела в виду?» — так и оставался открытым. Леметрия подозревала, что Манароис сама не знает значение сказанного.

* * *

Хенк и Перчик летели в бывшую столицу, Фаэлию, чтобы попросить Туманного Кота помочь им в поиске Байли и детей, а Фогги, несмотря на его протест, Хенк отправил в Боро, чтобы он заменил его в управлении страной, и, к тому же, кому-то там нужно быть, чтобы координировать поиски пропавших. Лететь в Фаэлию приходилось по большой дуге, через Борото, чтобы обойти высокие горы в верховьях реки Леи.

Перчик стоял у штурвала и смотрел на трепыхающийся вымпел на клотике. Поднимая флаэсину то вверх, то вниз он искал попутный ветер, чтобы поднять стаксель на носу. Поймав воздушный поток, Перчик закрепил концы и выверил курс, а потом опустил глаза вниз, туда, где под лучами солнца, волнами колыхались степные травы.

В этих широтах больше всего преобладала степь, изредка запятнанная берёзовыми рощами, поэтому раскинувшийся внизу пейзаж наводил скуку и способствовал плавному течению мыслей, так или иначе связанных с сестрой и пропавшими детьми. То, что Перчик первым озвучил мысль о репликациях, наводило на размышления о том, что он, отправляясь к Хенку, уже успел об этом подумать, а если рассматривать последствия таких репликаций, то они всегда заканчивались плохо. Перчик боялся, что Байли, как и Элайни, исчезнет, а потерять сразу двух сестёр, едва успев с ними познакомиться, казалось несправедливым и горьким наказанием неизвестно за что.

— Почему? — машинально спросил он.

— Что? — не понял Хенк, но Перчик только сказал: — Лея.

И, правда, под флаэсиной показалась река Лея в начале своего пути, недалеко от того места, где в неё вливается почти равная ей река Горне. Они пролетели немного по руслу Горне, а потом оставили её по правому борту флаэсины, направляясь к городу Ханзе. Было жарко, и только ветер в спину освежал лицо. В любом другом случае они обязательно остановились у какой-нибудь реки, чтобы окунуться с головой в освежающей воде, очищающей и душу, и тело, но их дело требовало безотлагательных действий, поэтому о прохладе необходимо забыть.

Только к вечеру они добрались до Фаэлии, и Перчик направил флаэсину на посадочную площадку за дворцом, за ненадобностью уже порядком заросшую травой. Хенк, не дожидаясь остановки, спрыгнул на землю и понёсся к дворцу. Стратег Вейн, видимо увидевший флаэсину из балкона, где он обычно отдыхал, спускался по ступенькам вниз, навстречу Хенку. О чём они говорили, Перчик не слышал, но Хенк мчался назад, к флаэсине, и, ещё не забравшись на борт, крикнул:

— Взлетаем.

Когда они взлетели, на молчаливый вопрос Перчика он ответил:

— Туманный Кот куда-то ушёл.

Куда ушёл кот, Хенк, видимо, не знал, иначе сказал бы, и Перчик не стал тревожить его расспросами. Он направил флаэсину в сторону Литу и, дальше, в Боро, но Хенк неожиданно сказал:

— Поворачивай к озеру Сван.

Перчик повернул, и, кажется, понял, куда Хенк хочет отправиться, но не стал говорить об этом вслух. Возможно, мысль была верная, да и выбирать им особо было не из чего.

Солнце пряталось за горы, и при последних его лучах Перчик посадил флаэсину на остров, в устье реки Вьюнки, впадающей в озеро Сван. Хенк вылез из флаэсины и отправился искать вход в подземную пещеру, где мог находиться Творец ^[6]данного мира Харом. Перчик шагал сзади за Хенком, с содроганием вспоминая последнюю встречу с Харомом, когда тот подарил Хенку браслет для Байли. Хенк был прав, уж кто и может помочь в поиске Байли, так это Харом. За последние годы остров густо зарос кустарником и деревьями, так что найти заветную дверь им удалось не сразу. Когда, продираясь сквозь кусты, они, запыхавшись, остановившись перед ней, Хенк, взглянув на Перчика, спросил: — Что, пойдём? — а тот, вздохнув, только кивнул головой.

Открыв дверь, они нырнули в её тёмный провал. Хенк зажёг шар, подняв его над головой, и отправился вниз по лестнице, которая, как маятник, петляла справа налево и наоборот, оканчиваясь в крайних точках нишей-переходом. Перчик, отключив эмоции, двигался за Хенком, про себя размышляя, что в иное время и обстоятельства ни за какие коврижки не посетил бы Харома.

Спустившись вниз, они прошли в зал с наклонными стенами, такой же громадный и угрюмый, как и раньше. Хенк, как и прежде, шагал впереди, а за ним в нескольких шагах ступал Перчик, стараясь идти осторожно, точно подкрадываясь к дичи.

Неожиданно Хенк остановился, а Перчик ощутил в голове незнакомую сущность, которая бесцеремонно копалась в его голове.

«Что ты хочешь?» — спросил голос внутри, но Перчик понял, что спрашивают не его, а Хенка.

— Где Байли? — услышал Перчик голос Хенка, а голос внутри заревел так, что чуть не расколол голову:

«Ты претендуешь на мою Фатенот?»

Что ответил Хенк, Перчик не слышал, так как он тут же исчез, к тому же погас светящийся шар. Внезапно Перчика схватило что-то огромное, а потом он ощутил полёт и, неожиданно для себя, оказался снаружи, над островом, откуда, с высоты в два человеческих роста, шлёпнулся на землю, отчего сразу же потерял сознание.

Была уже ночь, когда он поднялся с холодной земли. Одна нога затекла, и он едва на неё опирался, но, всё же, добрался до флаэсины и, перевалившись через борт, двинул штурвал, поднимаясь в звёздное небо и направляясь в Боро.

* * *

Фогги уже находился в Боро и исполнял обязанности Главного Марга, когда Леметрия и Чери добрались в город. Он сидел вместе с фреей Эстатой, маргом Расса и фреей Айлиф и составлял бюджет на следующий год, когда в кабинет засунул голову вездесущий Парк, брат Леметрии, и сообщил:

— Чери и Леметрия прилетели.

Фогги поднялся и отправился встречать жену и Леметрию, немного опасаясь результатов и понимая, что для Чери встреча с Манароис очень тяжёлое испытание. Увидев их ещё издалека, он понял по лицам, что результаты поездки не такие, которым можно радоваться.

Леметрия в общих словах обрисовала поездку и рассказала то, что им сообщила Манароис. Чери молчала, не глядя на Фогги.

Фогги, словно оправдываясь, сказал:

— Ей можно верить.

Чери глянула на него уничтожающее и спросила:

— На каком основании?

— Несколько лет назад, — очень осторожно сказал Фогги, — она сообщила мне, что я буду Главным Маргом.

Чери ехидно ухмыльнулась.

— Что и следовало доказать, — сказала она, — стать Главным Маргом тебе совсем не светит.

— Ты ошибаешься, Чери, — сказал Фогги, положив руку ей на плечо, — я сейчас Главный Марг, а Хенк отправился к Туманному Коту.

— Пусть даже так, — вздохнула Чери, — но она сказала: «Ищи его в воде».

— Это говорит только о том, что Дуклэон жив, — убеждённо сказал Фогги. — Манароис не способна сказать дурное.