Пешка

Я поднялась на ноги и у меня закружилась голова. Мне пришлось схватиться за край раковины, чтобы остаться стоять на ногах. В зеркало на меня смотрело мертвенно-бледное лицо с тёмными кругами под уставшими глазами и измученным ртом. Волосы были тусклыми и безжизненными. Я и припомнить не могла, чтобы у меня когда-нибудь была такая простуда.

Держась одной рукой за раковину, я почистила зубы. Из-за того, что я ранее пропотела, кожа была липкой, но сил на душ я меня уже не осталось. Душ подождёт до завтра.

Коридор кренился как в комнате смеха, когда я медленно поплелась в спальню. Всю оставшуюся энергию я потратила на переодевания, сменив мокрую от пота одежду на шорты и футболку. Я упала на кровать и едва успела натянуть одеяло, прежде чем вырубилась.

Меня разбудил громкий свист Финча. Я перекатилась на край кровати и опустила взгляд на него. Он стоял на полу у моего телефона, который он, видимо, притащил из гостиной комнаты.

— Спасибо, приятель, — промямлила я, потянувшись за телефоном.

Внезапно перед глазами стало два Финча и два телефона, и мне пришлось несколько раз хватать телефон, прежде чем пальцы сомкнулись на пластиковом корпусе.

У меня был пропущенный звонок и сообщение от Виолетты, в котором она интересовалась моим состоянием. Я попыталась написать ей сообщение, но пальцы не слушались. В тексте сообщения получилась полная околесица.

Я решила позвонить ей, но дважды уронила телефон и искала его в простынях. Было такое чувство, будто я двигалась в замедленном темпе, а перед глазами плыли чёрные точки. Что это за простуда у меня такая?

Я открыла список недавних звонков и нажала кнопку вызова. Голос Виолетты раздался где-то вдалеке и странно звучал сквозь стоящий в ушах звон.

— Ви, мне кажется, я умираю, — невнятно произнесла я в неудачной попытке пошутить.

Она что-то сказала, но звон в ушах был слишком громким, чтобы разобрать её слова. Телефон выскользнул из рук, и тёмные точки слились воедино в пелену. Я погрузилась в забвение. 

ГЛАВА 16

К моему лицу прикоснулись холодные руки.

— Джесси, ты слышишь меня?

— Мимм, — я повернула голову набок и прижалась горячей щекой к ладони.

— У неё жар, — произнёс голос.

Заговорил второй голос:

— Ничего подозрительного не вижу. Думаешь, её отравили?

Руки исчезли, и тёплое дыхание защипало мои губы. Кто-то глубоко вздохнул и затем тепло исчезло.

— Я что-то чувствую, но слишком слабый след, чтобы определить, — рука коснулась моего лба. — Нам надо сбить лихорадку.

Вместо руки на лоб легла холодная влажная ткань. Она принесла небольшое облегчение от огня, пылающего внутри меня.

— Люди, склонны подцеплять инфекцию, когда их ранят, — произнёс второй голос. — У неё есть какие-нибудь раны?

— Нет, насколько я могу видеть.

Ладони скользнули по моим рукам. Холодный воздух поцеловал мою кожу. Кто-то откинул одеяло.

— Вот. Похоже на ножевой порез, но не похоже, что он воспалился.

— Чёртов тролль, — промямлила я.

Кто-то похлопал меня по щеке.

— Джесси, тролль тебя ранил?

Я улыбнулась, или мне причудилось, что я улыбнулась.

— Да. Но я схватила его.

— Колош, — в унисон произнесли голоса.

Казалось, два голоса завели разговор, но я не могла ничего из того, что они говорили разобрать.

— Всё будет хорошо. Фаолин отправился за противоядием, — сказал мужской голос, который начал казаться знакомый.

— Фаолин такой милый, — сонно пробормотала я.

Мужчина усмехнулся.

— Теперь я точно знаю, что тебя отравили. Давай-ка, присядь.

— Спать хочу, — слабо запротестовала я, когда он поднял меня.

— Никакого сна. Ты должна быть в сознании.

Я подняла тяжёлые веки и увидела мужское горло и линию челюсти. Лукас?

Он опустил меня на кресло в гостиной комнате. Только комната была совсем не похожа на мою гостиную. Калейдоскоп ярких цветов застил глаза, и комната искорёжилась. Напротив меня, там, где должен был быть домик-шалаш Финча, стена из лозы вздымалась подобно змеям.

Ух ты. Это был самый безумный сон в моей жизни.

Иллюзорный Лукас исчез и появился с полотенцем. Он приложил холодную ткань к моей щеке и начал протирать моё пылающее лицо.

Я вздохнула и снова закрыла глаза.

— Так приятно.

Он похлопал меня по щеке.

— Не спать, Джесси.

Я раздражённо застонала и с трудом открыла глаза. Иллюзорный Лукас был таким же властным, как и настоящий Лукас.

— Как она? — поинтересовался другой голос.

Фаолин. Что он здесь делал? Это же мой сон, чёрт побери, и я должна была вправе выбирать кто был в нём.

— Так же, — ответил Лукас.

Он встал и внезапно передо мной присел Фаолин. От его близости я вжалась в спинку кресла.

Фаолин поднёс к моему рту нечто похожее на маленький красный листочек.

— Съешь это.

Я плотно сжала губы и покачала головой. Я не такая уж и дура, чтобы есть что-то из его рук.

— Это тебе поможет, — сказал он, бесцеремонно прижав листок к моим губам. — Ешь.

Я упрямо уставилась на него, что было подвигом, учитывая как сложно мне было сосредоточиться.

Фаолин нахмурился.

— Мне что заставить твоего спрайта съесть кусок, чтобы доказать безопасность?

— Оставь моего бра…

Он впихнул листок мне в рот и зажал рукой челюсть, не дав мне выплюнуть. Выбора не было. Я прожевала листок. Почти пресный, но мне показалось, что я ощутила слабый запах цитрусовых.

Он выждал, пока я не проглотила листок, и только потом отпустил меня.

— Жить будешь.

— Что-то ты не очень рад.

Если я и сомневалась, что это был сон, все мои сомнения исчезли, когда уголки его рта подёрнулись в усмешке. Ничего себе. Улыбка изменила всё его лицо, и я едва ли узнавала его.