Повезло

К счастью, он отвлек ее от опасной мысли.

– Так что, получается, ты целуешь своих пациентов?

– Только тех, кто жалуется и не хочет зашиваться. А теперь садись, синеглазка. – Она похлопала по сиденью раскладного стула рядом. – Минута – и все готово.

Джордан не пошевелился.

– Как ты меня назвала?

– Синеглазка. А что? Само же напрашивается. Уверена, я не первая, кто отмечает эту черту твоей внешности.

– Да, я понял. Просто… – Он осекся.

– Что?

***

– Ничего.

Джордан тряхнул головой и плюхнулся на стул. И так увлекся, припоминая, где же мог слышать это обращение, что даже не почувствовал иглу.

Глава 13

Почувствовав наступление утра, Эва открыла глаза и с легким смущением обнаружила, что во сне обвилась вокруг Джордана. Пристроила голову на его плечо, переплела ноги и, черт, даже сжимала рубашку у него на груди.

Рубашку. Эва с облегчением погладила упомянутый предмет. По крайней мере, они оба одеты.

«Оделись», – весело поправила она себя. Когда со швами было покончено, атмосфера вечера изменилась. В процессе Эва проветрила голову и напомнила себе, что практичная умная женщина – женщина со здоровым инстинктом самосохранения – не прыгает в постель к врагу. И не пускает его в свою. Ну ладно, технически Джордан сейчас лежал в ее кровати. Однако секса у них все же не было.

Дав понять, что такая перспектива обломалась, Эва почти ждала, что он уйдет.

Но Джордан остался.

И в глубине души – очень глубоко, под толстым слоем самодостаточности, которым Эва пыталась задавить ненужные эмоции – она все-таки ощутила благодарность. «Почему бы чуточку себя не побаловать», – подумала Эва, гладя теплую грудь Джордана. Немножко побыть женщиной, понежиться в безопасности его объятий.

Джордан хороший мужчина. Первый за долгое время, с кем Эва почувствовала себя… хрупкой.

Едва сформулировав мысль, она выругалась. «Ну что я – какая-то дамочка в беде?»

Ладно, может, дамочка, может, ситуация сейчас и подходит под определение беды, но не в этом суть.

Эва всегда могла позаботиться о себе.

Не нужен ей мужчина-охранник. И уж точно не Джордан, который в принципе не мог предоставить укрытия от штормов, раздиравших жизнь Эвы.

Скорее уж он напоминал айсберг, что вот-вот ее потопит.

Но, невзирая ни на что, она не могла не оценить, как приятно, когда тебя просто обнимают. Конечно, когда целуют, касаются и ласкают – тоже приятно. И еще не до конца вынырнув из густой жижи сна, Эва задумалась, как неплохо было бы, если б ее сейчас опять целовали, касались и ласкали.

Вот совсем неплохо.

Прищурившись от солнечного света, льющегося сквозь рассохшуюся офисную дверь, Эва постаралась не развивать эту мысль. «Ни в коем случае, ты же практичная умная женщина».

Но слушая мерное дыхание Джордана, чувствуя, как его грудь вздымается и опадает под ладонью, задумалась, как легко было бы передвинуть руку немного ниже.

И узнать, что добрый и соблазнительный адвокат думает по поводу утреннего секса.

Вряд ли пройдет больше двух минут, прежде чем он согласится на перекрестный допрос.

Эва вытянула пальцы в нужном направлении… и тут грохнула входная дверь.

– Что? Что случилось? – Джордан подскочил, крепко прижимая к себе Эву и моргая, словно вытащенная из пещеры летучая мышь.

– Вольно, солдат, – вздохнула Эва, не зная злиться на помощницу или благодарить ее. – Просто Кейти пришла рано. Или я опоздала. Так или иначе, пора вставать. – Она стала выпутываться из простыней, но Джордан перехватил ее руку.

– Еще не пора. – И притянул к себе. Теплые заспанные глаза, на щеке следы от наволочки, волосы торчат во все стороны.

Нос Эвы защекотало от запаха антисептической мази, но ничего сексуальнее она в жизни не видела.

Джордан нежно коснулся губами ее лба:

– Доброе утро.

Эва невольно улыбнулась:

– И тебе доброе утро. Нормально выспался?

– Смеешься? Да этот матрас не толще куска картона. Вдобавок у меня два новых шва, и они уже начинают чесаться.

– Нытик.

– Да? – Джордан распластал ладонь по ее спине и прижал крепче. – А помнишь, что делаешь с пациентами, которые ноют? – И поцеловал Эву.

– Ой. Ого. Извините. – Кейти расслабленно привалилась к косяку. – Кажется, я рано пришла тебя проверить. Надо было подольше поспать. Доброе утро, Джордан.

– Э… и тебе, Кейти. – Он пригладил волосы. – А только мне неловко или еще кому?

– Только тебе, – заверила его Кейти. – Я чувствую себя просто божественно. У меня есть пончики. – Она встряхнула белый пакет, распространяя аромат корицы и специй.

– Из «Карамельки»? – с интересом уставился на пакет Джордан.

– Ага. С пылу с жару. Еще теплые.

– Дай мне один, и я продамся тебе в рабство, – застонал Джордан.

– Идем, – кивнула Кейти в сторону кухни. – Приготовлю кофе, и ты расскажешь, как уболтал Эву позволить тебе остаться на ночь.

– Кофе? С пончиками? Да бог с ней, с Эвой, давай поговорим о тебе. – Скинув соседку по кровати с колена, он поднялся с матраса. – Думаю, свадьбу лучше устроить простую… и как ты насчет пса и пары детишек?

– Вообще-то я все слышу, – напомнила Эва.

Джордан обнял хохочущую Кейти и с сожалением взглянул на брошенную даму:

– Да, но давай посмотрим в глаза правде, док. У тебя нет пончиков.

***

– Итак. – Клэй отпил кофе, наблюдая за Джорданом, поправлявшим галстук в отражении на панели у кухонной мойки. – Ты уже привык к ошейнику?

– А я все гадал, сколько же ты продержишься, прежде чем поднимешь эту тему. – Джордан затянул льдисто-синий узел и обернулся. – Душ, завтрак и две чашки кофе. Впечатляюще.

– Если крутишь роман с ветеринаром – будь готов к хлестким и кастрированным шуткам. Не говоря уже о напрашивающихся ассоциациях касаемо стиля «по-собачьи». Без обид, Финн. – Клэй бросил кусок холодного бекона псу, с надеждой сидевшему у его ног. – Так что, доктор Красное Платье тебе вчера такого не примеряла?