Перстень Харома

Когда наступил вечер и поиск ничего не дал, все поняли, что с Марго произошло что-то необычное. Элайни сидела на кресле и, заливаясь слезами, беспрерывно шептала: «Это я виновата!»

* * *

Было бы невежливо не познакомить читателя с местом, где происходят описываемые события, а также не рассказать о лицах, действующих в этом повествовании. Пусть простят меня читатели, знающие о предыдущих событиях, но вот девушка из Массачусетса о них не слыхала, поэтому я расскажу ей, а вы вздремните или, ещё лучше, помечтайте, возможно, у вас вырастут крылья, которые перенесут в чудесный мир, прекраснее описываемого.

Планета Глаурия, на которой живут наши герои, предоставила место, названное ими Страной Маргов и Фрей, заключённое в корону из высоких гор, окружающих страну со всех сторон. Возможно, корону стоит назвать терновым венцом, так как никто не знает, что находится за высоким частоколом гор, потому что не нашлось смельчаков штурмовать вершины.

Когда-то на этой территории находились две страны, разделённые рекой Леей, а назывались они Страной Маргов и Страной Фрей, но после ужасной войны маргов и фрей, народы двух стран решили, что жить лучше вместе. К тому же, руководитель Страны Маргов, Главный Марг Хенк Баруля, влюбился в королеву Страны Фрей, Байли, и они, соединившись узами брака, тем самым облегчили данную задачу.

Стоит также сказать о репликациях — перемещениях во Вселённой материи и живых существ. Впервые с этим столкнулась сестра Байли, Элайни, когда с помощью перстня из саритиума, украшенного голубовато-зелёным камнем, она превратилась в кота, а потом, неожиданно для себя, попала на планету Земля. В результате автомобильной аварии Элайни познакомилась с землянином Сергеем, с которым возвратилась назад, на свою планету Глаурия.

Такие перемещения вызвали катаклизм во Вселенной и, чтобы его предотвратить, на планете Глаурия оказались Хранители ^[8], существа необычные и загадочные, имеющие способность принимать любые формы. Некоторые из них предпочитали облик котов, а товарищ Тёмный, Хранитель из системы тёмной материи, к примеру, обожал образ коня товарища Будённого.

Благодаря Хранителям, планета Глаурия и родина Сергея, Земля, не разрушились, но за всё нужно платить – Сергей и Элайни исчезли неизвестно куда. Да, к тому же, Маргина, мать Элайни и Байли, переместившись на планету Контрольная, превратилась в Хранителя и стала курировать планету Глаурия.

А вот Элайни и Сергею не повезло: из-за шутки Фатенот, женщины, ткущей судьбы Вселенной, в Элайни влюбился Бартазар Блут, Хранитель, в результате интриг которого влюблённые друг в друга Элайни и Сергей оказались в разных местах: Элайни на Глаурии тысячу лет назад, а Сергей на Земле. Харом, Создатель, живущий в толще Глаурии и влюблённый в Фатенот, с сочувствием относится к Элайни и дарит ей перстень из сатириума, благодаря которому она может переместиться в своё время, но Элайни об этом не знает.

Её давний враг, Шерг, так же, как и Элайни, попавший на тысячу лет назад, хочет её уничтожить, но Бартазар Блут, спасая её, в результате аварии репликатора, устройства перемещения, оказывается на Земле во времена шумеров. Он предупреждает людей о потопе, а, переместившись на Глаурию тысячелетней давности, узнает, что Элайни уже нет, и она была счастлива. Появившийся Наблюдатель ^[9], товарищ Тёмный, в наказание заставляет его раствориться в воде озера Сван, чтобы через тысячу лет, с чистой памятью, он смог себя восстановить.

А теперь мы, с чувством выполненного долга, можем вернуться к нашим героям.

* * *

Перчик, оставив Леметрию и Чери дома, решил отправиться на станцию репликации, полагая, что Туманный Кот, возможно, находится там. Флаэсина легко поднялась в воздух, подставляя себя ветрам и, управляемая руками Перчика, понеслась на север. Как-то сразу ушли в сторону все заботы, и жизнь показалась веселой, а проблемы шутя решаемые. Перчик вздохнул, подумав, что его жизнь с Леметрией можно назвать счастливой, если не считать последних событий.

Правда, было одно обстоятельство, которое немного омрачало их жизнь, но тут они были бессильны. Суть ситуации состояла в том, что у них с Леметрией не было детей, и Перчик, видя, как Леметрия тянется к сыну Чери, уже подумывал о том, чтобы усыновить какого-нибудь мальчика или девочку. Исчезновение Дуклэона и племянницы Перчика, Марэлай, было событием неординарным, которое потрясло Перчика, представившего, что бы он делал, если бы пропавшим был его сын или дочь.

Внизу показалась притока Леи, Салка, а за ней, на другом берегу город Рато. Перчик не собирался останавливаться, так как торопился на станцию репликации и только проводил взглядом раскинувшийся внизу город. За городом сразу начиналась степь с редкими берёзовыми колками, идущая волнами до следующей речки Горне, перепрыгнув которую, степь тянулась до самых гор.

Несмотря на ветерок, было жарко, так как небо поленилось натянуть на себя облака и сияло чистой незапятнанной синевой. Перчик сообразил, что фляжка, взятая им из дома, совсем пуста и пожалел, что не остановился у реки. Впереди показался одинокий зелёный оазис в виде рощицы, а посредине Перчик рассмотрел маленький домик и колодец, прикрытый разлапистым деревом.

Спонтанно, вопреки принятому решению не останавливаться, он отправил флаэсину вниз и приземлился в нескольких шагах от дома. Колодец, сложенный из камня, прикрывала деревянная крышка, на которой стояло деревянное ведро с верёвкой. Открыв крышку, Перчик увидел снижающийся вниз конус колодца, сложенный большими камнями, и удивился, что он до сих пор держался и не ушёл в землю. Опустив ведро и зачерпнув воды, Перчик поднял его и с удовольствием, до ломоты в зубах, напился. Набрав полную фляжку, он уже собирался уходить, как увидел выходящую из дома кудрявую женщину средних лет, смотрящую на него огромными тёмными глазами.

— Манароис? — неожиданно узнав, воскликнул он. — Что ты здесь делаешь?

— Я здесь живу, — сказала женщина, продолжая смотреть на него невидящими глазами. Перчик, присмотревшись, узнал её дом и, покраснев, сказал:

— Извини, сразу место не узнал.

— Можешь переночевать у меня, — подходя поближе, предложила Манароис, положив руку ему на плечо.

— Не могу, — покраснел Перчик, — мне нужно спешить.

— Дети живы и здоровы, — сообщила Манароис, повернувшись лицом к Перчику, и добавила: — Скоро ты их увидишь.

— Всё равно, не могу, — не согласился Перчик и, посмотрев в её неподвижные глаза, точно оправдываясь, сказал: — Я Леметрию люблю.

Под насмешливой улыбкой Манароис он торопливо поднял флаэсину и резко взвился вверх, чуть не задев дерево возле колодца. Отчего-то вздохнув, Перчик направил флаэсину на север. Миновав реку Горне, он поднялся вверх, рассматривая тянущуюся впереди степь. За ней находился самый опасный участок пути – горы, которые на флаэсине не перепрыгнешь.

Когда он добрался до гор, уже вечерело, и Перчик послал впереди флаэсины два светящих шара, которые, как маяки, давали возможность зигзагами лавировать между гор. Когда он, наконец, добрался до станции репликации, у него, от постоянного напряжения, болела голова, а в глазах точно брёвна торчали. Приземлившись возле станции репликации, Перчик забрался в каюту, улёгся на лавку и тут же уснул.

Занималось утро. Перчик проснулся оттого, что солнце заглянуло в каюту и светило прямо в лицо. Он поднялся с деревянной лавки, врезанной в стенки каюты, и немного размялся: на свою беду Перчик не взял даже одеяло и немного продрог, лёжа на боку. Выйдя на палубу, он увидел чёрный цилиндр станции репликации, безмолвно и неподвижно застывший посредине зелёной поляны, освещённой солнцем, бьющим через просеку в джунглях и проложившим блестящую дорогу по озеру.

Нужно было улетать, так как Туманного Кота здесь не было. Перчик подошёл к станции репликации и приложил руку к холодной поверхности, прощаясь, но, неожиданного для него, стены станции репликации опали, и оттуда показалась угловатая и нечёткая фигура человекообразного существа. На его руках лежала спящая девочка, и он шагнул по просеке в направлении озера.