Почва для оптимизма

в особенности,

препятствует другим в движении к ней,

являются самыми несчастными людьми

на свете.

Они –

не просто грешники,

а слуги Тьмы,

воины зла, а

потому подлежат остракизму,

обструкции или даже

деструкции.

Ответим

и за деяния,

и за слова,

и за мысли.

Нам зачтется все:

позы и жесты,

звуки и движения, и даже

направление и

скорость перемещения в пространстве,

ибо

все это относится

к обращению с самым ценным,

что дается вам с жизнью –

временем.

Жизнь –

это время, данное живому для развития.

А если жизнь

не становится лучше,

тогда для чего существует

время?

Возраст

После жизненных

битв молодости

старость кажется

спокойной гаванью, но

это тихая гавань –

лишь последняя передышка

перед последним походом,

последним рывком,

прыжком в неизвестность…

смерти.

* * *

Никогда не ссорься с юнцом –

скоро он вырастет –

отомстит;

не ссорься и со старцем –

скоро он умрет –

и пожалуется на тебя…

Богу.

* * *

Если пятидесятилетний человек

просыпается утром и чувствует, что

у него ничего не болит, то

это значит, что он…

мертв…

или

занимается…

энергетической саморегуляцией.

* * *

Когда молод,

ищешь почвы для посева зерен;

Когда зрел –

ищешь удобрения и воды

для роста саженцев;

Когда стар,

собираешь урожай,

горький или

сладкий.

* * *

Если в молодости,

будучи здоров,

ищешь наслаждений, то

в старости

быть здоровым

уже есть одно

из высших наслаждений.

Если, конечно,

человек испытал

все тяготы нездоровья.

* * *

Старая душа чувствует себя

лучше всего

после 40 лет.

Это время

как нельзя больше

подходит тому настрою,

в котором она находится.

Размышления,

спокойствие и

вдумчивость,

вот, что характеризует

сорокалетних.

* * *

Парадоксы возраста.

«Понимаю,

Иногда даже одобряю,

Но не могу себе позволить».

Через такие муки

проходят мудрые старики,

когда сталкиваются с затеями молодых.

«Не понимаю,

Внутренне даже осуждаю,

Но не могу противостоять инстинкту.

Не могу не делать этого».

Таковы терзания мыслящей молодежи.

* * *

У нас могут выпасть волосы

или может опасть грудь.

Время может лишить нас того,

что у нас есть

на голове или

на груди.

Но

нельзя позволить ему

лишать нас того,

что у нас в голове или

в груди:

Способности мыслить и

способности любить.

* * *

Когда ты летами мал,

ты веришь в порядочность и

доброжелательность

каждого дяди;

Став старше,

ты узнаешь о

существовании безумцев и злодеев;

Испив свою чашу до дна,

ты понимаешь, что

порядочных людей

оказалось неизмеримо меньше,

чем думал и

надеялся;

На смертном же одре

ты всем простил бы

все грехи ради того,

чтобы насладиться

обществом современников

еще один день.

* * *

Я увидел на пляже двух молодых людей.

Они были навеселе.

Казалось бы,

мне следовало им позавидовать,

ведь

у них впереди была целая жизнь.

Однако

единственным чувством,

которое сразу наполнило мое сердце,

была искренняя жалость к ним.

Мне,

прожившему (хотя и не полностью)

довольно счастливую жизнь,

стало жаль ребят

за те тяготы и

проблемы,

которые ожидают их

на трудном

жизненном пути.

* * *

Стимуляторы (алкоголь и т. п.)

юности не нужны,

она и так питается

опьяняющими соками

непосредственно

из корней дерева жизни.

Старости они тоже

ни к чему,

ведь

она питается плодами древа жизни своей.

Но стимуляторы существуют.

Таким образом,

получается, что

стимуляторы созревания (опыта)

нужны лишь людям не юным,

и не старым, так же как и

стволу в период роста.

* * *

Удивительно,

сколько времени тебе говорят, что

ты слишком молод для чего-либо и

вдруг

очень скоро после этого,

тебе говорят, что ты

уже очень стар для многого.

И надо быть счастливчиком,

чтобы попасть туда,

куда хочешь,

когда это можно,

Когда ты

не моложе и

не старше,

а точно на гребне.

И где ж он, этот «возраст срединный»?

И кто эти люди «средние»,

которые так устраивают тех

привередливых,

кто руководит отбором.

И какого возраста те, кто судит?

Может быть, и они

слишком молоды или

слишком стары,

Чтобы указывать на недостаток

Или избыток седины, морщин или…

извилин?!

* * *

Когда же, наконец,

время излечит нас

от «безумства» половых инстинктов,

Когда жизнь принимает