Потолок одного героя

— В Заливе… очень много церквей. Говорят, что больше ни в одном городе Элиса… нет столько.

— Да. Вы правы.

Я сглотнул. Постарался привести мысли в порядок. Посмотрел на облака. Звон затих уже достаточно давно, а поле богов по-прежнему гудело!.. Оно напоминало огромный купол, по которому быстро скользили белые хлопья.

Вспомнилось все то, что я делал, чтобы соответствовать статусу трана. Вспомнились месяцы тренировок перед зеркалом и уроки в трактирах. Представилась улыбка тролла. Мне очень, очень захотелось высказаться.

— Я… я буду рад, если вы предупредите… прежде чем покинете этот город.

Я… не удержал. Раскрыл свой рот… и дома, цветущие кусты… белые стены… ВСЁ «затопило».

— Конечно. Места у вас здесь ДОВОЛЬНО, — дернув плечом.

— Да…

— Входя в ваш ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ город, я не мог не заметить скот… который по какой-то причине пропускали через ворота. Была уже ночь! Вы не знаете, как так могло получиться? Я не просто так интересуюсь… Как доверенное лицо двора задаю вам вопрос: почему в Парке Залива Орудует Великан?!

— Я…

— Почему Вы ничего не сделали?.. — дергая ногою. — Почему бездействует стража? Почему?!

Крики где-то совсем рядом.

Они донеслись из-за ближайшего дома. Что-то там разбилось. Перевернулось и полилась вода. Появился человек. Неизвестный почти упал — но вынес! Подставил-таки ногу и пошёл ко мне.

Поджимая под себя колено, он двигался почти как кукла. Стеклянные глаза смотрели в небо. После обширного принятия на грудь.

«Как-ого *** вы тут тр… т-трезвоните?!»

Совершенно пьяный.

Жилистый и красный, с засаленными волосами, неизвестный изобразил походку. Он поглядел. Поздоровался с кем-то, зачем-то «широко» взмахнув рукою. Он едва не повалился. Зацепился кистью за кусты. Натянул-таки рукав. Он попытался отыскать другой… задача оказалась не из простых. Штопанная куртка так и повисла на одной руке.

— Да я вас ф-сех тут! Вс… всех!

Грозя высокой колокольне кулаками, он… вновь почти упал. Ухватился за берёзку.

— Я… я дойду-У!..

Мужчина отмахнулся. Тут же проговорил что-то себе под нос. Пригрозил «всем показать», но тут же позабыл.

Полдороги уже были позади.

Ища поддержки, я поглядел на пару секретарей… Те уже отвернулись.

Тишина звенела.

— Эт… Ты Т-тран, что ли?!

Мгновение заминки. Пока я искал поддержки, неизвестный сделал героический рывок и оказался рядом. Он как-то неловко взмахнул рукою. Взглянул с очевидным вызовом. За неимением иного варианта, я привстал. С неким подозреньем вгляделся в очень красное, отёчное лицо. В разбитую губу и сильно свёрнутый нос.

— Н-нет…

— А ч-че это ты. ГОЛЫМ по улице шёл… А-а?!

— Нет, — дёрнувшись. — Вы ошиблись… Я торговец из…

— А я т-ебя видел!.. А?!

— …

Тени на его лице плясали. Они словно чуть завалились на бок. Утянули мужчину сторону. Дымка беспорядочно металась вокруг него. Три или четыре фигурки возникали и вновь распадались, словно дорвавшись до неудержимого веселья. Тянули несчастного то в одну, а то в другую сторону.

Как герой я должен был что-то сделать. А что я мог?

Баронет немного улыбался.

— Гаспар, ты… Илону ищешь? — не слишком чётко. — Она уже… скоро вернётся. Вознесёт и вернётся… И накроет на стол.

Говорить старику было заметно непросто.

— Г-ДЕ?! — вращая выпученными глазами.

При упоминании «Илоны» силы мужчины утроились.

Рот его, с густою слюною, открылся.

— Дома будет… дело известное.

Я не шевелился. С каким-то непонятным, немыслимым ужасом я наблюдал, как, играясь, бестелесные тени приводит мычащего Гаспара в подобие движенья. Вызывает почти совершенно беспричинную улыбку. Смех.

Плечо незнакомца едва заметно дёрнулось.

«И у меня… у меня тоже самое?» Мысли встали.

— Д-ома! — повторил мужчина. — А х-де?

— Вот там вот… Откуда ты пришёл, — указал баронет. — Поспи пока что… Она скоро придёт.

Посмотрев куда указали, неизвестный замычал.

Он изобразил непонятный жест:

— Благ-о!.. Да-рю!

Фигуру развернуло. Через силу, она изобразила шаг. Пошла.

Мужчина сильно завалился на бок, рукою почти дотянулся до травы, но справился. По широкой, сильно изогнутой дуге, он дошагал до мостовой.

В какой-то момент могло показаться, что Гаспар должен упасть… но он вынес. Шаркнул ногой, и оттолкнулся рукою от истоптанной земли.

— Ты знаешь… — произнёс Элой негромко. — Гвиневра никогда не считала… что у нас нет детей.

Посеревшее и ставшее с годами слегка шершавым, лицо баронета как будто слегка ожило. Одна из сторон его лица чуть улыбнулась.

Пока никто не смотрит, Вивар острым локтем сильно поддел соседа. Тот тут же ответил. Да настолько расстарался, что сам ненароком срезал живую, ещё зеленеющую ветку. Глянув удивлённо, мужчина покосился на нас. Ногою, без лишних сантиментов, он загнал цветы поглубже в тень.

— … Это были… ваши?

Старик чуть приподнял кудрявую бровь:

— Это… наши… Мы ведь люди, — с полуулыбкой. — Часть дарованная… испытания…

— Да.

— А иначе, как бы мы шли… без желаний.

Я… так и не рассказал ни про духа. Ни про барона…

Мерзавец дважды видел меня не в лучшем виде, и, в случае поимки баронетом, он бы не смолчал.

[1] Вознесение — один из главных праздников ламенской церкви. Установленный в честь прилюдного вознесения духа Истара в небесные чертоги.

XVIII

Что я мог предпринять теперь?

Обратиться к майору Дирту… Деньги бы ему теперь не помешали. Я мог бы сбежать, потеряв уважение Эль, или победить с её помощью; найти какое-нибудь очень могучее оружие. Я… я мог бы сейчас вернуться и рассказать всё Элою.

Стройный длинный перечень.

Всё это было возможно сделать.

Но по какой-то причине я не мог остановиться ни на одном из вариантов.

* * *