Пламя и лёд

– Я даже тебя не знаю.

– А ты разве должен?

– Но это не по правилам.

– О каких правилах ты говоришь?

– О правилах, которые диктуют законы жизни.

От приближающегося силуэта послышался смех.

– Рад, что сумел напомнить тебе, что такое юмор, – Никс внимательно следил за собеседником, но что-то подсказывало наемнику, что этого духа вечности можно не опасаться.

– Ты, похоже, знаешь о нашем существовании, не так ли? – Вопрос был задан, и теперь Никсу нужно было точно отвечать, но наемник и тут решил не рассказывать много о себе.

– У меня были великолепные учителя.

– Кантр и Велма из маленького городка Майри. Настоятель Робар из монастыря Трех Стихий. Хм… – дух вечности задумался. – Действительно ты подобрал правильные слова, когда сказал, что они великолепные учителя. Не отличные, не хорошие, а великолепные! Ха! – призрак, успевший обрести человеческие очертания, громко зааплодировал.

– Приятно слышать такие слова от ученика, столь лестно отзывающегося об учителях.

Никс не знал, почему появившийся дух не хочет показать свое лицо, однако наемник решил смело пойти навстречу говорившему субъекту.

– А какие слова ты хотел от меня услышать?

– У меня все время все чего-то спрашивают.

– А что ты можешь сказать мне, мой собеседник?

Призрак еще раз хохотнул, а затем ответил вопросом на вопрос:

– Смотря, что ты хочешь знать?

– Я хочу знать все, – Никс старался разглядеть лицо говорившего, но этого ему пока никак не удавалось – призрак, похоже, разгадал скрытые намерения наемника и медленно отходил назад.

– У тебя не будет столько времени.

Летаврус искренне удивился.

– Я думал, что здесь наше время – вечность.

Дух вечности снова рассмеялся.

– Что ж, всем людям свойственно ошибаться.

– Но я не человек. – Впервые у Никсалорда появился повод возгордиться своим происхождением, но и тут сложившаяся беседа в силу обстоятельств вынуждена была его огорчить.

– Отчего же, – призрак взмахнул руками, словно отгонял минутное наваждение, – ты вполне нормальный человек, только наполовину.

– Молодец, – Никс твердо решил, что этот разговор ни к чему не приведет, и поэтому хотел его закончить. – Но для того, чтобы обсуждать меня, ты выбрал неподходящее место, согласись?

Призрак поднял правый указательный палец вверх, произнося следующие слова:

– В тебе скрыто два совершенно разных существа.

– Это я и так понял, когда пару раз превратился в большое крылатое чудовище, – Летаврус отмахнулся.

– Ты желаешь все узнать в подробностях, – призрак на сей раз подлетел ближе к Никсу, заставляя наемника немного отступить назад.

– А ты мне все вот так и расскажешь? – Летаврус сам не верил в подобную развязку беседы.

– Твою мать звали Шедире, и она была могущественным магом из далекой цивилизации ламбирдов. У нее даже была своя цитадель и большая армия из снежных пиратов и ледяных троллей. А твой отец, Мальвеус Акмальди – вот это был настоящий человек. Бравый воин, рыцарь Белого Грифона, дослужившийся до должности магистра и имеющий опыт более чем в тысяче военных кампаний.

Никс никогда раньше не слышал этих имен, и поэтому стоял, как статуя, завороженный словами духа.

– Они познакомились случайно во времена Последнего Крестового похода нынешнего короля Эверхарда. Акмальди был одним из командиров экспансионного отряда Белых Грифонов, когда те по приказу Бастиона Духов начали вторжение в земли одного из четырех соседних миров, вход в которые находится среди королевств северных земель Айсленда. Лорд Акмальди тогда занимал высокий пост в иерархии управления Мейриярда. Сам Эверхард пожаловал ему родовое поместье и представил к баронскому титулу. Но незадолго до торжественной церемонии в тронный зал Мейриярда пришел из Тайных Врат посланник Бастиона Духов – Великой Цитадели Света – и указал на большую территорию, попавшую под контроль мрака. Провинция Амрод находилась рядом, и возникла опасность того, что во власти древнего короля монстров и его посланников могут оказаться сотни мирных жителей. Акмальди как верному воину солнечного Родона и бравому командиру было поручено собрать две сотни хорошо организованных воинов и двинуться на борьбу с неприятелем. Верный своему приказу, рыцарь отобрал из мейриярдских гарнизонов лучших воинов и двинулся в долгое путешествие сначала через врата между мирами, а потом по суровым ледяным пустыням чуждых земель. Когда отряд лорда Акмальди достиг первых границ вражеской территории, его отряд уменьшился почти на треть – даже такие бравые воины, как рыцари Белого Грифона, и те не все смогли выдержать суровые испытания вечного царства льда и живших там созданий. Акмальди как истинный Белый Грифон не стал идти на переговоры с силами зла, а просто отдал приказ на штурм неприступных укреплений.

Летаврус очень смутно представлял себе целую пустыню, сплошь покрытую льдом и населенную какими-нибудь созданиями, кроме троллей. А вот батальные сцены живо всплывали в его воображении.

– Хорошая была битва.

Призрак согласился:

– Это верно. Лорду Акмальди пришлось два дня и две ночи пробивать крепкую оборону снежных пиратов и ледяных троллей, прежде чем ему удалось своим волшебным мечом прорубить в стене Цитадели достаточного диаметра дыру, чтобы он и десяток выживших солдат смогли проникнуть во внутренние помещения крепости. Им удалось пробить живой щит из големов и зомби, но в ходе этой битвы многие из счастливого отряда Акмальди получили тяжелые ранения, и поэтому командиру пришлось добираться до короля вампиров в одиночку.

– Дальше я не знаю подробностей, – призрак ехидно хохотнул. – Скажу только, что король вампиров оказался, как выяснилось позже, не таким уж великим воином. Твой отец быстро победил его. Единственное, что омрачило этот поход – так это появление на арене битвы воинов ламбирдов. Агенты личей специально столкнули эти две армии друг с другом. Мальвеус едва тогда избежал смерти от их лезвий. Но потом начались краткие вылазки по зачистке территории и охоте за трофейной добычей. Как раз в мире непроходимого холода и враждебных рас отряд белых Грифонов наткнулся на небольшую крепость. Никто сейчас не знает, почему Акмальди сделал это, но одно известно точно – он не смог убить Шедире, даже наоборот, он решил защитить ее, хотя огнем и мечом его воины разрушили пристанище злобной ведьмы, оставив ее на погибель. Говорят, Мальвеус хотел взять Шедире с собой в Лаударум, но Бастион Духов узнал о действиях Акмальди и сообщил об этом королю Эверхарду. Король посчитал поступок своего верного воина слегка поспешным и лично отдал приказ уцелевшим отрядам вернуться в Мейриярд. Вот так они и встретились на далеких дорогах чужих миров. Потом, через шесть лет, твой отец возглавил военный поход в северные земли Лаударума, туда, где агент мертвого короля личей смог воздвигнуть свою крепость. А потом настала великая битва, в которой тысячи Белых Грифонов во главе с лордом Акмальди расправились с армией нежити, а потом и с агентом Драйга.

– Не очень-то у тебя красочный рассказ выходит, – похвалил духа Летаврус.

– А ты попробуй охватить в двух минутах разговора восьмилетний период истории, да еще и в деталях.

– По-твоему выходит, что мой отец в итоге погиб?

– К сожалению, да, – нехотя ответил призрак.

– Печально, – Никс почувствовал, как на него накатила боль и горечь утраты. – Но только как тогда смог выжить я?

– С этим все предельно просто, – призрак вздохнул.

– У лорда Акмальди был преданный ученик, которого бывший рыцарь и Шедире заблаговременно отослали подальше от злобного врага. Имя этого человека было Робар Алльгейерон, которого ты сейчас знаешь под именем настоятеля Робара.

Никс чуть не выронил меч.

«А ведь все пока что складывается в неплохую мозаику», – Летаврус вспомнил, что Архатра говорила про его родословную – когда она сказала, что его род довольно славен, он принял это за насмешку, но теперь получается, что Первая Волшебница королевства оказалась как всегда права.