Поток жизни. Том 1

Начался легкий гомон, люди обсуждали мою личность, требование убрать стволы и то, являюсь ли я одним из захватчиков. Спустя пару минут пришли к решению, что кто-то пальбу же устроил, а потому можно и попробовать поговорить.

– Убрали, вываливай наружу давай, – позвал меня знакомый голос.

– Рук? Ха, живой курилка, – выхожу на улицу.

– Пацан? Ты чего здесь… Пиздец…

– Не поверишь, чисто случайно зарулил, с Софией поздороваться. И представь мое удивление по поводу сложившейся обстановки.

– Ну ты и… балабол. Но я рад что ты здесь.

– Надеюсь хоть ты-то теперь посвятишь меня в подробности происходящего?

Здоровяк с суровым видом кивнул.

– Как же без этого? Ты наши задн… рожи спас… Опять…

– Да-да, все понимаю, но давай сначала делом займемся. Найдем оставшихся, например.

– Ах это. Расслабься. В это время они все собираются в здании совета чтобы… бля… как бы сказать…

– Да как есть, так и говори.

– … Да не знаю я, но, учитывая что перед этим они туда утаскивают несколько человек…

– Понятно. Командуй тогда своей братвой, а я местный подвал пока проверю, – но сначала выпущу Айрис с Софией. Думаю, с нынешним соотношением сил все будет в порядке.

– Это я! – стучусь в дверь и предупреждаю о себе заранее.

Не хотелось бы стать хорошо прожаренным стейком. Проворачиваю ключ в скважине и вхожу внутрь, в там…

– Что ты первое услышал из моих уст? – стояла Айрис с призванным посохом, на конце которого трещали молнии.

– Эм… кажется… ты не в порядке?

– Ха… – из нее будто воздух выпустили. Выпустив из рук свою чудо-палку, что звякнула при соприкосновением с полом, девушка оперлась о колени и несколько раз глубоко вздохнула, – как же страшно. Пожалуйста, давай больше так не делать? Уж лучше бы я с тобой пошла. Чем так… в компании мертвеца и… ты понял.

– Угу, но уж лучше так чем если ты шальную пулю схватишь.

– Не знаю, не знаю. Мне кажется что за эти несколько минут я полностью седой стала. Не посмотришь? – она повернулась спиной.

Внимательно осматриваю прическу девушки.

– М-да, не полностью седая, конечно, но… – беру прядку побелевших волос из левой косы и показываю Айрис, – действительно поседела.

– Ох… Надо будет закрасить. Не хочу даже думать о том, как такое маме рассказывать. Не хотелось бы тебя терять, знаешь ли.

– А как мне бы не хотелось так рано заканчивать свой жизненный путь от удара сковороды по черепу…

– Так, ладно, пошутили и хватит. Скажи лучше… ты… они… все?

– Не знаю. В администрации еще подвал есть, в который я не залез, так что еще не все закончено. Да и пришел же первый говнюк откуда-то.

– Как же я хочу домой. Запереть дверь и забраться под одеяло, закутаться, и больше никогда не выходить наружу.

– … Ты это…

– Ох, не переживай, просто минутная слабость. Не каждый день такое видишь.

– Это да, не каждый. Присмотришь за Софией, пока я заканчиваю?

– Угу. Только давай вынесем ее отсюда.

Подхватываю розоволосую девушку на руки и мы выходим из магазина. На улице уже активно суетился народ, стаскивая в огромную кучу трупы прямо в центре площади, слышались командные окрики Рука, рыдания женщин и детский плач. Почувствовав. что находятся в некоторой безопасности, люди дали волю подавляемым прежде из страха чувствам. Некоторые даже падали на колени посреди выполняемого дела чтобы задрожать в полу-истерическом припадке. М-да, ну и атмосфера. Зашли, называется, в гости.

Софию я занес в одну из комнат на втором этаже «Светлячка». Ирис нигде не было видно, что не внушало мне оптимизм. Оставив Айрис на охране, возвращаюсь ко входу в подвал администрации. Убираю меч и, вышибив дверь ударом ноги, захожу внутрь. На лестничном пролете горел свет. Вот только… было некоторое чувство… инфернальности происходящего. Не знаю от чего именно, может от давящей тишины или от моих собственных ожиданий. Но, пожалуй, впервые с того момента как оказался на Гайе, я почувствовал страх. Не за кого-то другого, а перед сложившейся ситуацией. Перед чем-то неизвестным, а оттого пугающим.

– Так. А ну, хуе-мое, – шлепаю себя со всей дури по щекам.

Резкая боль чуть притупила подступающий ужас. Теперь работать можно. Сразу достаю БД. До этого его не использовал по причине излишней мощи, но теперь… кто бы так внизу не скрывался, пусть сразу готовит жопу для пенетрации.

Толкаю дверь в конце спуска. В нос сразу бьет сладковатый запах мертвечины с металлическим привкусом крови. Довольно крупную комнату занимают многочисленные столы, на которых лежат тела. А между ними ходит человек. Если это человек, конечно. Вот он склоняется над очередным телом и подносит руки к его лицу. Пальцы сжимают острую бритву. В несколько умелых движений человек отделяет кожу единым куском и приподнимает ее за края. В помещении раздался тихий, но полный мучений вопль… Или же мне показалось? Продолжая не обращать на меня ни малейшего внимания, человек подходит к столу в центре комнаты и опускает кожу в наполненный зеленой жидкостью стеклянный сосуд. Продержав ее так несколько секунд, он вынимает… маску… После чего, вновь взявшись за бритву, он начинает срезать свое собственное лицо. Оно отходит крайне легко, будто человек это делал уже неоднократно. Мне предстало уже виденное ранее мясо, испещренное зажившими шрамами и порезами. Улыбнувшись движением мимических мышц, ибо губы отсутствовали, человек надел маску. После чего его облик размылся, расплылся, собираясь вновь чтобы явить совершенно другой образ. Крепкое, даже мускулистое тело сменилось чуть рыхловатым, с небольшим пузиком. Лицо же плотно срослось с маской и стало вполне обычным лицом мужичка за сорок. Человек снова улыбнулся.

– Новый гость. Хорошо. Твой облик мне нравится. Хочу его примерить.

– А хуем по лбу тебе не хочется? А то могу оформить, – все же мой голос дал немного петуха, потому получилось не так круто и дерзко как хотелось бы.

Он покачала головой в отрицании.

– Нет. Вовсе нет. Все, чего я хочу – это твое лицо. Не меньше, но и не больше.

– Не больше? Ебать ты шутник. По трупам на столах видно, как ты от них ничего «большего» не желаешь.

– Трупы? – он в задумчивости склонил голову набок, – с чего ты взял что они мертвы?

Я даже поперхнулся. Он что, совсем конченый? Ну то есть, да, он конченый, но быть не в состоянии отличить мертвого от живого… Хотя стоп. Подхожу к ближайшему безлицему телу и прикладываю пальцы к сонной артерии. Сразу же чувствую легкую пульсацию. Пусть и явно не в здоровом темпе.

– Вот видишь. Мне не нужны ваши жизни, только…

– Да-да, наши хлебальники, я тебя понял. А, спрашивается, нахуя, и главное, зачем?