Послевкусие
Шрифт:
– Дед и бабка цирковые лилипуты. Я их переросла, чуть-чуть.
– Здорово! – только и нашлась что ответить Маша. – А родители?
– Мать ушла за «гулливером» и сгинула, но прежде меня подкинула бабке с дедом.
– Сейчас живы-здоровы?
– Их уже нет. Лилипуты живут мало. Мне надо спешить.
Маша начинала волноваться. Что ни скажет, попадает впросак. Во рту пересохло. Она замолчала.
– Ты не будешь меня стесняться? – спросила девочка-лилипут.
– Не буду.
– А я тебе верю! – обрадовалась Хельга.
– Верь мне.
– Ещё больше верю! Сейчас я тебя поцелую!
Хельга вскочила со стула и коротко чмокнула Машу в щёку.
– У тебя была возможность с ним заговорить, – сказала Маша.
Хельга доедала творог и не оборачивалась в сторону парня.
– Так дела не делаются, – ответила она и стала рассуждать дальше. Суть её объяснения состояла в том, что парень должен сначала привыкнуть к ней, к её внешности.
– Ты хорошо выглядишь, – сказала Маша.
– Я знаю, как я выгляжу, – ответила Хельга и продолжала.
Привыкнет он, что она рядом, всегда выручит, поможет, позаботится о нём. К хорошему люди привыкают быстро. Потом ему станет не хватать её заботы. Там смотришь, а он без неё уже и обойтись не может. Это единственная тактика, которая может привязать мужчину к такой женщине, как она. Маше опять захотелось сказать ей комплимент, но та рукой остановила её. Парень ел и бросал взгляды на спину странного лохматого ёжика.
– Он смотрел в мою сторону? – спросила Хельга.
– Да.
– Сколько раз?
– Я не считала.
– А ты посчитай.
На третью пару девушки пошли вместе и сели рядом. Заметив, как старательно конспектирует Маша слова лектора, Хельга стала подражать ей. Так же старательно написала имя и фамилию преподавателя на обложке тетради, подчеркнула фломастером. Бросила пару раз бумажный катыш в сторону своего избранника, чтобы обозначиться в его сознании. На второй раз он обернулся. Улыбку Хельги нельзя не заметить. Встретившись с ней, сутулый студент машинально поднял руку.
– Теперь он знает моё местонахождение.
Обрадовалась Хельга и тут же забыла о нём. На сегодня хватит! Перебор, он тоже невыгоден. Она погрузилась в лекцию. На удивление Маши, новая знакомая оказалась смышленой, с хорошей памятью, если Маша что-то прослушала, она могла повторить за преподавателем всё сказанное, слово в слово. Избранник Хельги оглядывался и смотрел на неё, и видел сосредоточенную, вникающую в лекцию студентку. Вот только внешность у студентки странная.
Глава третья
Сергей занят сайтом «Тендер-Про». На нём выставлялись потребности предприятий в оборудовании и инструменте как механическом, так и пневматическом. Обрабатывал заявки, выставлял предложения своей организации. Если предлагаемые им цены соответствовали потребности покупателя, он проходил по некоторым позициям. Выставлял счета, выкупал товар у производителя и отправлял его транспортными организациями покупателю. Жара! Изнуряющая жара превратила одежду во влажный целлофан. Из-под «целлофана» бежал пот. Недавно офис сменил адрес. В новом помещении не было сплит-системы. Хорошо хоть жалюзи вертикальные повесят сегодня, вон всё уже лежит на полу и лестница складная стоит за дверью.
В дверь входит девушка. У Сергея ёкает сердце. Этого не должно быть, ведь
он любит Машу и ему нет никакого дела до вошедшей девушки. Только сердце продолжает ненормально стучать в грудной клетке. Девушка – полная противоположность Маше. Открытые плечи. Платье из тонкой белоснежной бязи. Ткань собрана широкой резинкой над грудью и под грудью. Светлые абсолютно прямые волосы, закрывают спину и талию. Верхняя их часть собрана белой заколкой на макушке. На ступнях, чуть выглядывающих из-под подола, белые босоножки на плоской подошве. Браслет из разноцветных шариков на руке. Они скромно перезваниваются при малейшем изменении положения руки.– Сергей, возьмите и передайте документы бухгалтеру.
Голос Бориса Николаевича за уши вытянул Сергея из прохладного водоворота глаз девушки. Сергей приподнялся, чтобы взять документы. Девушка поспешила передать их ему в руки. Бледные, холодные пальчики коснулись его потных и горячих рук.
– Спасибо…
– До свидания…
Белое чудо направилось к выходу. Все присутствующие провожали её глазами.
– Да! Женщины – это прекрасно! – сказал Борис Николаевич. Он знал, что мужчинам надо дать возможность обменяться впечатлениями.
– Загляденье… – тут же отозвался новый менеджер.
– Как мороженое! – произнес Сергей.
– Тонко подмечено, – подхватил бухгалтер.
– Сохранить невозможно, растает.
Борис Николаевич задумался о своём. Остальные, увидев это, замолчали. Он понял их и поспешил объяснить:
– Я о дочери. Вылетела из гнезда, и думай теперь.
Сергей приготовился сказать, что на следующие выходные поедет к ней, но не сказал. Застряли слова в горле. В течение дня он мысленно возвращался к прекрасному образу незнакомки. Полная противоположность Маше. Машу он любит, но думает сегодня о Белоснежке, такой прохладной, такой притягательной. В этом нет ничего страшного! Один только день! Подумаешь…
Борис Николаевич собирался съездить в ветлечебницу, получить информацию о своей собачке. Он ничего не знал об этой породе. Дочь много наговорила ему по телефону, так много, что у него ничего не отложилось в памяти. Айболит ветлечебницы его давнишний друг.
– Боже ты мой… – Борис Николаевич с удивлением рассматривал стерильную чистоту лечебницы. Красиво оформленные окна, дорожки по коридорам, картины на стенах, цветы в керамических горшках на полу по углам. Аптека, только для животных. Торговый отдел с товарами только для них же. Чего там только нет! Работают кондиционеры, и воздух мёртв, но прохладен. Люди в бахилах, их питомцы рядом и ведут себя, как прилично воспитанные дети. Кого здесь только нет! Собаки, кошки, птицы, хомяки, кролики. Женщина в кресле кутала больную кошку в пуховый платок. Характер у неё, видно, был бойцовский и потому она, чувствуя рядом собак, всё время вырывалась из рук. Несчастное животное было лишено шерсти полностью, даже на ушах и хвосте. Оттого каждая мышца его тела чётко прорисовывалась, и оно казалось инопланетянином с огромными изумрудными глазами.
– Какое несчастье! Что с ней? – обронил Борис Николаевич вслух и испугался своего вопроса.
Он вовсе не хотел разговаривать с хозяйкой уродца, но удивление настолько было ярким, что он невольно вступил в разговор.
– А мы здоровы, а мы любим посещать врача, мы на прививку.
Интонация женщины была такой, как если бы она держала в руках своего первенца, любовалась им и призывала всех окружающих к этому.
– Как здорова? Она выглядит, словно родилась в Чернобыле.
– Тьфу на вас… Это канадский сфинкс.