Плащ душегуба

Лиза громко кашлянула.

– Черт побери, Фил, она тоже была человеком! – воскликнул Калеб, в сердцах стукнув кулаком о ладонь. – Я плачу тебе хорошие деньги, и мне нужна информация. Расскажи мне все, что знаешь. Зачем Ряженым украшать голову жертвы ее собственными кишками? Что это значит?

– Возможно, ничего. Возможно, это никак не связано с Ряжеными. Возможно, – Фил подмигнул, – убийца пытается что-то вам сообщить.

Фил подмигнул еще пять раз. Похоже, ему в глаза попал дым.

– Возможно, он и сам этого не знает, – добавил он.

– Что ты несешь? – Калеб рассердился. – Как он может оставлять сообщение, не осознавая этого?

– Есть многое на свете, друг мой Калеб, что неподвластно нашему разумению. Люди порой совершают действия, не задумываясь об их значении. Возможно, вам стоит повнимательнее отнестись к следующей жертве.

– Следующей не будет.

– О, будет, и не одна. Вы, конечно, остановите его рано или поздно, но жертвы еще будут.

На подбородке Фила заплясал язычок пламени.

– Гхм, Фил… – начала Лиза.

– Ничего страшного, – спокойно произнес Фил. Похоже, такое с ним случалось уже не раз. – Где тут у меня вода?

Лиза в панике схватила красное ведерко с надписью «пожарное».

– Вот оно, вот, – сказала она и решительно опустошила его прямо в лицо Фосфорного.

Буме! Килограмм крупнозернистого песка ударил в физиономию Фила, погасив огонь. Несколько мгновений Фил стоял неподвижно. Затем он невозмутимо извлек обугленную челюсть и положил на стол, после чего посмотрел на Лизу и издал какие-то отвратительные утробные звуки.

Калеб перевел:

– Он говорит, что имел в виду стакан воды, но все равно – спасибо.

* * *

А в Клубе спортсменов Рузвельт отплясывал, вскарабкавшись на стойку бара, – с голым торсом, не выпуская изо рта резиновый шланг от бочки с продажной толстухой. Круг за кругом заказывая выпивку на всех, он спускал свой выигрыш под одобрительные крики толпы. Стена позади Тедди была утыкана всевозможными смертоносными орудиями, которые швыряли в него бандит и хулиган: ножи, метательные топоры, дротики, арбалетные стрелы и даже призовая рыба-меч, содранная со своей подставки. И все напрасно. Яд – вместо того чтобы убить Рузвельта – придал ему сверхъестественную ловкость. Чем бы ни швыряли в него потенциальные убийцы, он воспринимал это как игру и отскакивал, рассказывая им о состязаниях в метании топора у индейцев Юты. Бандит и хулиган посовещались в углу с человеком в капюшоне. Тот казался рассерженным – насколько вообще можно определить настроение человека, чье лицо закрыто капюшоном.

– Ого, я так не веселился с тех пор, как обыграл этого мерзавца Дж. П. Моргана в покер на раздевание, – заявил Рузвельт. – Я вам, ребята, про это уже рассказывал? Мы с ним были в круизе на «Бегемоте» судоходной компании «Белая звезда», когда…

Пока он рассказывал, к нему подошел хулиган и знаком показал, чтобы Тедди слез со стойки.

– …и скажу вам, что никогда в жизни я не видел, чтобы человек так быстро скисал, – громогласно объявил Рузвельт и разразился радостным уханьем.

– Э-э… господин Розивельд, – заговорил хулиган. – А че бы нам тут не присесть да не накатить разок-другой? Мы угощаем.

Предложение было встречено всеобщими аплодисментами. Рузвельт слез со стойки и взгромоздился на табурет.

– Скажу тебе, старина: лучше дармовой жратвы может быть лишь дармовая выпивка.

– Может, и так. Садитесь-ка вот сюда, – хулиган указал ему на другой табурет. – Это… э-э-э… особое место. Для самых дорогих гостей.

– Конечно, старина. Кто я такой, чтобы спорить с традициями вашей вонючей забегаловки…

Рузвельт умолк. Действие пигмейского яда достигло своего пика или, как говорили тогда, в 1882 году, «вызвало ощущение зияющей бездны, в которой, словно в мутном зеркале, отражалась вся предыдущая жизнь, или что-то в этом роде, о господи, мне лучше прилечь». Тедди сидел неподвижно, уставившись на свою короткопалую пятерню.

Хулиган обернулся к человеку в балахоне. На сей раз неизвестный в капюшоне кивнул. Разбойники поняли, что это значит. Бандит подкрался к Рузвельту и потянулся к рычагу под стойкой бара.

– Моя рука, – ахнул Тедди. – Она похожа на детскую ручонку. Что ж, все мы немножко де…

Конец фразы остался неизвестным истории, поскольку в этот момент мэр провалился сквозь потайной люк в поток загадочной грязи внизу. Послышалось лишь отдаленное «Йо-хо!», а затем всплеск. Для завсегдатаев кабака такие спектакли не были в диковину, поэтому почти сразу в таверне возобновился обычный шум.

* * *

– И это все, что ты можешь нам сообщить? – спросил Калеб, не скрывая досады. – Что дело и дальше пойдет в том же духе? Кругами и кругами?

– Вот именно, а еще верхами и низами, не забывай, – сказал Фил, успевший вставить другую челюсть. Правда, она ему была явно маловата. На ней значилось: «Малышка Мисси». [16]

– Я не плачу денег по пустякам.

– Ты хорошо платишь, и я это ценю. Но даже если мне скинется весь Нью-Йорк, я не стану катить бочку на Щегольскую Бригаду.

– О, только не Щеголи! – воскликнула Элизабет.

– А что? – спросил Калеб. – Кто они такие?

16

«Малышка Мисси»– песня американской рок-группы «Пинирд Скинирд». Также песня Луи Армстронга . (Прим. ред.

– Щегольская Бригада – элитное подразделение Ряженых. Они призваны не только охранять самые важные церемонии, но и отправлять на тот свет недругов тайного общества. Если они тут замешаны, то наше дело плохо.

– Больше ты ничего не хочешь нам рассказать, Фил? – спросил Калеб.

– Я и так сказал слишком много. Могу добавить, что в этом деле не без урода, если вы понимаете, о чем я. Та еще веселуха будет. Кто другой, возможно, даже пошел бы дальше и назвал бы это «парком аттракционов с большим чертовым колесом».

– Хватит! – рявкнул Калеб. – Я уже сыт по горло этой чушью. Пойдем, Лиза.

– Подождите! Есть еще кое-что, – сказал Фил, снова закуривая. Элизабет закатила глаза: «Этот парень неисправим!»

– Чего еще? – поинтересовался Калеб. – Что это дело будет типа шпагоглотания во время прыжка с вышки в стакан воды? Уж пожалуйста, просветите нас.

– Не хочется мне вас огорчать, но… за вами ведется слежка.

– Кем? – спросила Лиза.