Подвал души

Луна засмотрелась на кудрявые волосы Паши, которые стали виться еще сильнее из-за влажности, и невольно вспомнила Илью. Того самого друга детства, которого она так глупо оттолкнула, едва умерла ее мама. Она и сама хотела бы понять, почему так поступила, зачем обидела его так сильно. Но прошлое было не вернуть, и все, что ей оставалось – смотреть на кучерявые волосы бывшего парня и вспоминать друга детства.

Паша и Ульяна получили ключ от своего номера, Паша пошел к Луне. Ульяна же застыла на секунду, вновь наморщила носик.

– Мы не идем в номер? Пашуля! Я так устала, перелет был такой длинный. Я так хочу принять ванну!

– Надо поговорить с Луной. Минута и идем в номер.

Паша с нежностью посмотрел на Ульяну, коснулся ее руки.

– Иди вперед, я тебя догоню, хорошо?

Ульяна улыбнулась, в глазах засверкали искорки. И тут Луна поняла, почему они с Пашей вместе: пока Луна была с ним, они никогда не смотрели вот так друг на друга. С такой нежностью и любовью.

– Я буду тебя ждать, зайчик. – Ульяна поцеловала Пашу. – Оставлю дверь в ванну открытой.

Паша проводил взглядом Ульяну, которая послала ему воздушный поцелуй и зашла в лифт.

– Едем завтра к тому парню, – сказал он, садясь рядом.

– Ты так и не сказал, почему он.

Луна взглянула на Пашу, который поправил очки, и вздернула брови.

– Потому что о нем писали в новостях. Несколько камбоджийцев видели чудо. Врач клянется, что парень был мертв, его отправили в морг. А потом он… ожил.

– Таких историй много. Это Камбоджа, неужели ты думаешь, что они не могли ошибиться и отправить живого человека в морг? Почему ты думаешь, что это камень?

– Потому что… – Паша тяжело вздохнул. – Я переписывался с патологоанатомом. Он делал вскрытие, Луна. Его вскрыли, понимаешь? Парень был мертв.

Луна вздрогнула, представив какого это – оказаться под ножом патологоанатома, лежать на холодном столе, услышать звон пилы и хруст вскрываемой грудной клетки. По коже пошли мурашки. Она покачала головой, стряхивая видение.

– А потом в морг ворвалась некая девушка. Лепетала что-то на французском. Она щелкнула пальцами и… все. Потом они оба просто исчезли. И труп, и девушка.

– А потом он выяснил, что труп скорее жив, чем мертв. Чудненько.

– А еще мы ищем француженку.

– Ты знаешь французский?

– Ульяна учит.

– Хоть какая-та польза будет от нее.

– Луна…

– Иди, Ульяна тебя ждет. – Луна подняла одну бровь, лукаво посмотрела на Пашу. – В ванной… совсем одна, бедняжка!

Луна закатила глаза и рассмеялась, видя, как Паша морщился. Шутки он никогда не понимал.

2

Луна сидела на скамейке во дворе за их отелем, курила и грелась на апрельском солнышке. Тепло было так, что она расстегнула пальто. Снег растаял, все вокруг стало серым и унылым. Она стряхнула пепел в урну, на сигарете остался бордовый след от помады.

В наушниках играла песня «We are the champions» группы Queen. Невольно вспоминались Илья Багров и его бабушка Прасковья, жуткая фанатка этой группы. На осеннем балу 2013 года Илья подговорил Луну заколдовать датчики огня, чтобы включились распылители воды во время выступления раздражающей пары под эту песню. И пока Фредди возвещал, что мы чемпионы, Илья подпевал и танцевал под «дождем», а Луна хохотала, наблюдая за лучшим другом.

Идти в офис Луне не хотелось. Работу она выполнила, на обед уже сходила, сухую жаренную грудку поела, гречку залила кетчупом, но так и не съела. Слушать постоянный звон телефонов, глупые разговоры, смотреть, как все по очереди пьют чертов чай и болтают о ерунде, она устала. Еще и дыру снова долбили. Офис уже покрылся слоем пыли, даже одежду пришлось чаще сдавать в прачечную отеля. А наушники в офисе запрещены.

Ольга вернулась из отпуска, жизнь пошла своим чередом. Бюст благополучно попал в музей, Луна так и не поняла, какого черта этим занимался ее отель. Рабство вроде закончилось, а вроде и нет. Анастасия две недели провела на больничном, но сегодня уже вернулась.

Без Анастасии отель, с одной стороны, терпел крушение. Ребята из фронт офиса не всегда справлялись, отделу бронирования приходилось помогать им. Но с другой стороны, всем словно бы стало легче дышать. Ничего страшного не произошло, айсберг они благополучно заметили и избежали столкновения.

Луна сделала затяжку, а потом вздрогнула. Обернулась и увидела Крис, которая коснулась ее плеча.

– Прости, – услышала Луна, едва вытащила наушники.

– Ты же не куришь?

– Я устала. Там такой трэш творится. Надо было куда-то уйти.

Луна понятливо кивнула. Анастасия же две недели ни на кого не орала.

– Гости?

– Да нет. Перед больничным Анастасия яблоки покупала. Одно осталось в вазочке в ее кабинете.

– И? – Луна удивленно вздернула брови. Что не так могло пойти с яблоком?

– Пока ее не было, кто-то съел это чертово яблоко. Так она орала сегодня минут пятнадцать! Собрала нас всех в кабинете, отчитывала и чуть ли не допрос устроила, чтобы выяснить, кто съел яблоко.

– Трэш.

– В итоге Кирилл признался. Кто бы сомневался.

– Лишила премии?

– Орала так, что гости на ресепшне спрашивали, что там такое происходит. Стыдоба.

– Но, если бы он не съел яблоко, оно бы испортилось? И вы бы его выкинули. Ее две недели не было.

– Ну да. А ты ей попробуй это объяснить. Весна же, все психические заболевания обостряются.

Луна сделала затяжку, потушила сигарету. Желание идти в офис так и не появилось, видимо, расплавилось на апрельском солнышке, как мороженое. Она так устала от холода, противного яркого света, спертого воздуха. И как она согласилась работать в подвале? Она же там вянет, как цветок без солнечного света.

Крис грелась рядом, подставив личико нежным лучам. Она закрыла глаза и глубоко дышала. Светлые волосы блестели, красные губы и аккуратные стрелки делали ее похожей на кинозвезду 80-тых.

– У тебя волосы почти смылись, – сказала Крис, открывая глаза. Она провела рукой по пряди волос, ставшей желтовато-голубой. – Не будешь краситься?

– Настроения нет. Да и скучно мне в офисе. Так хоть к вам можно иногда ходить, поболтать. Думаю, в темный покраситься.

– Анастасия будет счастлива.

– Тогда в розовый можно.

– О! Тогда она будет орать.

– Мужика бы ей найти, – сказала Луна, потягиваясь.

– Так у нее есть уже один.

– Веник? – спросила Луна, имея в виду владельца отеля Вениамина Львова. Он был женат, но без детей. Казалось, что его главная любовь и ребенок в жизни – отель. Вениамин проводил на работе еще больше времени, чем Анастасия, а уж эта женщина всегда уходила домой последней.