Пламя души
Шрифт:
— Отсоси, — буркнул я. — Это ничего не меняет. Сейчас Вестник сдохнет, а потом я доберусь и до тебя. Ты будешь ждать?
— Уверен, что готов к этому противостоянию?
— ПИОНЕР ВСЕГДА ГОТОВ! — грохнул я, обновляя бафы от Яростного рёва, и оскалился. Над оранжевым шишаком висела надпись:
Аватар Кровавого Короля
Уровень 100
И они ещё говорят, что я читер.
Глава 9
Когда ложь — оружие
День
Уровень 59
Статус: Потомок предателей
До Штурма тридцать восемь дней
Я напал первым.
Сходу выдал максимум, который мог.
Блинком подскочил к парящему Орилебу, и разразился под Ураганом целым градом ударов, усиленных фантомами и огнём. Ублюдку было плевать, алебарда в его руках словно жила своей жизнью, порхала невесомой тростинкой — и все мои выпады были заблокированы.
Его ответный удар я вовсе распознал в последний момент, так естественно он использовал инерцию своего оружия, вмазав мне сверху.
Барьер!
Топор снова расколотил защиту, а меня швырнуло вниз. В землю я не впечатался только благодаря Блинку, тут же — уклонился от летящей мне в голову пики.
Очень быстро я ощутил себя на месте Вестника. Если этот психопат сейчас осознаёт себя и видит, что происходит — стопудово злорадствует. Аватар Орилеба был чуть быстрее меня, и значительно сильнее. Ему было плевать на мои пассивки на устойчивость аж от трёх характеристик — Выносливости, Силы и Ловкости, — его удары сбивали меня с ног, опрокидывали, разбивали Барьер щита.
Очень быстро я потерял в бою инициативу, перейдя не в оборону даже — а стараясь всё больше уклоняться, не подставляться под удары. Обнадёживало одно: вряд ли Вестник в режиме Аватара пробудет долго. Ну не может эта хрень длиться долго!
На теле одна за другой появлялись новые раны — и регенерация затягивала их, порождая тянущую пустоту в животе. Меня вытягивала только способность Берсерк — та самая, что блокирует боль и усталость при полной шкале ОЯ.
Что хорошо — Орилеб не пользовался скилами, сражался со мной исключительно силой оружия. Вряд ли у него нет способностей, и тем более это не благородство и желание дать мне фору — тут дело, скорее всего, в Аватаре и ограничениях этого режима.
Что плохо — алебардой фей владел великолепно, во всю пользуясь её преимуществами и древком, что длиннее, чем у моей глефы.
Алебарда танцевала в его руках. Порхала, блин, как бабочка, и жалила, как выводок шершней.
Что ещё хуже — ублюдок летал, даже не думая становиться ногами на землю. Он контролировал дистанцию, набрасывался сверху. Я — сжигал отчаянно ману Блинками и Ураганом, полыхал Злым пламенем и неистово жонглировал оружием, стараясь сломать картину боя.
Прорывался в ближний бой с Клыком и Рубакой, исподтишка ударял кистенем, активно работал щитом — и на латах Аватара одна за другой появлялись трещины, сияющие белым светом изнутри.
А потом Орилеб озверел в край, ускорившись и осыпая меня ударами. А я… Я только усмехнулся. Похоже, его время действительно подходило к концу.
Подгадав момент, кинул в Ловкость пять очков характеристик, обновив шкалы ОМ и ОВ, и заодно чуть уменьшив наш разрыв в скорости.
Ещё и Система по ходу боя оценила мои старания, с небольшими перерывами выдав:
Владение копьем повышено до IV серебряного ранга
Владение щитом повышено до II бронзового ранга
Ножевой бой повышен до III бронзового ранга
И на том спасибо, блин.
Я принял размашистый удар на Зеркало — уже приноровился, это эффективнее Барьера, и меня ещё и не отшвыривает назад от запредельной силы Аватара.
Алебарду бросило назад, я мгновенно перешёл в контратаку — и, мать его, попал. Пылающий наконечник вошёл в грудь, с хрустом ломая рёбра. Только вот — в грудь Лены, моей сестры.
Белая грязная футболка с принтом обожаемых ею «Slipknot» раскрасилась красным, зелёные глаза — такие же, как у меня — распахнулись. На лице сестрёнки не было ни злости, ни страха — но были боль, обида и безмерное удивление. Она не понимала, как я мог так с нею поступить.
Её губы распахнулись, вниз по подбородку побежала кровь, и ветер бросил в меня едва различимый шёпот:
— Макс?..
Я скрипнул зубами:
Внутри что-то оборвалось, вспыхнуло, вскипело кислотой — и в то же время промёрзло насквозь острыми кристаллами льда.
Я выдернул глефу — и Пандя свалилась на колени, всё так же глядя мне в глаза.
Ошибка
Ярость на пределе
Ошибка
Ярость на пределе
Ошибка
Ярость на пределе
— А по-твоему совсем идиот, Орилеб? — процедил я сквозь зубы. — Хотел обмануть меня этой иллюзией?
Ублюдок не только выбесил меня своим ходом, но и дал немного времени. Один раз я уже проиграл Орилебу, ударив его сырой маной. Но — это был именно Орилеб: сам, а не его аватар.
Впрочем, даже тут не стоит быть таким уверенным: у него был двести пятидесятый уровень, и это мне тогда, в пещере, казалось чем-то запредельным. А сейчас я за три дня сам почти взял шестидесятый.
Возможно, Орилеб с самого начала не показывал всей своей силы. Король лжи, как никак, он иначе не может.
Просто, одна деталь: когда я ударил его сырой маной, я не победил. Но я поцарапал его латы и пустил ублюдку кровь. Значит, шансы, что аватар я смету, очень даже не нулевые.
— Иллюзии ли? — послышался голос Лены позади меня. Я оглянулся — она сидела на земле неподалёку. У неё было разорвано горло, из страшной раны толчками выходила кровь. Говорить ей это, правда, не мешало. — Ты уже убил меня.
— Когда отказал королю сильфов, — поддержала ещё одна Лена. Окровавленная и переломанная, она будто из под обвала вылезла — и всё равно спокойно стояла на ногах, вызывая эффект зловещей долины.
— Когда начал противостояние, в котором тебе не победить, — это сказала Лена, которую я пронзил глефой. — Ты подписал мне смертный приговор, Макс.
— Ты не защитишь меня.
— Ты даже себя не защитишь.
— Ты не смог спасти даже эту девчонку.
Я резко обернулся — и увидел, как Пандора с разорванным горлом нависает над лежащей на земле Валей. Гриндерс сестры упёрся девушке в грудь, к шее был приставлен наконечник копья.