Почва для оптимизма

более взвешенный и

рассудительный характер,

Тогда исчезают старые и

открываются новые горизонты бытия.

В этот момент

человек четко ощущает

в себе перемены.

Перемены в образе жизни,

во взглядах на жизнь.

У него меняются приоритеты.

Если раньше,

смотря на какой-либо дом,

он думал о том,

как бы он смог

в нем развлекаться

с подружками и собутыльниками,

то теперь он смотрит на него,

как на место,

где смогли бы воспитываться и

развлекаться его дети, и

место, где бы он мог отдыхать

после занятий

умственным трудом и

работой в цеху или в поле.

«Неужели наступает старость?» –

вопрошает человек,

не зная,

печалиться этому или радоваться.

* * *

Странные чувства

испытывает молодой человек,

когда он видит

старого человека.

Он, такой

подвижный,

розовощекий,

«хронически счастливый»,

Бегущий трусцой

вдоль живописного побережья,

Думающий о вчерашней встрече

с друзьями,

Радующийся сегодняшнему свиданию

с любимой девушкой…

Как ему воспринимать то, что видит он.

А ему навстречу

движутся одинокие,

поддерживающие друг друга

странные пары существ,

более похожих на инопланетян,

чем на него.

На него,

нормального обитателя,

или даже, скажем больше,

хозяина этой

самой лучшей из планет

по имени «Юная»,

т.е., простите, «Земля».

Но эти существа…

Они ковыляют

по «его Земле»,

как роботы ранних моделей.

Они медлительны и

неповоротливы

в своих скупых движениях,

с деформированными корпусами,

покрытыми трещинами-морщинами.

А их,

с позволения сказать,

лица всегда бледны и уродливы, а

глаза мутны и печальны.

Кто они такие? –

думает он, –

и откуда берутся они

в этой прекрасной жизни,

полной цветов и радости?

“Old and lonely people,

Where do they all come from?

Old and lonely people,

Where do they all belong?!”

* * *

О веке человеческом

Удивительны пути,

странны повороты и

судьбы решения,

моменты и…

ключи…

Умны –

успевшие уйти отсюда,

а мудрые, те…

вовсе не пришли…

Счастлив тот,

кто уходит в свое время,

в свой час,

свершив, что должно.

Герой уходит рано,

всегда рано –

даже если стар.

А негодяй все медлит,

он мучает,

всех нас изводит;

многих,

достойных жить долго,

прежде времени

в могилу сводит,

прежде чем сам…

копытца отбросит…

лет эдак

в восемьдесят иль

девяносто…

Печально, что

лучшие уходят, а

худшие с нами остаются…

Самый лучший альпинист

погибнет раньше всех,

ибо

поднимется он

на крышу мира…

Самый лучший пловец –

утонет скорее того,

кто воды боится…

Ибо он –

верх достижений,

достигший,

превысивший предел…

Вот аварийно,

не без чудес

посажен самолет

Травмированы, но выжили

почти все

Кроме того,

кого судьба других

в эту страшную минуту

беспокоила

всего превыше…

Смел был человек,

но ушел поспешно

в лучший мир…

«Только хорошие

умирают молодыми»…

но только нехорошо это –

умирать молодым…

но только не все молодые

умирают…

хорошо.

* * *

Время так быстротечно, что

жизнь пролетает, как туча по небу.

Мы еще не успели

переиграть во все игры,

насладиться свободой и

искренностью детства,

как набегают

заботы,

волнения взрослой жизни.

И вот тут-то мы себя и теряем.

Обыденность захватывает нас

в свой плен.

Она покрывает нас какой-то

временн'oй пеленой,

которая скрывает ход времени.

По крайней мере,

она лишает нас

драматического его восприятия.

И только тогда, когда мы отвлеклись.

Когда мы получили от жизни…

шокирующий удар,

Когда мы упали на спину

не в состоянии сразу подняться,

чтобы продолжить свой бездумный,

безудержный,

повседневный

бег в тумане,

Перед нами,

наверху,

в глубине облачного покрова

появляется удивительный,

голубой колодец.

В нем мы,

наконец,

видим то,

что не могли видеть раньше.

Мы видим глубину.

Мы видим бездну

которой нет дела

до падающего курса акций и

боли в нашей спине.

Мы в шоке от осознания того,

что все это время…

Подумать только,

всю жизнь

мы были слепы!

Мы бегали,

скакали

из стороны в сторону

как частички пыли под микроскопом и

все для того, чтобы столкнуться

с какой-либо другой пылинкой,

прилипнуть или

отскочить от нее,

чтобы продолжить

бессмысленное движение.

А стоило лишь вот так спотыкнуться,

потерять физическое равновесие,

чтобы неожиданно

обрести душевный покой.

Наблюдение вечности успокаивает.

Нет ничего равного

приобщению к бесконечности.

И в этот миг