Постфактум. Книга вторая

Старик затравленно озирался, силился рассмотреть хоть что-то в царящем мраке. Он уже пожалел, что так рьяно отреагировал на шум. Бог с ними с лошадьми — уведут, спрос, конечно, с него. Но порку пережить можно, не впервой. Ещё никто из слуг в ночлежке не помирал от кнута, тем паче что спина, испещрённая рубцами, давно привыкла к нему. Зато жив останется. Сейчас же конюх осознал одно — смерть пришла, и она неминуема.

Мерлей, слившись с мраком, став его частью, злой и смертоносной, метнулся к трясущемуся бедолаге. Крепкие пальцы вцепились в горло, жертва обмякла, став безвольной куклой. Вилы упали на изгаженный навозом пол, застланный сеном. В нос Совершенного ударил запах струящейся по ногам старика мочи. Хотелось как можно скорее прервать эту убогую, никчёмную жизнь. Второй рукой он бесцеремонно вцепился в раззявленный, беззубый рот, рванул вверх, выворачивая верхнюю челюсть, разрывая носоглотку как переспевшую гнилую тыкву. Трепыхающееся тело рухнуло кулём. Мерлей же, перешагнув его, направился к жеребцу.

Та животная часть, что поначалу испугала и оттолкнула скакуна от выходца с Колючих островов, помогла найти контакт. Стоило только Мерлею дотронуться до горячего бока и погладить его, а потом и мощную шею, слегка потеребив гриву, конь успокоился. Посланные ночным гостем мысли-образы воспринимались умным животным положительно, в одну секунду сделав его покорным и смиренным. Мерлей внушил ему массу ложных воспоминаний и приятных чувств, заслужив доверие и полное расположение.

Он впервые скакал верхом на коне, но делал это так, как будто с детства не вылезал из седла. Брать упряжную амуницию Мерлей не стал, хотя прекрасно видел её в тёмной конюшне. Надо сейчас же уходить, другие лошади испугались и подняли шум. К тому же трупы конюха и девушек на заднем дворе, укрытые бельём, могли обнаружить, начнись суматоха, а драться со всем сбродом, что здесь обитал, ему не хотелось.

Совершенный держался за чёрную гриву руками, обхватив мощный торс скакуна сильными ногами, словно слился с ним, стал единым целым. В какой-то мере это соответствовало действительности, так как сознание и тело жеребца полностью контролировалось наездником, а тот в свою очередь чувствовал его желания.

Они выбрались на залитый лунным светом тракт, довольно широкий, разбитый и «подуставший» от многочисленных копыт и колёс. Он вёл на юг к весьма зыбкой цели, благодаря которой Мерлей претерпел множество трансформаций, как физических, так и умственных. Адская боль стала неизменным их спутником. Но сейчас все невзгоды позади. Есть он — новый и совершенный! Есть задача, и её надо решить.

Хозяин вложил в него много сил и времени, использовал собственную кровь, которую вливал в жилы упыря, проводил многочасовые обряды, подчас заканчивающиеся для некроманта полной потерей сознания. В буквальном смысле наделил его чертами своей внешности. Наградил багажом знаний и умений, которые раскрывались в нужный момент. Всё это для одного-единственного замысла. Конечно, Мерлей чувствовал благодарность, ответственность, но благоговения пред Креславом не испытывал. Особенно сейчас, когда он так далеко от него и Серой башни.

Искать трёх путников в неспокойной, а местами просто разорённой стране, где царил хаос — задача поистине непосильная. Впрочем, Креслав верил в него и не ждал быстрых результатов. Однако Мерлей слишком хорошо знал хозяина, и надеяться на его снисхождение глупо. Нужно торопиться и как можно скорее добраться до Сыроземского княжества, именно там хозяин увидел заинтересовавшую его троицу, которая продолжила свой путь на юг.

* * *

«Не шали, человечишка! — голос-шелест прервал попытки Ясмины прочитать мысли огромного червя. — Я сильнее тебя, надо это признать и смириться!»

Наказанием за дерзость стал новый приступ боли. Тело Ясмины выгнулось дугой, и она распласталась на бетоне, суча ногами. В голове замелькали образы: Баба-Яга, объятая пламенем; болото и избушка, шагающая по нему на ногах-сваях из неотёсанных стволов; пилигримы в заброшенной квартире и образ вожака диких псов.

«Ну что, убедилась? — с издёвкой осведомился монстр. — Не стоит испытывать судьбу, я же могу передумать и сожрать тебя!»

— Нет, уже не передумаешь, — сквозь зубы процедила смуглянка. — Тебя заинтересовало перемещение между мирами, и ты что-то задумал, верно? Что, надоело болтаться в этом убогом месте?

«Верно, надоело, расскажи мне о мире, в который ушли твои спутники, я хочу услышать это из твоих уст, не копошась в голове», — сменив гнев на милость, велел мутант.

— Он красив, там чистый воздух, леса и реки, — Ясмина начала рассказ, с ужасом осознавая, что, возможно, больше не увидит ничего из перечисленного. — Там много еды, она повсюду, растёт, плавает и бегает, и это всё можно есть, не боясь отравиться…

«Люди, там много людей?» — перебил гигант, в нетерпении шевеля щупальцами.

— Да, людей много, и они живут в больших городах-крепостях, сделанных из дерева…

«Прекрасно. Много людей, значит, много информации. Ты отведёшь меня туда? Обещаю, что не трону тебя. Больше никакой боли».

— Думаю, у меня получится, вот только моим друзьям это может не понравиться, но я постараюсь их убедить, — пообещала Ясмина. — Кстати, о друзьях, портал откроется на том же самом месте, откуда ты меня «забрал» — назовём это так. Они будут искать меня возле моста. Как далеко мы находимся от нужного района?

'О, да это совсем рядом, десять минут ходу вверх по реке, — оживился желеобразный червяк, заворочался, испуская мерзкие, сопровождающиеся зловоньем звуки.

— Тогда нам немедля нужно отправляться туда. Судя по всему, сейчас день, а значит, прошло достаточно времени, чтобы портал открылся, — уверенно произнесла зеленоглазая и поинтересовалась: — У меня были кое-какие вещи, меч, я могу получить их обратно?

«Ничего не уцелело, утонуло в реке, кроме твоего короба, — с ноткой раздражения ответил монстр. — Бери всё что осталось, да поскорей!»

Не успела Ясмина как следует поправить лямки берестянки на плечах, как мощный щупалец мутанта сграбастал её в стальные объятия. А грузный и неповоротливый червь довольно проворно поспешил к выходу из коллектора. В воде же, в которую они плюхнулись из канализации, червь и вовсе повёл себя как заправский пловец. Вознеся девушку над рекой на несколько метров, при этом сам полностью оставаясь под водой, мутант ринулся к своей новой цели.

«Испарения от реки, они там очень интенсивные и могут навредить, поэтому я подниму тебя на мост и буду удерживать там, пока проход в другой мир не откроется», — пообещало чудовище, будучи уверенным в логичности своих действий.

«Поднимешь меня на мост, мерзкий урод!»

Именно этот мысленный приказ Ясмины трансформировался в последнее умозаключение червя, считающего чужие мысли своими. Тварь была на крючке уже несколько минут, и смуглянка успешно манипулировала её сознанием.

Оранжевая дымка, от которой першило в горле и резало глаза, стала сгущаться по мере того, как они приближались к нужной части города. Тогда монстр заботливо поднял Ясмину выше, при этом его конечность, состоявшая словно из резины, очень быстро удлинилась.