Пламя и лёд

Накатившая боль заставила сержанта Белых Грифонов сдаться. Его ноги стали ватными, а в голове появился одуряющий туман.

– Ты всегда мне глаза мозолил! – огрызнулся маг, готовя в своем кулаке мощное заклинание из арсеналов огненной стихии.

Прокричал магический зверь рыцарского доспеха, как бы возвещая врагов Родона о скорой гибели.

Вопрошающий силу не сразу сообразил, откуда исходит звук. Рука чисто рефлекторно сделала движение посохом, отбивая несущийся в ее сторону меч, но тот, кто направлял светящееся лезвие, был не просто заурядным бойцом. У магистра ордена Белых Грифонов был солидный опыт в боях против владеющих силой магии оппонентов.

Полуоборот корпусом, сопровождаемый перебросом меча из правой руки в левую и мощный тычковый удар в финале атаки привели к тому, что верный меч Солнца погрузил свое лезвие в тело мага.

Перекошенная яростью и злобой фигура мага выпустила прямо в лицо Акмальди оглушающий вопль. Этот предсмертный маневр должен был оглушить рыцаря, но Мальвеус лишь коротко обронил:

– Ты не Лайлоф.

По облаченному в малиновую мантию телу прошла белая рябь.

Повинуясь воле своего обладателя, меч Солнца вытаскивал правду наружу. Магистр видел, с каким упорством чужая воля не желает так просто отпускать своего раба. Тело мага сотрясали судороги, а шея начинала дымиться.

Попавший на острие волшебного меча злодей не мог отказаться от своей двойственной натуры.

Чужая личина слезала с него, как вторая кожа, оставляя после себя лишь тлеющие ошметки.

– Отойди от него!

Мальвеус поздно понял, что ему лучше подчиниться – меч пришлось оставить в теле горящего врага, поскольку тот слишком сильно увяз в черной плоти. Но главного магистр добился – враг показал свое лицо.

– Дрениган! – Акмальди не мог поверить, что эльфийский маг мог пойти на такой шаг, как предательство.

Шедире, придя в себя после чужой атаки, создала вокруг мага магический кокон, чтобы сковать его действия и нейтрализовать черную сторону магии.

Друид даже не шелохнулся. Он спокойно стоял и осматривался вокруг. Весь избитый и злой, его верный соратник и боевой командир сейчас стоял перед ним абсолютно безоружен. Похоже, повернувшаяся неожиданным боком ситуация выбила бравого рыцаря из равновесия. Но он все еще готов был драться. Друид это видел по горящим алчностью боя глазам. И его магический грифон на белом панцире продолжительно вскрикивал, как бы собирая остатки сил для своего хозяина перед финальным рывком. Дренигану эти доспехи тоже нравились. Акмальди всегда восхищался своим приобретением. В бою волшебный зверь, заключенный в доспех, точно второе сердце, бился вместе с хозяином. Но для повседневной рутины магистр использовал наработки гномьих оружейников. Только меч Солнца часто брал с собой рыцарь ордена Белых Грифонов.

– Это и есть тот прощальный подарок от Шедире, который она вручила тебе перед своим поспешным уходом? – маг бросил хищный взгляд в сторону поднимавшегося на ноги ребенка.

Робар, едва услышав эти слова, отчаянно заговорил:

– Мальвеус! Посмотри вокруг! – рыцарь уже подбегал к раненому малышу.

– Это место содержит столько невысвобожденной силы, что сейчас вот-вот разрушится! Нам надо срочно выбираться отсюда, иначе эта ледяная твердыня превратится в нашу ледяную могилу!

– Уведи отсюда мальчика! – магистр отдал этот приказ, уже не задумываясь, кого и за что он спасает. Ледяная твердыня рушилась, с каждой секундой становясь все опаснее и опаснее.

– Я все еще могу прийти за ним! – крикнула вдогонку Робару магиня, но сержант не слышал ее слов: перед ним упал тяжелый осколок ледяной стены, обдав его и мальчика градом осколков. – Береги моего сына, Белый Грифон!

Мальвеус понимал, что эту партию ему будет сложно выиграть. Слишком многое стояло на кону, и слишком многое уже складывалось в его пользу. Врагу тоже должно было повезти – таков закон жизни, к тому же Мальвеус ради сына готов был пожертвовать собою. В том, что юное создание – его сын, магистр был уверен. Какой бы злобной Шедире ни была, она никогда не выказывала пристрастия ко лжи.

Кулаки сжались сами собой, и даже трещавший лед не мог заглушить звук от напрягшихся суставов.

– А ты собрался на старости лет поиграть в рыцарские игры, – подначивал рыцаря маг. – Опомнись, друг мой! Сила Драйга убьет тебя! А если и нет, так это сделает кто-то вместо него. С ним сейчас не меньше тысячи верховных личей с армиями нежити.

– Армия Бастиона Духов пестреет от всевозможных расцветок символик различных магических школ. Маги Огня, Маги Воды, Маги Воздуха, Земли, и даже Ложа Природы – все явятся на битву с вами, с целью поддержать силу добра и своего короля.

– Ты все еще веришь в свои жалкие крохи возможностей? – лицо Дренигана теперь приняло звериный оскал, словно маг и впрямь демонстрировал свою истинную сущность. Двуликий зверь, носящий маску смиренности, сейчас смотрел в глаза рыцаря.

– Ты предал нас всех!

Маг ответил раскатистым смехом на такой банальный упрек.

– Ради чего?

Дрениган снова рассмеялся.

Мальвеус пытался понять то существо, что стояло сейчас напротив него, и не мог. Для человека, способного одним движением обезглавить врага, многое еще было закрыто для глубокого понимания.

– Я тебя убью собственными руками, как только Шедире отсюда уйдет, – сквозь зубы процедил Акмальди, намекая на тот магический кокон, что окружал вражеского мага.

На миг лицо друида стало серьезным.

– Что ж, я, как могу, отвечу на твои вопросы. – Маг прогнулся назад, выпрямив спину.

– Для них, – Дрениган быстро мотнул головой в сторону летящих осколков башни, – найти в мире льдов и ламбирдов проводника в Лаударум не составило особых проблем. Проблема готовящегося вторжения крылась в тебе и твоем глупом ордене. А все потому, что вы – тупые солдафоны, вооруженные волшебными кусками металла, вечно собираетесь, точно мухи на мед, и целым роем сметаете любой отряд разведчиков, несущих маяк. – Лицо Акмальди было мрачным, как туча. – Ведь это именно ты и твой сержант Робар уничтожили три отряда некромантов, посланных в восточные земли Лаударума три года назад. Это была огромная потеря для разведчика мертвецов, оставленного в этом мире в качестве Наблюдателя.

– А причем здесь ты? – Магистру не верилось, что всего пару лет назад он бы доверил свою жизнь этому человеку.

– Потому что такие существа, как я, не могут довольствоваться тем, что могут дать им пара-тройка вековых сосен и куча елей, чей главный секрет кроется в способности оставаться зелеными даже в холодную стужу зимы. Не-ет, мне нужно было больше силы. Я, как ты помнишь, частенько проводил ритуалы по некромантии. Хе-хе-хе, – Дренигану было очень весело видеть на лице магистра растерянность.

Акмальди вместе со своими братьями по оружию обшаривали тогда каждый закоулок Мейриярда в надежде отыскать злодея-убийцу. А он у них был все время под носом.

– Да, Акми, я лично убивал этих богатых щеголей, а потом с упоением наблюдал, как чернь из закоулков радуется очередной похоронной процессии Нобелей.

– Ты – всего лишь маньяк! А маньяков можно убивать, потому что они почти звери.

Дрениган покачал головой:

– Я всего лишь хочу получить свою долю вечной власти. Наблюдатель и искал таких людей, как я. И он нас нашел. В разных уголках Лаударума мы были разобщены и многие скрывали свои воззрения от сторонников короля. Нас поначалу было не так много и мы испугались, когда появился Наблюдатель, но потом разведчик личей начал передавать нам часть своих сил, расширяя области нашего познания. Мир для нас изменился. Мы поняли, что смерть – это лишь неотъемлемая часть жизни, дополняющая процесс эволюции нематериального начала сущности.