Последний самурай

— Тикусё! (Вот дерьмо!) – Выругался Кэзухи, разглядывая картину, которая была перед его глазами.

Ну да. Точнее не скажешь.

Акира остался жив, однако из-за сломанного позвоночника не мог пошевелиться. Он лежал мордой вниз, из-под него растеклась лужа, и это была совсем не кровь. До кучи, судя по запаху, он еще и обгадился. Так что слово «дерьмо» в данном случае подходило максимально. Акира мычал, стонал и, мне кажется, очень хотел, чтоб ему помогли. Желающих не нашлось.

Третий отморозок лежал на спине с неестественно вывернутой головой. С первого взгляда становилось понятно, он мёртв.

Между этим двумя замер Такахаси. Парень явно был напуган до уссачки, потому что его азиатские глаза внезапно стали походить на европейские, увеличившись в размерах. Да и зубами он постукивал достаточно громко.

— Я спросил, что тут произошло? — Начал терять терпение Кэзухи.

Очень уж его расстроил тот факт, что из троих отморозков в более-менее целом виде якудзам достался только один.

— Он… Он… — Начал было Такахаси, тыча пальцем в мою сторону. Заклинило его основательно.

Вообще, хочу сказать, нервный какой-то парнишка. Банду сколотил, людей кошмарил, а чуть самому нос прижали, так сразу в истерику впал. Можно подумать, при нем раньше никого не убивали. Конечно, одно дело, когда ты нагибаешь простых бедолаг, не способных сопротивляться, и когда нагнули тебя. Да еще нагнули очень неожиданно.

Договорить Такахаси не успел. Вернее, ему не дали. Макито в два шага оказался рядом с ним, ухватил теперь уже бывшего крутыша за шиворот, потом, с силой тряхнув, толкнул вниз, вынуждая встать на колени и злым голосом произнес:

— Ты куда полез, коно яроу?! Ты на нашу территорию полез. На нашу!

Главарь отморозков, с которого после случившегося слетела вся спесь, вроде бы вскинул голову в ответ на то, что якудза фактически обозвал его ублюдком, однако сразу же сдулся, опустив башку. Да и сложно, конечно, выглядеть крутым, когда стоишь на коленях перед мафиози. Это тебе не в компании дружков угрожать Накамуре.

Кстати про Никамуру. У этого вообще, видимо, случился самый настоящий шок. Он… как бы это объяснить… он просто стоял, молчал и каждые пять минут норовил завалиться куда-то в бок. Поэтому мне приходилось бедолагу придерживать. Иначе он улёгся бы рядом с товарищами Такахаси. Я начал слегка опасаться за психическое состояние парня.

Будет очень обидно если Накамура после моей помощи сойдёт с ума. Потому что в данный момент он и правда походил на слегка пристукнутого. Видимо перемена, произошедшая с Такито, оказалась слишком для него неожиданной.

— Здесь его убьем? — Макито перевёл взгляд с главаря ханргурэ на своего товарища Кэзухи.

— Подожди…Надо сначала разобраться. — Якудза покачал головой. Потом развернулся и приблизился к нам с Накамурой. — Кто это сделал?

Видимо, данный вопрос волновал его сильнее всего. Пришлось ответить, потому что в любом случае двое человек прекрасно знают правду. А… Ну еще третьим можно считать Акиру, просто он вряд ли уже что-то кому-то скажет.

— Я.

— Адачи-сан… Не советую вам врать. Сейчас не самый лучший для этого момент. Я слегка заведен. Мои братья немного заведены. Мы ведь под горячую руку можем допустить жестокость в своих поступках.

— Можете. — Согласился я, — Но не допустите. Потому что Синода-сама вам потом тоже чего-нибудь сделает. Уверен, ему сильно не понравится, если со мной случится «жестокость», как вы это называете. Потому что я выполняю задание, имеющее для кумитё большое значение. Это — первое. А второе — я не вру. Вы спросили, кто сделал. Отвечаю — я.

— Сараримен разобрался с этими уродами? — Хохотнул один из якудз, услышав наш диалог. Но тут же перестал ржать, получив недовольный взгляды старших лейтенантов, и серьёзно добавил. — Этого не может быть.

Кэзухи нахмурился, посмотрел на меня, потом подошел к мертвому крутышу и носком ботинка ткнул его в голову.

— Сломан. — Коротко сказал он.

Затем переместился к Акире и повторил то же самое. Акира застонал, но скорее уже пребывая в забытьи.

— Сломан. — Снова вынес вердикт вакагасира.

Потом ему надоело, видимо, пинать всякое дерьмо, валяющееся на полу, и он решил услышать еще чью-нибудь версию. Кэзухи посмотрел в сторону Накамуры.

Этот уже готов был на что угодно, лишь бы вырваться из творившегося кошмара. По крайней мере, судя по его несчастному лицу он считал случившееся именно кошмаром. Вот и помогай после этого людям. Никакой благодарности.

— Кто устроил все это? — Спросил Кэзухи моего коллегу.

— Ад-д-дачи… — дрожащими губами еле выговорил Накамура.

Вот уже после этого якудзы перестали докапываться со своими вопросами и ускорились.

Макито за шкирку поднял Такахаси на ноги, швырнул его "братьям, велев увезти придурка в нужное место. Потом сразу по мобильнику вызвал еще кого-то. Я так понимаю из-за машины. Прибыли то они на одной. А теперь им нужно две. Потому как после подтверждения моей вины (хотя я вот к примеру, виной это никак не считаю) от якудз последовало вполне ожидаемо приглашение прокатиться до кумитё.

— Уберитесь здесь. Не надо оставлять следы нашего позора. Этого доставьте сами знаете, куда. С ним еще будет разговор. — Подключился Кэзухи, кивнул в сторону Такахаси, который совсем загрустил и даже перестал издавать звуки, глядя в одну точку пустым взглядом.

Ну а меня доставили в офис к Синоде. Естественно, прибыл я туда в компании неизменных Кэзухи и Макито.

Я даже пытался по дороге пошутить насчёт их постоянного дуэта, но шутка, судя по недовольной реакции обоих якудз, не зашла. А я всего лишь спросил, постоянно ли они ходят парой? Есть же места, где это будет выглядеть странно. Например, сортир. Хотя… Когда один струю пускает, другой держит…

Вот в этом месте Макито и психанул. Сказал, если я прямо сейчас не заткнусь, то он мне сделает очень быстрое и очень результативное обрезание. Только не в том смысле, как у иудеев. А буквально.

На самом деле, Макито сам не знает, как ему повезло. Хорошо, что мое непонятное состояние куража и бешенства пошло немного на спад, иначе я мог на угрозу отреагировать совсем по-другому. Недавний опыт показывает, угрозы вместо того, чтоб вызывать страх, теперь превращают меня в кого-то очень опасного.

Хотя, если честно, исчезло это состояние не до конца. Просто слегка притихло. Ровно в тот момент, когда я увидел валяющихся на парковке отморозков, когда появились якудзы, мне всего лишь стало чуть-чуть легче. Видимо, убив одного из членов хангурэ, я выплеснул часть той энергии, которая бурлила внутри меня.