Пламя и лёд

Огонь не мог протиснуться ни в какую щель – амуниция властителя гор и покровителя кузнечного дела надежно защищала своего служителя. А вот задохнуться от недостатка воздуха и от отравления угарным газом, а потом заживо свариться в этом жаропрочном наряде – об этих последствиях Рут старалась не думать, когда решала вступать в бой. Несмотря не недостаток воздуха и саднящие от дыма легкие, женщина сумела довольно быстро подняться на ноги. Заскрипела потолочная балка, посыпались фонтаны искр. Шлем защитил волосы и голову женщины от неминуемой беды, но потолок тут же многообещающе заскрипел. Рут догадывалась, что сейчас все межэтажное перекрытие обрушится. Рыцарь Крестоносец помнила внешний вид домов, что были поблизости. Они все были снаружи из камня, три этажа высотой плюс чердак, деревянная внутренняя отделка и планировка. И тут еще одна мысль пришла в голову Рут: где-то в этом ревущем пламени должен был находиться ее молот – молот Крестоносца.Понимая, что сейчас не время для магии, Рут из последних сил прошептала слова призывающего заклинания. Тут же раскаленная рукоятка, ставшая в миг холодной, приятно отяготила руку. Через горящие камни стены ей сейчас было не выбраться. Быстрая скорость драки и задыхавшееся от дыма тело потеряло много сил и требовало законной передышки. Что-то громко упало наверху, отчего на голову рыцарше посыпался целый дождь искр, а за ними и первые истлевшие и догорающие доски поспешили обрушиться на женскую спину. Рут что было силы метнула молот в стену. Со страшным грохотом магическое оружие пробило каменную кладку. Бушевавшее пламя сразу ударило Рут в спину. Огненная стихия почувствовала путь к свободе. Громко кашляя и судорожно глотая капельки свежего воздуха, рыцарь Ордена Крестоносцев сумела выпрыгнуть из горящего здания на прокопченную дымом улицу как раз за мгновение до того, как крыша и все стены горящего дома с треском обрушились, вметнув в небо большой столб пламени.

Но битва еще не закончилась. Случилось как раз то, чего Рут опасалась больше всего – противник оказался слишком силен для нее. Следовало заручиться поддержкой хотя бы старшего брата по камню, чей молот был богаче алмазами Тонгара. Но решения принимала не она, а главный настоятель храма, а сейчас уже нельзя было повернуть ход истории вспять. Оставалось только действовать.

Быстро призвав свой молот, воительница произнесла короткую молитву богу гор, приложив при этом один из самоцветов к своему сердцу. Рукоять и камень магического оружия засветились. Эмблема ордена Крестоносцев также озарилась ярким зеленоватым светом. Тело раненой воительницы поднялось на пол-ладони вверх, застыв на мгновение в воздухе. Уцелевшие в пламени остатки наемного войска и мудраханских стражей изумленно смотрели, как из молота выстрелил короткий луч, пронзив грудную пластину доспеха в том месте, где у Рут находилось сердце. Тело женщины сразу же начало дергаться в конвульсиях. Тонгар – крепкий кузнец человеческих, гномьих, эльфийских и людских сердец, щедро делился своей силой с нуждавшейся в помощи. По серым пластинам доспеха прошли яркие волны чистой магической энергии. Рут почувствовала, как мощь ее бога переполняет ее вены, наделяя рыцаршу нечеловеческой силой. Воительница тотчас же вернулась в строй и вскинула волшебное оружие вверх. Камень молота ярко светился и мерцал, переливаясь синими, зелеными, фиолетовыми и красными цветами одновременно. В серых глазах женщины полыхали зеленоватые огоньки силы великой земли, а из зрачков периодически вылетали ленточки электрических молний.

– Во имя великого Тонгара – властителя Каменных гор и Покровителя кузнечного дела во всем Лаударуме! Пришли на горящий от пожара город проливенный ливень! Обрушь свои небесные запасы на стонущий камень! О, Дух Воды Валаш, затопи нечестивый пожар огненного воина Тьмы и спаси невинные жизни! Природа воздушной стихии, пошли своих ветряных гонцов и сгони свои набухшие влагой тучи на погибающий город! – закончив свою тираду, воительница с силой обрушила молот на камни дымящейся улицы.

Сначала все было без изменений, но затем на небе вихрями начали сходиться тучи. Дух Воды Валаш и другие великие правители Бастиона Духов уважили прошение Рут, подкрепленное силой и волей самого Тонгара.

Темное небо, почерневшее от принесенных ветром грозовых туч, раскололось паутиной молний, одна из которых ударила прямо в рыцаршу, поразив воина Ордена Крестоносцев точно в голову. Электрическая энергия колышущимися сполохами разошлась по крепкому телу. Рут всем своим существом ощущала, как присланный дар Бастиона Духов жадно поглощался ее организмом.

– Спасибо, великие держатели силы!

Высоко в небе звучно прогремели раскаты грома – Духи Воздуха и Воды охотно принимали слова благодарности и отвечали воительнице тем же.

Стук барабанных дождевых капель возвестил о начале великого ливня. Крупные, толщиной в ноготь большого пальца водяные шарики, точно грозди прозрачного винограда падали на горящий город. Каждая такая капелька со звоном пробивала огненные языки, звучно щелкая о копченый камень. Вскоре шум пожара сменился бешеной какафонией водяных струй призванного ливня.

– Славная волшба.

Рут повернулась на голос. Ильт Оскариози стоял на ногах. Он оставался в своем зеленоватом зачарованном доспехе, такой же худой, жилистый и статный, хотя отсутствие правой руки сильно портило облик несокрушимого воителя-полукровки.

– Рыжий демон ушел в сторону главных ворот, – ясный взгляд светло-коричневых глаз был по-прежнему спокоен. Левая рука твердо сжимала меч, а верные руки соратников по службе поддерживали эльфийского воина, не давая ему упасть. По бледному лицу было видно, что командир наемного войска потерял много крови.

– Кого он ищет? – Рут и сама догадалась, за кем гонится огненный монстр, но свои догадки она решила оставить при тебе.

– Не… Не знаю, – еле-еле прошептал эльф, и его голова безвольно повисла на груди.

– Разве ты не видишь, что ему плохо! – хлопотавший над раненым воином сердито посмотрел на Рут. Желтый цвет мантии выдавал в нем служителя солнечного культа. Рут моча усмехнулась, увидев деловое выражение на лице наемного мага. Молодой и дерзкий, не имеющий опыта в серьезных ситуациях. Это объясняло, почему огненному воину удалось так просто одолеть толпу магов, подоспевших в разгаре бесчинств.

– Тогда вылечи его! – Рут произнесла эти слова почти приказным тоном, да еще и громко, чтоб все его дружки слышали. Тоже мне, спаситель! Если бы не ее вмешательство, то сердце эльфийского бойца сейчас бы уже переваривалось в желудке этого красного чудища. Маг оторопело открыл рот, не найдясь, что ответить. А Рут гордо повернулась к нему спиной, бегом направляясь в сторону караульной башни и главных городских ворот.

Если не хватило сил для этого огневика у нее одной, то хватит ли силенок и у них двоих? И сможет ли Никс продержаться до ее появления, не сильно уступив врагу в рукопашной битве? Ведь это именно его хотел найти огненный монстр. Никс, как всегда, успел и здесь ее обогнать, но только этот кусок приключения ему одному не по зубам. Если уж ее магический доспех помялся от удара огненной ступни, то уж кожа Летавруса, даже если он и будет находиться в теле вампира, мигом превратится в кусок прокопченной обугленной сажи, а от его когтей и клыков останутся только оплавленные солевые остатки, когда он попытается прокусить или разорвать горло противостоящего ему существа.

«Все-таки зря ты оставил свой арбалет и запрятал адмантиевый меч. Только так можно было нанести врагу урон – вблизи он явно непобедим», – пробегая мимо дымящихся в струях дождя остатков домов, Рут прокручивала в своей памяти фрагменты прошедшего боя. Женщина, ученица школы в Майри и воспитанница ордена Крестоносцев из Асброка – сероглазая Рут упорно искала ответы. И пока не находила их. Женщина только сжала покрепче молот, когда до ее ушей донеслись крики сгоравших в пламени людей.

Огненный воин возвышался над сжавшимся стражником. Мудраханский воин закрывал кого-то своей широкой спиной.

И всего пять минут прошло с того момента, как Филиппу удалось подслушать странный разговор в доме старика, а почти вся северная часть города сейчас была объята огнем. Филиппу еле удавалось обгонять преследовавший его по пятам огонь. Горели люди и дома, наемники, выбегавшие из своих пристанищ, также становились добычей огненной стихии. По улице широкими ручьями текли потоки расплавленных доспехов, мечей, наконечников стрел и других элементов обмундирования наймитов и стражников. Ноги, утопающие в этих горячих ручьях, сами почти превратились в обугленные головешки. Он слышал, как сзади кто-то продолжал драться с Форбариусом, и восторженные крики горожан, и дикие всплески огня, праздновавшего свою победу.

Вор не помнил, как добрался до главных ворот. Единственное, что он помнил – бегающий человек в форме мудраханской стражи, быстро жестикулирующий руками и что-то кричащий про опасных зверей и закрытые ворота.

Филипп отчаянно метался у дверей караульной башни. Наверху крепостной стены мельтешили солдаты.

– Нельзя туда! – мудраханский стражник размахивал руками, предупреждая об опасности.

– За воротами полно диких волков-людоедов! А здесь под караулкой бродит настоящий вампир-здоровяк, пьющий кровь. Говорят, это именно он уничтожил всех волшебников из Дома Магов, а когда его почти взяли с поличным, ему удалось взять в заложники достопочтенного господина Густава.