После разлук

Мне вчера на прощанье сказали,Что проходит со временем боль.Вы ушли в незнакомые дали,Вы забыли земную юдоль.И когда все надежды померклиПред иною, ненастной порой, —Я случайно увидел вас в церкви,В бедной церкви за белой горой.Вы стояли, как Божия матерь,Что-то чудное слышалось вновь…И взошел я на древнюю паперть,Чтоб воспеть неземную любовь.И лицо ваше вдруг озарилосьКрасотою весны неземной…Оказалось, все это приснилосьПред осенней ненастной порой.И давно голоса отзвучали,Стали прошлыми – радость и боль…Вы ушли в журавлиные дали,Вы забыли земную юдоль.

* * *

Проплывут облака над рекою стадами,Опустеет в ночи, затуманится брег.Журавлиная Русь с голубыми садамиПозабудет навеки свой дом и ночлег.И кому ее песни потом отзовутсяСредь бескрайних лесов да багряных одежд?Никогда, никогда мне теперь не вернутьсяВ золотистую даль отшумевших надежд.Распрощаюсь и я с молодыми годамиИ с любимыми тоже расстанусь навек.Журавлиная Русь с неземными садамиВспомнит песней случайной мой тихий ночлег.

* * *

Безутешен отчий домВ глубине ночных полейИ тоскует о былом,О прошедшем все сильней.Было это так давно:Тайну время сторожит…Затаенное окно,Занавеска не дрожит.Никнут в полночь тополя, —Никого уже не позвать.Будут лунные поляОб ушедших вспоминать.Забываясь нежным сном,Радостью далеких дней…Безутешен отчий домВ тишине ночных полей.

* * *

Жизнь не прекрасна и не удивительна,Она, скорей, цинично-холодна:Обманет и хохочет заразительно,Как мужу изменившая жена.А мы порой надеемся мучительно,Что вдруг подарит счастье нам она.Все ждем – и на нее глядим почтительно,От лживых слов пьянея без вина.Она лишь улыбнется снисходительно,Всю душу иссушая нам до дна.Проходят годы – в ожиданье длительном,А оглянешься – старость уж видна.Она – непостоянством упоительна,В ней ветреность беспечная видна.И не прекрасна, и не удивительна,Но быстротечна… и всегда – одна.

* * *

Никнет пламя вечернего сполоха,Гаснет день в голубой высоте.И молчит у дороги черемуха,Как невеста, застыв в темноте.Те надежды, что были потеряны,Светят в душу огнями Стожар.Нежной памятью дали овеяны,Над полями закат, как пожар.Словно слышу за рощею мглистоюЧей-то голос, до боли родной.Ночь зовет тишиною росистоюИ мерцает холодной травой.Скоро, может быть, тучи развеются,Веселей станет тем, кого ждут.И от звезд тоже радостью греются,Когда отчие дали зовут…Жаль, что в спину стреляют без промахаТем, кто ищет свой путь в темноте.Жаль – осыплется ночью черемуха,О погибшей грустя красоте.

* * *

Зачем меня вы позабыли, бросилиВ ненастной стороне – чужой, пустой?…За одинокой и багряной осеньюНе видно нашей рощи золотой.И вновь привычной болью увяданияЗовут просторы гаснущих полей.Но не волнует тайна ожидания, —От ожиданья только тяжелей.Уж скоро ночи темные, бездонныеРаскинут крылья в ласковом саду.И листья упадут на воды сонные,Затеплит вечер синюю звезду.И не отречься от багряной осени,Не встретить утро в роще золотой…Зачем меня вы разлюбили, бросилиВ забытой стороне – чужой, пустой?

* * *

В угоду моде, часто слепо,Ведем себя нехорошо,И сами выглядим нелепо, —Нескладно, жалко и смешно.Мы примеряем брюки, шляпыИ полосатые носки,Не замечая пошлость, ляпы,Несоответствия куски.Восторг… свершились перемены, —Мы вновь в зените высоты.Выходим гордо на арены, —Фигляры, мимы и шуты.У публики трясутся плечи,От смеха ходит голова.Мы говорим чужие речи,Пустые, лживые слова.О демократии, народе,Что скоро станет хорошо…В угоду раболепной модеВедем себя порой смешно.

* * *

Нет, я не обивал пороги,Желая милости найти.По непроторенной дорогеБрел часто в поисках пути.Не обольщала взор столица —Я слишком часто видел в нейСамодовольных масок лицаБылых знакомых и друзей.Ну что ж… мы все теперь при деле,Пред каждым свой удел и высь.Одни – в торговле преуспели,Другие – в клерки подались.И нет давно в мечту зовущихДолин, где ночь и облака.А ценность ныне всех живущих —Размер и емкость кошелька.О где же вы, друзья-повесы,Готовые и жизнь отдать?…Нужны вам ныне «мерседесы»,В домах престижных есть да спать.Мятежной юности дорогиНе манят, не зовут уйти.Иные – дали и дороги,Иные – цели и пути.

* * *

Словно Божия матерь,Верой сыну служи.И на лунную папертьСвой поклон положи.В глубине небосклонаСветел радостный лес.Пусть сияет иконаС золотистых небес.Где-то люди уснули,Где-то свечи зажгли…Корабли утонули,Не увидев земли.Помни… помни про верность,Про любовь и покой.И про белые вербыЗа далекой рекой.

* * *

Я забуду твою красоту,Яркий отблеск вчерашних огней.Полюблю городов нищету,Суету неприкаянных дней.Это сказки – любовь на века.Это в книгах – Отчизне служить.Просто надо – застыть у окна,Просто надо – о всем позабыть.Знаешь, легче – нажать на курок,В бедной церкви к распятью припасть,Самому отсчитать себе срок,На холодную землю упасть.Чтоб постигнуть твою высоту,Твою славу средь призрачных дней…Я забуду твою красоту,Блеск безумный фальшивых огней.

* * *

Нечаянная радость, —Беспечных далей зной.Молчит о чем-то августЗа просекой лесной.Он нежен, статью девич,Он тайны лета знал,Как в Угличе царевич,Сраженный наповал.Вновь бузины кораллыАлеют на ветвях,Незримых птиц хоралыТоржественней с утра.Блаженны дни на воле,Мир вечен и велик:Луга, низины, поле,Безмолвный солнца лик.Души полночный недугСтихает только днем…Но скоро все уедут,Забудут обо всем, —Что соучастья малостьНам ближе сквозь года…Грустит о чем-то август,Прощаясь навсегда.