Подъем Китая

Хорошо известно положение дел на сегодня на рынке детских игрушек. Когда-то производством игрушек славились Соединенные Штаты. Но сегодня основная часть индустрии игрушек расположена в Китае. Но игрушки были только началом китайской торговой экспансии. В 1995–2005 годах Китай захватил лидерство как в текстильной, так и в обувной промышленности. Он доминирует в объемах, но также в соотношении цена/качество. Огромные количества китайских текстильных товаров, очень дешевых, но невысокого качества, идут в страны Азии, в Россию и в СНГ – в том числе и по контрабандным каналам. Но Китай производит в очень больших количествах одежду и обувь также и самого высокого качества. Даже многие из лучших европейских модельеров перенесли в Китай значительную часть своего производства, оставив за собой лишь производство и пришивание товарных знаков и пуговиц, – таким образом они получили возможность производить в 5–6 раз больше элитной одежды, но получать также и в 5–6 раз большие прибыли. На протяжении нескольких столетий Италия считалась лучшим производителем современных моделей обуви. После распада СССР итальянские фирмы первыми пришли на российский обувной рынок, и в России просто некому было с ними конкурировать. В 1990-е годы лучшей в России считалась итальянская и немецкая обувь. Много обуви поступало в Россию и из Турции, но это были менее качественные, хотя и более дешевые товары. Но постепенно не только в России, но также в Европе и в США все большую долю рынка обуви стал занимать Китай. Я писал выше о судьбе российского предпринимателя А. Титова, который создал в Новосибирске самую большую фабрику в Европе по производству теплой обуви. Он был готов конкурировать с любым из европейских производителей, но не смог одержать верх в конкуренции с китайскими производителями. Комментируя свою неудачу в одном из интервью, А. Титов говорил: «Китай никогда не был производителем обуви и лидером в области обувных технологий и моды. Но свою обувную отрасль Китай сумел создать с нуля. Страна поэтапно развивала базовые производства и создавала обувные кластеры, определив несколько регионов на юге и в центральной части Китая. Правительство отменило все пошлины на технологичное оборудование и на сырье, которое не производится на территории Китая. До сих пор там действует нулевая пошлина на импорт кожи и овчинного сырья. Более того, государство кредитует импортеров сырья. Нам очень сложно было конкурировать с китайцами на аукционах в Австралии. Все это благодаря продуманной политике развития отрасли. Пока у нас ничего подобного не появится, легпром не возродится» («Финанс», 2009, 30 марта – 5 апреля, № 11, с. 14–15). В данном случае в Китае государство планирует и обеспечивает развитие целой отрасли или подотрасли, ориентируясь и на силу государства, и на силу рыночных механизмов и частной инициативы. Одной лишь частной инициативы для такого успеха недостаточно. Подобного рода государственной поддержки не получает бизнес ни в России, ни в странах Запада, и это дает китайским предпринимателям немалые конкурентные преимущества. В данном случае Китай и китайские власти думают не только о каких-то прибылях. У них есть дополнительный и чрезвычайно сильный мотив – они должны найти работу и хотя бы минимальный заработок миллионам и десяткам миллионов людей, которые высвобождаются от работы в сельском хозяйстве. Конечно, Китай одевает и обувает и самих китайцев, а это более 1,3 млрд человек. Но еще в 2002 году Китай поставил на экспорт 5 млрд пар обуви. Эксперты считают, что сегодня каждая вторая пара обуви, которую покупают в мире, китайского производства.

Не менее впечатляющую победу Китай одержал в последние годы и на мировом рынке мужской одежды. Американский миллиардер Уоррен Баффет, который считается самым богатым человеком в мире, направил недавно приветствие известной китайской предпринимательнице Ли Гуйлянь по случаю 30-летия ее фирмы по производству одежды – «Dalian Dayang». В этом приветствии, размещенном на веб-сайте фирмы, говорится: «Я должен вам сказать, что сейчас ношу девять костюмов и все они сделаны в Китае. Я выбросил все остальные свои костюмы. Уже давно я получаю комплименты по поводу того, как я одеваюсь. Но с тех пор как я начал носить костюмы мадам Ли, я слышу такие комплименты постоянно. Мои партнеры, а также мой друг Билл Гейтс также носят одежду этой марки. Ваша история, дорогая Ли Гуйлянь, является вдохновляющим примером не только для китайцев, но и для людей всего мира». После публикации этого приветствия стоимость ценных бумаг фирмы «Dalian Dayang» только за один день 16 сентября 2009 года выросла на 300 млн долларов – до 2,5 млрд долларов («РБК», 18 сентября 2009 г.). Российская текстильная промышленность лидирует на рынке постельного белья, спецодежды, а также всех видов одежды для российских военных всех родов войск. Однако в коммерческом секторе доля российских текстильных предприятий невелика, и у них нет шансов одержать верх над китайскими производителями, которые работают на собственном сырье и при низких издержках на рабочую силу поставляют на рынок товары достаточно высокого качества. Китайцы не гонятся за большими прибылями, но им нужна работа. Я печатаю этот текст на немецкой пишущей машинке «Эрика». У меня несколько пишущих машинок, которые сегодня уже никто не производит и не ремонтирует. Однако ленты для 20 разных моделей пишущих машинок все еще производят, но только в Китае и по лицензии немецкой фирмы «Pelikan». На упаковке пояснительные тексты только на английском, немецком и французском языках. Настольная лампа с нарядным абажуром, которая стоит рядом, также сделана в Китае. Китайцы вышли на рынок канцелярских товаров и делают их очень хорошо. Вся эта работа, как я предполагаю, распределена между десятком или двумя десятками небольших сельских предприятий.

Немало побед Китай одержал и на рынке бытовой техники. Китай быстро освоил эту отрасль, которой в стране до 1976 года практически не имелось. После образования КНР из Китая в западные страны экспорта фактически не было, а в Советский Союз Китай поставлял посуду и термосы. Лидером по производству бытовой техники долгое время были США, затем здесь выдвинулись также Германия и Япония. Но сегодня именно Китай обогнал в этой отрасли все страны Запада. Конечно, Китай не стал ничего изобретать самостоятельно и начал работать по западным образцам и по западным технологиям. Но речь шла не о том, чтобы делать копии, которые почти всегда будут хуже оригинала. Китай стремился делать такие копии, которые были бы не хуже, а по возможности лучше оригинала и содержали какие-то инновации. И как правило, китайским производителям это удавалось сделать. Холодильники, пылесосы, стиральные машины – это изделия, которые стремится иметь сегодня каждая семья. Китайцы производят все эти товары и миллионами поставляют их по всему миру. Особенно успешно Китай освоил производство электронной домашней техники. Телевизоры, персональные компьютеры, DVD-плейеры, сотовые телефоны и многие другие товары десятков наименований производятся сегодня в Китае и идут как на внутренний, так и на внешний рынки.

На протяжении многих лет главным конкурентом Китая на рынках бытовой техники и электроники была Япония. В свое время именно японские корпорации, развивая свой бизнес, стали создавать дочерние предприятия в Южной Корее, на Тайване, в Гонконге, но также и в Китае. Как правило, изделия, произведенные в самой Японии, были все же лучшего качества и продавались дороже. Поэтому состоятельные семьи и семьи со средним достатком предпочитали приобретать изделия японских головных предприятий. Однако и Китай вскоре стал производить изделия высшего качества или даже с рядом инноваций и по более дешевой цене. Более того, Китай стал создавать свои дочерние предприятия за пределами страны. Так, например, несколько предприятий по производству бытовой техники Китай построил в Беларуси. Наиболее преуспела в этой отрасли корпорация «Хайер» в г. Циндао – в провинции Шаньдунь. Создателем и руководителем этой корпорации является Чжан Жуймень, но она является собственностью трудового коллектива и городского правительства. Еще в 2007 году в списках 25 самых богатых и влиятельных в мире бизнес-корпораций упоминались всего только три корпорации из стран Азии – «Тойота», «Сони» и «Хайер». К концу 2010 года Китай, несомненно, расширит свое представительство в мировой бизнес-элите.

Одной из составляющих этого успеха является то обстоятельство, что китайские ученые и инженеры получают за свой труд существенно меньше, чем инженеры и ученые в США или в Японии. Но в России инженеры и ученые получают за свой труд еще меньшую оплату, чем в Китае. Где же наши успехи?

Нет необходимости перечислять здесь все те отрасли, в которых Китай одержал в последние 10–12 лет очевидный успех и потеснил конкурентов. Китай хотел бы производить все, и производство лекарственных препаратов не является исключением. Именно эта отрасль превратилась во многих развитых странах в одну из самых крупных и доходных отраслей экономики. Расходы на лекарства в США, Японии и в главных европейских странах исчисляются тысячами долларами в год на одного жителя.

В Китае с давних пор развивалась собственная индустрия лекарств, основанная не на химических препаратах, а на использовании разного рода природных субстанций, порой весьма экзотических. Однако здесь быстро развивалась и европейская медицина. Уже к концу 1980-х годов фармацевтика стала одной из главных областей приложения сил и труда китайцев. Они приобретали лицензии и начинали массовое производство лекарственных препаратов по технологиям наиболее известных в этой отрасли стран – Швеции, Швейцарии, США, Германии, Голландии. При этом очень многие из западных фармацевтических фирм стали переводить свое производство в Китай, так как там себестоимость лекарств была много ниже, но при вполне западном качестве. Произведенные в Китае лекарства успешно проходили все установленные на Западе стандарты или австралийские сертификаты, которые считаются наиболее строгими.

Наиболее успешно развивалась китайская фармацевтика в южной провинции Гуандун с населением в 100 млн человек. Еще в начале 1980-х годов это была одна из наиболее бедных провинций Китая, а сегодня это одна из наиболее динамично развивающихся территорий. По многим отраслям, включая и фармацевтику, только одна эта провинция производит больше продукции, чем вся Российская Федерация с ее 142-миллионным населением. Сюда пришло много инвестиций из соседнего Гонконга, а через гонконгских посредников и из западных стран. Здесь не только множество мелких, но также более десятка весьма крупных фармацевтических фабрик, оснащенных по последнему слову техники. Только в столице провинции г. Гуанчжоу работает пять крупных фармакологических предприятий, а всего в Китае в список крупных («топ-фирм») предприятий включены 50 фабрик и корпораций, производящих лекарства для внутреннего рынка и для экспорта. При этом растет и производство, а также экспорт в западные страны препаратов традиционной китайской медицины, например для восстановления мозгового кровообращения. Это все очень сложные препараты «травяной» медицины, которые нигде, кроме Китая, не производятся, но все более и более охотно покупаются в десятках стран мира, некоторые из этих препаратов очень эффективны и при этом весьма не дороги.

Успехи китайской ИТ-индустрии

Не в пользу стран Запада завершилась в последние 10 лет и конкуренция в такой важной новой отрасли, как отрасль информационных технологий. Еще в 2000 году в США и в некоторых западных странах в ИТ-индустрии возникли неожиданные и болезненные трудности. Акции многих авторитетных компаний в этой отрасли начали обесцениваться, и многие из этих компаний оказались на грани краха. Под давлением обстоятельств и для сохранения прибылей руководители американских, а также британских ИТ-корпораций начали переносить свое производство в Азию, и главным образом в Китай. Расчет был простой. Расходы на зарплату в ИТ-компаниях составляли не менее 50 % от себестоимости продукта. В Китае можно было платить персоналу в 10 и в 20 раз меньше. По данным, приводимым в Интернете, США в 2001–2007 годах перевели в Азию 3,5 млн рабочих мест, а Англия – более миллиона. Еще миллион рабочих мест перевели на Восток другие страны Европы. Для Китая это был неожиданный подарок. Еще Мао Цзэдун говорил, что в условиях Китая на одном рабочем месте должно работать не менее трех китайских рабочих. Да, конечно, большая часть прибылей в ИТ-индустрии шла владельцам акций и ценных бумаг. Но Китай получил почти в готовом виде мощную реальную экономику, и он принимает меры для овладения полными циклами производства в ИТ-отрасли. Китай учится у стран Запада, но во многих случаях ученик уже начинает превосходить своих учителей. Еще в 2005 году мировое бизнес-сообщество было удивлено необычной сделкой – знаменитая фирма IBM объявила о продаже своего компьютерного дивизиона за 1,4 млрд долларов. Это подразделение изготовляло с 1992 года ноутбуки. Особенно знамениты были черные компьютеры серии Thinkpad. Они были, однако, очень дороги – 3–4 тысячи долларов за экземпляр. Покупателем у IBM выступала китайская фирма «Lenovo». Она уже была лидером на китайском компьютерном рынке. Но весь мир бизнеса выиграл от этой сделки, так как китайская фирма стала выпускать огромное число недорогих настольных компьютеров собственной разработки и сборки. Ни американские, ни японские корпорации просто не могли бы сделать этого в соотношении «цена – качество».

Китайский рыночный социализм и мировой кризис

Мировой экономический кризис был результатом сложения многих факторов, однако главными причинами этого кризиса были нарушение в главных странах Запада, и прежде всего в США, баланса между потреблением и производством, а также отрыв финансового сектора от всех других секторов реальной экономики. Государственные расходы в США существенно превысили государственные доходы, и этот растущий дефицит в бюджете дополнялся очень большим дефицитом во внешней торговле.

Но и в большей части американских домохозяйств в 2001–2007 годах расходы стали превышать доходы. Все эти деформации не могли не кончиться кризисом, который только ускорила вызывающая внешняя политика США, основанная на принципах гегемонии и однополярного мира.

Китай сумел избежать подобного рода деформаций. Стремительный рост китайской экономики в последние 30 лет опирался на разумную и сбалансированную экономическую политику. Соотношение между производством, потреблением и накоплением в Китае имело на протяжении многих лет очевидный уклон в сторону накопления. Доходы государства превышали его расходы. Китай не форсировал военные расходы, и его стратегическая ядерная мощь была относительно невелика. Во внешней торговле Китай на протяжении многих лет имел большой положительный баланс, и его валютные резервы превысили в 2009 году 2 трлн долларов. Финансовый сектор экономики Китая не жил какой-то самостоятельной жизнью, а обслуживал потребности реальных отраслей народного хозяйства страны.

Конечно, мировой кризис создал и для Китая немало трудностей и рисков. В западных странах упал спрос на многие товары китайского экспорта. Уменьшились и общие объемы мировой торговли. Однако Китай сумел направить многие из прежних экспортных потоков на развитие внутреннего потребления, объемы которого здесь были несравненно ниже, чем в развитых странах Запада и особенно в США. Угроза стабильности доллара была и угрозой для китайских валютных ресурсов, большая часть которых была номинирована в долларах. Но вместе с этими же угрозами и рисками мировой экономический кризис создал для Китая и его экономики большие новые возможности, которые он начал все более эффективно использовать.