Пешка

— Ха! — Она думала, что я рассмеюсь вместе с ней, и когда этого не случилось, она пробормотала: — Чёрт возьми.

GPS привёл нас к двухэтажному дому из красного кирпича в милом районе. Я припарковалась напротив дома через улицу и стала высматривать признаки есть ли кто дома. На подъездной дорожке не было машин, но, судя по всему, за домом имелся отдельно стоящий гараж.

— Что теперь будем делать? — прошептала Виолетта.

— Я думаю, — я искоса посмотрела на неё. — А ты чего шепчешь?

Она смутилась.

— Прости. Затянуло в процессе.

Я снова стала изучать дом. Со стороны казалось, что за ним хорошо ухаживали, хотя траву уже можно было бы подкосить. Я бы сочла, что тут мог жить врач или юрист, однозначно кто-то при деньгах. И это навело меня на мысль, зачем моим родителям вообще здесь быть.

Мой взгляд зацепился за два объекта, лежавших на главном крыльце, и только через пару секунд я поняла, что это свёрнутые газеты. Владелец, должно быть, уехал и забыл отменить доставку газет.

— Сомневаюсь, что кто-то дома. Пойду осмотрюсь, — сказала я.

Виолетта потянулась к ручке двери.

— Только со мной.

Мы вышли из машины и пересекли тихую улочку. Время приближалось к обеду, и поэтому большинство людей должны были быть на работе и в школе. Я подошла к главной двери и проверила газеты. Как и следовало ожидать, они были доставлены вчера и сегодня.

Сделав глубокий вдох, я позвонила в дверь. Слышно было как эхо звонка разносится по дому. Я стала прислушиваться к шагам, которых не последовало. Я снова нажала кнопку звонка и подождала. Ничего.

Покинув крыльцо, я обошла обнесённый забором задний двор. Здесь расположилось каменное патио, пятачок травы размером с почтовую марку и отдельный гараж на две машины, и, судя по всему, над гаражом находилась квартира.

Я пошла к гаражу и прижалась к стеклу одной из двери, стараясь рассмотреть что внутри. Когда глаза привыкли, я смогла разглядеть на одном месте нечто напоминавшее машину под чехлом. Второе место пустовало.

С боковой стороны гаража была лестница, ведущая в квартиру. Я взбежала по ступенькам и постучала в дверь, просто на всякий случай. Никто не ответил, я попробовала открыть дверь, но она была заперта, кто бы сомневался.

Я прикусила губу, не зная, что делать. Я так торопилась после звонка, что не подумала о том, что делать, когда окажусь на месте. Я не могла уехать, не зная, были ли здесь мои родители. Но я не узнаю это наверняка, пока не смогу попасть внутрь дома.

Виолетта присоединилась ко мне на верхней ступеньке.

— Что теперь?

Я тягостно вздохнула.

— Я попробую проникнуть в дом. А ты возвращайся в машину. Не хочу, чтобы ты попала в неприятности, если что-то пойдёт не так.

— Ни за что. Ты сказала, что мы не будем разделяться, — запротестовала она. — И как ты собираешься попасть внутрь?

— Не знаю. Мне надо взять сумку из машины, но я не столь хороша в этом.

Я практиковалась с замками дома, но до сих пор лишь умудрилась открыть всего несколько навесных замков. А они и рядом не стояли с врезными замками.

— Не проблема. Я могу это сделать.

Я ошарашено уставилась на неё.

— И с каких пор ты вскрываешь замки?

Она пожала плечами.

— Помнишь прошлую весну, когда я проходила прослушивание на роль в фильме о банде подростков-домушников? Я посчитала, что смогу лучше вжиться в роль, если смогу вскрывать замки по-настоящему. Как выяснилось, у меня дар.

— Ничегошеньки. Поверить не могу, что ты не получила роль.

Она возмущённо фыркнула.

— Знаю. Из меня вышла бы потрясная воришка.

— Полиция. Руки вверх, — прогремел низкий голос у нас за спиной.

Мы с Виолеттой подняли руки над головой и медленно развернулись. В душе разверзлась пропасть, когда я увидела внизу двух офицеров в форме с оружием наготове.

— Опаньки, — взвизгнула Виолетта. — Пожалуйста, скажи мне, что ты сейчас сверкнёшь своим удостоверением и спасёшь нас. Я слишком красивая, чтобы отправляться в тюрьму. 

* * * 

— Она снова так делает, — боязливо прошептала Виолетта мне на ухо.

Я заёрзала на жёсткой скамье и проследила за её взглядом к блондинке, которая пялилась на нас с другой стороны переполненной камеры. Женщине было около сорока лет, и её тяжёлый макияж и откровенное платье явно указывали на её род деятельности. Макияж не мог скрыть опустошённое лицо того, у кого была нелёгкая жизнь.

Виолетта прижалась к моему боку.

— Что так долго? Нас, вероятно, замочат тут раньше, чем они освободят нас.

Я сдержала смешок. Было хорошо, что в такой ситуации она умудрялась шутить. После ареста за несанкционированное нахождение на чужой земле, последние четыре часа мы провели в камере, провонявшей потом, дешёвым парфюмом, алкоголем и рвотой. Так уж вышло, что сосед, напротив дома которого мы припарковались, оказался дома, и он недремля сообщил о подозрительных лицах на их улице.

Я показала полиции своё удостоверение и попыталась объяснить ситуацию, сообщив, что проследила звонок с маминого телефона к этому дому, но они и слушать не хотели. Нам повезло, что они приехали до того, как мы вскрыли замки, иначе нам бы предъявили ещё взлом и проникновение.

— Сомневаюсь, что людей мочат при задержании, — тихо ответила я.

Сидевшая рядом с нами очень татуированная и наколотая пирсингом женщина, которая выглядела так, словно всю ночь напролёт провела в попойке, заговорила:

— О, такое случается. Я знала девушку, которую хорошенько пырнули.

Виолетта захныкала, и я похлопал её по колену.

— Только представь. Если тебе когда-нибудь понадобится проходить прослушивание на роль преступницы, этот опыт может тебе очень пригодится для вживания в образ.

Она воодушевилась.

— Оох, и правда.

У решётки появилась женщина-офицер и вставила ключ в замок.

— Джеймс и Ли.

— Это мы! — Виолетта вскочила на ноги и практически потянула меня из камеры.

Офицер отвела нас в кабинет вещдоков забрать наши личные вещи, и затем она повела нас в дежурную часть участка, где нас ждал наш спаситель. Разрешённый мне по закону один звонок был Конлану, потому что он единственный к кому, как я считала, я могла обратиться за помощью.