Полетная практика

Девушка шмыгнула носом. Может Тати что-то знает? Но после короткого обмена сообщениями и эта надежда умерла. В приемнике что-то зашипело и затрескало.

– Слушаю, – включила она передачу.

В ответ ей раздалась новая порция шума и треска.

– Родион Сергеевич, я вас не понимаю. Подойдите на мостик.

Рация коротко треснула и выключилась. Через несколько минут на мостик зашел техник.

– Разрешите?

– Заходите, – сказала Злата. – Что у вас?

– Защита проседает. От мелкого мусора она словно решето становится. У нас итак не особо хорошо с защитой…

И тут Злату понесло.

– Замечательно! Просто замечательно! Теперь Корней на меня еще и поврежденную защиту повесит. Маранга, давайте выкладывайте что у нас в ближайшее время выйдет из строя? Чтобы я готова была.

Техник опешил от ее реакции.

– Не понял.

Она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.

– Почему с этим вопросом о прохудившейся защите ко мне пришли? Почему не к капитану?

Мужчина удивленно пожал плечами.

– Так я подходил. Ничего критичного, если только уходить от мусора и пыли. Вы же сами все знаете. Корабль на честном слове держится.

Девушка раздраженно закрыла глаза. Она злилась. Злилась на себя, на свое бессилие, на старый разваливающийся корабль, на капитана и на невозмутимого Родиона Сергеевича.

– И как вы на этом корыте летаете? Выбираете курс без помех? У вас свои тропы есть?

Мужчина хмыкнул.

– Тропы конечно есть, но обычно мы маневрируем.

Девушка странно выгнула шею.

– Что вы делаете?

– Маневрируем, – техник озадаченно посмотрел на нее. – Я наверное лучше пойду.

– Стойте!

Маранга замер.

– Стойте! – более спокойно сказала Злата. – Покажите, как вы маневрируете на этом корабле.

Родион Сергеевич недоверчиво покосился на нее, но все же подошел к пульту.

– Это конечно не высший пилотаж, довольно топорно получается, но как получается, – продолжая коситься на девушку, объяснял он.

Злата во все глаза наблюдала за ним. И, о чудо! Корабль послушно выполнил маневр. Она несколько раз попросила мужчину показать ей маневр.

– Но это ни в одном учебнике не написано, – пытаясь повторить за Марангой, констатировала она.

Техник хмыкнул.

– Так-то мудреные маневры, тонкое искусство расчётов и практики. А здесь возможностей нет. Туда-сюда, влево-вправо и снова прямо.

Злата снова мысленно сняла с себя шляпу. Мало того, что Родион Сергеевич умудрялся маневрировать на неповоротливом корыте, так еще и считал себя обыкновенным работягой, которому недоступно высокое искусство полетов.

– Родион Сергеевич, вы же пилотировали корабль, вы много раз летали на нем и знаете и его, и маршрут как свои пять пальцев?

Мужчина почесал в затылке.

– Так-то оно так.

Девушка достала свой блокнот.

– Вы не поделитесь? Пожалуйста.

Техник был обескуражен, но рассказал все что знал и все что умел.

– Вот уж не думал, что мои навыки пригодятся. – Он замолчал.

Злата подняла глаза от своих записей. Техник переминался с ноги на ногу.

– Разрешите спросить? – решился он наконец.

– Спрашивайте.

Маранга показал на ее блокнот.

– Это обыкновенный блокнот?

Злата была в ступоре. Она ожидала чего угодно, но не вопроса про блокнот.

– Да.

– Впервые вижу молодую девушку, которая использует блокнот. Привычнее видеть с планшетом.

Она усмехнулась.

– А я доверяю больше блокноту. Вдруг на планшете заряд закончится? А он закончится и в самый неподходящий момент.

Мужчина удивленно покачал головой и вышел. До конца своего дежурства Злата несколько раз повторила «маневр уклонения». Грузовому кораблю не хватало легкости и мощности современных кораблей.

– Шпилев тоже не на современных прототипах учился, – успокоила она себя в конце дежурства.

Размеренный полет был нарушен срочным сообщением из Центра. Корней внимательно прочитал его.

– Перепелица, у нас срочная остановка.

Девушка удивленно посмотрела на карту. Ближайших остановок не было до самой базы.

– Где? – все же спросила она.

Капитан ничего не ответил и вызвал техника на мостик.

Злата покосилась на капитана.

– Кхм… может мне лучше уйти?

Он удивленно поднял на нее глаза.

– Зачем? Ты нужна здесь. Сбрасывай потихоньку скорость. Скоро стыковка.

Она снова покосилась на Корнея. Может он в грузовом отсеке паров от галлюциногенных грибов нанюхался?

– Сбрасывай скорость, Перепелица и перестань смотреть на меня как на сумасшедшего. Наше задание на этом корабле через час-два закончится, – не отрывая глаз от экрана произнес капитан.

– Есть, капитан!

Дальнейшее происходило в полнейшей тишине. Корабль замедлял ход, экипаж готовился к стыковке, а Злата пыталась придумать как отпросится в свою каюту и собрать вещи. Но подходящего предлога никак не возникало.

– Корней! – наконец решилась она, как только техник ушел с мостика.

Капитан удивленно посмотрел на нее.

– Внимаю.

В его удивленном голосе проскальзывало предупреждение, что ей не поздоровится. Девушка уже сто раз успела пожалеть что открыла свой рот, но отступать было некуда.

– Можно мне в каюту?

Капитан мотнул головой.

– Куда? – переспросил он.

– В каюту.

Молодой человек недоверчиво скосил на нее глаза.

– Перепелица, мы во-вот начнем стыковку с боевым крейсером, а ты в каюту собралась? Зачем?

Злата выдохнула. Зря она затеяла этот разговор. Ох, зря.

– Капитан, можно личные вещи собрать?

Корней снова мотнул головой, но на этот раз гораздо медленнее.

– Злата, ты меня слышала? Вот-вот подлетит боевой крейсер космофлота и мы должны будем с ним состыковаться. Ты понимаешь насколько это тяжело и опасно? Ведь это судно, на котором мы имеем счастье лететь, может развалиться.

Девушка снова выдохнула.

– Да, капитан, я все слышала и все понимаю. Но без зубной щетки и расчески будет очень неудобно! Разрешите собрать личные вещи, в которые, прошу заметить, входят также и документы.