Побочные эффекты
Шрифт:
– А ты что, сразу обиделась? Прямо, как следователь допрашиваешь!
– Как ты догадался?- вздрогнув, спросила она.
– Работа у меня такая.
– Какая?
Танец уже закончился. Они и еще несколько пар продолжали стоять, обнявшись, и не уходили.
– Давай познакомимся. Виктор, врач.
– Какой?
– Психиатр.
– Я, почему-то, так и подумала. Света, дознаватель.
– Часто встречала психиатров?
– Приходилось.
– А ты – часто встречал дознавателей?
– Бывало. Но не таких симпатичных. Чаще, вообще-то, следователей…
– Ну… Мы вместе работаем. Пригласишь ее потанцевать?
– Конечно. Если она не против.
– Она не против.
Он подошел и пригласил ее на очередной танец. Та неохотно поднялась. Танцевала, отстранившись.
– Расслабьтесь! Извините, не знаю Вашего имени.
– Татьяна.
– А я Виктор. Давайте, просто танцевать под хорошую музыку и не думать о проблемах! Пусть они хотя бы на время останутся там, в России.
– А Вы из России?
– Да. И можно на ты.
Она ничего не сказала, только еще раз посмотрела на него настороженно. Остаток танца прошел в молчании. Поблагодарив, он проводил ее. Света , глядевшая на них все это время издали, уступила ей место.
Следующий танец он танцевал уже с ней.
– Подруга у тебя какая-то напряженная. У нее проблемы?
– Ну, можно и так сказать… Встречалась с женатым. Все обещал, что подаст на развод. Она ждала. Дождалась…
– Аборт? Или…
– Давай не будем об этом, - перебила она.- Я сама предложила ей развеяться. Заказали билеты на паром. Я слышала, что здесь весело, вид красивый на море. А тут…
– Ну, им-то весело, - и он кивнул в сторону.
Света молчала, о чем-то задумавшись.
– Слушай, пойдем ко мне? Я в каюте один. Посидим, поговорим…
– О чем?
– О жизни. О любви. И о вас – женщины!
– Не знаю… Не хочется ее здесь одну оставлять..
– Давай подойдем к ней, я спрошу ее разрешение?
Света ничего не ответила. Он подошел, все так же держа ее за руку, к Татьяне.
– Таня , не будешь против, если я покажу Свете корабль? Мы ненадолго!
Она взглянула сердито на Свету. Та, опустив глаза, смотрела в сторону.
– Ладно. Только недолго!- помолчав, наконец ответила она.
Они пошли к выходу, пробираясь сквозь танцующих, очередь стоящих к рулетке , игровым автоматам и просто бесцельно прохаживающихся мимо.
– А где твоя каюта?
– На пятой палубе.
– Ты что, правда один?
– Один.
– А нам в четырехместной билеты достались. И окна нет.
– Иллюминатора. Да , у меня еще и санузел – душ, туалет. Сауны вот - нету.
– Дорого, наверное?
– Да нет, спросил самый дешевый билет. Видно, перед отправлением места остались. А может, скидка.
– А ты что, сам покупал?
– Ну да. Пришел в кассу и купил.
– А разговаривал с ними как?
– На английском. Ну вот, мы пришли,- сказал он, открывая дверь. Оглянулся. В коридоре никого не было.
– Не стесняйся. Проходи.
– Как у тебя тут! Хорошо. И правда, море видно. А конфеты можно?
– Конечно. Будь как дома.
Она села на раскладной диван, ближе к иллюминатору и стала
молча смотреть на море. Он сел рядом. Одной рукой обнял за плечи. Она сидела, все так же, молча. Другую руку положил ей на бедро, слегка повернув ее к себе . Потом тоже молча поцеловал. Она ответила.– Тебе не кажется, что здесь душновато! Пойдем в душ!- сказал он.
– Вместе?
– Когда тебе еще представится возможность такого романтического свидания? Под нами – Балтика. Над нами – вода. Рядом с тобой – таинственный незнакомец, к тому же – психиатр. А впереди – один из самых красивых городов мира - Стокгольм. С его узкими средневековыми улочками, роскошной королевской резиденцией. Впечатлений будет – на всю оставшуюся жизнь!
Говоря это, он медленно расстегивал пуговицы на блузке, продолжая гладить ее. Она слушала, словно завороженная.
– А это правда?
– Что? Насчет впечатлений или Стокгольма?
– Все. Все, что ты говоришь.
– А психиатры всегда говорят правду. Разве ты не знала?- уже расстегивая змейку на юбке, ответил он.
– А про себя? Ты тоже расскажешь правду?
– Какую?
– Кто ты? Есть ли у тебя семья? Почему уехал из России , от кого скрываешься ? Что тебе надо в Стокгольме?
– Многовато вопросов. Обязательно отвечать на все, или можно что-то пропустить?- снимая бюстгальтер и закончив поцелуй, ответил он.
Она глубоко задышала , прижимаясь к нему, и уже ничего не ответила.
Сам он разделся привычно быстро.
3
В ту ночь они долго не могли успокоиться. После душа продолжили на диване, потом опять в душе.
– А как же Таня? Я совсем о ней забыла!- вдруг воскликнула она.
– Ну , она взрослая девушка. Не заблудится.
– Нет-нет, я должна к ней идти.
– Хорошо, пойдем вместе.
Коридор был освещен, несмотря на глубокую ночь. Открывая дверь, ему показалось, что у выхода мелькнула какая-то тень. Хотел вернуться, но Света уже вышла и дверь захлопнулась.
– Пойдем пешком? А то застрянем ночью в лифте, пока до нас доберутся…
– Пойдем.
Они прошли мимо выхода, вышли в боковой коридор и поднялись по лестнице. Никто им не встретился.
Веселье продолжалось, хотя танцующих заметно убавилось. Таня так и сидела все там же одна, подперев опущенную голову руками. Когда подошли к ней, укоризненно посмотрела на подругу, но ничего не сказала.
– Ну ладно, девушки. Спасибо за компанию. Давайте отдыхать, набираться сил. Завтра еще город смотреть. Увидимся! Спокойной ночи!
Света, наклонившись к подруге, что-то тихо говорила ей и ничего не ответила. Таня в его сторону даже не повернулась. Он благополучно вернулся в каюту прежним путем и сразу уснул.
Утром вышел на палубу. На ней виднелись пятна , пластиковые стаканы и пакеты, которые матросы смывали в море мощной струей из шлангов. Пассажиров на палубе было мало, на него никто не смотрел. Ветер был порывистый и холодный, берега напоминали фьорды, как он о них когда-то читал – изрезанные скалы, поросшие редкими соснами. Посмотрев на часы, спустился в кают-компанию – наступало время завтрака.