Пламя и лёд

Старческая рука неспешно взяла лежавшую на крепком дубовом столе резную фигурку с изображением горящего огонька. Когда высохшие пальцы старика сжали желанную вещь, перед ним появилась высокая фигура в плотных красноватых доспехах, от которых противно разило дымом. Волчьи морды на плечах, груди и голове жадно разевали свои маленькие пасти, а в ненавистных желтоватых глазах полыхал настоящий огонь.

– А, Форбариус!

Человек-тень что-то промычал в ответ, но старик не слушал своего большого питомца, хотя и был настроен на недолгий разговор.

– Почему весь город гудит, точно улей? – Вопрос хлестнул по ушам древнего вампира точно хлыст. Форбариус обнажил две пары клыков, но старик только сильнее сдавил деревянную фигурку.

Человека-тень пронзила невероятная боль, заставившая его присесть на одно колено.

– Мы так не договаривались, – через силу прохрипел вампир, но старика это не проняло.

– А я с тобой ни о чем не договаривался.

Голубые горящие глаза изумленно расширились.

– А уговор?

– Какой уговор, милейший?

– Который мы заключили.

Щуплый старик неожиданно быстро подбежал к стоящему на коленях вампиру и с силой схватил его за горло.

– Я тебе ничего не обещал! – прохрипел он с такой яростью, что рычавшие амулеты волков на доспехах вампира сразу смолкли.

– Н-но… – Человеку–тени сначала хотелось тупо подчиниться постоянно помогавшему ему старику, но внезапно все внутри вампира забурлило от горящего чувства гнева и разрушения. Ему впервые за много лет захотелось проверить обретенную им силу, а заодно и силу мудрого старика.

– Файдайер, – чуть было не выкрикнул Форбариус, но тут пальцы старика еще крепче сжали его горло. Шейные позвонки захрустели, и горло человека-тени пронзила невыносимая боль. Крепкий доспех сразу же загорелся ярким бело-красным пламенем, но старика это не пугало: огонь как будто стороной обходил его руки.

– Смотри-ка, как заговорил, – старик рывком вздернул своего гостя вверх. Форбариус не успел опомниться, как его ноги повисли в воздухе. Он висел только на одной шее, которая уже отведала гнева старика. Рот вампира широко приоткрылся, что вызвало у старика издевательскую усмешку:

– А разве ты забыл, кто рассказал тебе о подземном городе, а также показал тебе тайный проход из книгохранилища в подземелье? А кто рассказал тебе о способе преодоления магических ловушек и о заклинании, уничтожающем паучьих десятиножек?

Форбариусу не хотелось злить своего бывшего советника, а теперь и хозяина. То, что сила Файдайера против старика бессильна – об этом маг догадался, и рисковать своей головой ему больше не хотелось. В средствах самозащиты руки человека-тени обхватили вытянутую вперед и вверх руку старика. Это хоть слегка сняло напряжение с бедных шейных позвонков.

Филиппу, видевшему все это в маленькую щель окна, происходящее казалось ненастоящим. Тощий старик в тонком белом хитоне и надетой поверх потрепанной волчовке душил своей тощей ручонкой здоровенного воина в больших красных доспехах!

– Может, ты забыл, кто именно помог тебе преодолеть защиту Хранилища Аватаров, сообщив тебе нужные слова и вручив тебе древние ингредиенты? А может, ты заодно и не помнишь, кто именно уничтожил вставшего у тебя на пути духа вечности, и кто потом вытащил тебя обратно наверх? А? Чего ты теперь молчишь? Ах, да, – старик мельком взглянул в измученное недолгой пыткой лицо существа, которое когда-то было человеком по имени Форбариус. Светло-желтые глаза старика встретились с колдовским голубым светом очей человека-тени, а затем он отшвырнул от себя незваного гостя в дальний угол комнаты.

Филипп еле сдержался, чтобы не присвистнуть: щуплый старикан смог отшвырнуть от себя воина в доспехах почти на шесть метров, и при этом даже не запыхался. Для вора Филиппа Одинокого это было поразительным зрелищем.

– Ты мне обещал… – Форбариус быстро приходил в себя. Хотя в этом ему отчасти помогал горящий в камине огонь. Морда волка, расположенная на нагрудной пластине его доспеха, хищно разинула свою пасть, жадно поглощая в себя огонь, жар и свет горевших поленьев.

– Ты был одержим бредовой идеей, и я помог тебе осуществить ее! Разве нет?! – Старик в гневе хлопнул ладонью по стене. – А сейчас, когда я прошу тебя об одной услуге, ты переворачиваешь все вверх дном, вместо того чтобы как следует выполнить порученное тебе задание.

– Вампир, – прохрипел Форбариус, потирая грудь и шею. Боль уже утихла, дух огня вылечил его, но говорить все еще было трудновато. Хотя сказанные слова не произвели на старика должного эффекта.

– Ты шутить вздумал? – старому человеку даже хотелось засмеяться, но он сдержал свое веселье до более подходящего момента. – В Мудрахане нет вампиров! Ни одного. Покойный лорд Акмальди, – Филипп видел, как при упоминании этого имени голова необычного старика качнулась вперед, – перебил всю эту нежить еще в те времена, когда Бастион Духов только прислал его сюда из другого мира. Знаешь, чего мне стоило сотворить из тебя то, что ты есть сейчас? – старый человек погладил мех волчовки. – Мне потребовалось для этого использовать кровь древних вампиров, остатки которых мне посчастливилось отыскать на островах Зеленой Вьюги. Результат, конечно, получился так себе, но, – старик развел руками, – пройти через город паучьих стражей и проникнуть внутрь Хранилища тебе удалось!

– Он пришел из столицы.

– Из Мейриярда?

Форбариус кивнул.

– Очевидно, этот глупый Лоуд все же послал вторую просьбу о помощи столичным магам. – Человек-тень отрицательно покачал головой.

– Гу с та в.

– Что?

– Это сделал Густав.

– Кто такой Густав?

– Мой ученик.

Старик покачал головой, а потом истерично хмыкнул:

– Все-таки ты сумел загадить мозги кому-то из магов. Как тебе это нравится – пригласить для борьбы с тобой вампира, раз отважные рыцари и гордые городские увальни-стражники не смогли прикончить главного оборотня. Глупцы! Они думают, что, убив тебя, они разом избавятся от всех своих напастей. Очевидно, ты себе выбрал ученика по своему образу и подобию.

Форбариус уже поднялся на ноги, но больше перечить старику ему не хотелось. Пусть старик и не знал, что он перед своим окончательным превращением в вампира сумел рассказать своему подопечному обо всех своих неожиданных открытиях и познаниях, но сказанные в адрес человека-тени слова явно задели бывшего мага за живое.

– Его действия вполне оправданны, если учесть, что мои стаи быстро навели страх на жителей окрестных деревень. А королевского охотника ты легко взял в плен.

Старик гневно прорычал:

– Если бы не ты и твои дурацкие эксперименты с обращением мудраханцев в зверей и подчинением их разума, то сейчас вампир бы не стоял у нас на пути.

– А король? Я создавал армию оборотней только для того, чтобы мы могли в любое время схватиться с отрядами Киринейла и его отца.

– Король Эверхард? Никогда я не боялся этого выскочки, который всю свою жизнь оставался в тени.

– Он уничтожил короля вампиров.

– Ах, какая жалость, что я лучше тебя это знаю! Ты бы видел физиономию Акмальди, когда выяснилось, что правит бал не король, а королева, да к тому же она еще и является пришельцем из того же мира, что и он, – старик показал свои ослепительно белые зубы в хищной усмешке. Филиппу почудилось, что он увидел настоящую улыбку зверя. – Но еще смешнее было лицо этого Великолепного Эверхарда, когда в своем выступлении перед магами он заявил, что лично покончит с нежитью, а в конце своего триумфального периода он еще больше обезумел, когда узнал, что волей-неволей убил своего собственного брата, послав того на верную смерть.