Повезло

Дом заполнили звуки встречи весьма игривого пса с весьма темпераментным котом. Лай, шипение. Глухой удар, звон стекла. Отданная напряженным голосом команда Джордана и скулеж Финна. Снова хлопанье двери и тяжелые шаги по деревянному полу.

Эва села и выключила музыку.

– Эва?

«Может, просто нырнуть под воду? Пара минут без воздуха – и все проблемы решатся сами собой».

Какого черта Джордан делает у нее дома?

И хотя Эва по идее должна была разозлиться – позже, непременно, – на миг она просто застыла. Джордан позвал ее снова.

– Я в ванной. – Нет смысла дальше прятаться. – Подожди минутку, я…

Он распахнул дверь и вошел так, будто его пригласили.

– Прости. Я взял с собой Финна и зря, ведь…

Джордан так и не закрыл рот, но звуков из него уже не доносилось.

– Да все отлично, – ответила Эва после неловкого молчания. – Заходи, не стесняйся.

– Я постучал, – обрел дар речи Джордан. Невзирая на спокойный голос, во взгляде его пылал жар. – Кажется, последнее время у тебя возникли трудности с тем, чтобы отвечать на мои звонки. Я увидел твою машину у дома, дверь оказалась незапертой. Как тут не воспользоваться случаем.

Он принялся расстегивать рубашку.

– Эй, ты что делаешь?

– Вроде как принято раздеваться, если собираешься принять ванну.

Эва оторвалась от созерцания обнажающегося тела и напомнила себе, что у нее вроде бы еще остались мозги.

– Прошу прощения, но, кажется, ты потерял связь с реальностью. Это мой дом, моя ванна. Ты сюда не залезешь.

– О нет, – возразил Джордан, бросая рубашку на пол. – Залезу.

«Серьезно, он или дурак, или у него просто стальной характер».

– Слушай, Джордан, знаю, в последнее время я была не слишком вежлива. Прости. Разумеется, то, как ты нагло и беззастенчиво вломился в мой дом – в мою чертову ванну! – дает мне право на грубость. Да, нам надо кое-что обсудить, но…

Его штаны последовали за рубашкой.

– Иисусе.

– Нет, я Джордан. Хотя иногда мне казалось, что я видел нечто божественное. Вот как сейчас.

– Ты… ты не можешь просто…

Он молча выгнул бровь.

– Я сейчас не могу думать.

– Не скажу, что сильно огорчен. Но если действительно хочешь, чтобы я ушел, – сейчас самое время сказать.

Джордан не договорил, но Эва и так поняла: если она ему откажет, больше он ее не потревожит. Именно этого ей и хотелось – ну или она так утверждала – с тех пор, как Джордан появился в клинике.

Однако нельзя повышать ставку после раздачи карт.

– Залазь. – Она подвинулась вперед.

Кивнув, Джордан забрался сзади и вытянул длинные ноги по обе стороны от Эвы.

***

Вода была горячей – хоть креветок вари. А еще пахла каким-то очередным таинственным средством из женского арсенала. Лавандой. Джордан сделал глубокий вдох и заставил себя успокоиться. Влажные завитки прилипли к шее Эвы, когда она откинулась назад, и несмотря на бурлящие в груди эмоции, он легко поцеловал ее плечо.

Последние дни были адом.

Джордан горел на работе, волновался за Эву и злился на себя.

Она не брала трубку, не ответила ни на одно сообщение. Он мотался мимо как жалкий дурак, надеясь увидеть ее машину у дома.

Однако на работе Эва появлялась. Джордан звонил и туда, и ему говорили, мол, она на операции. То есть упрямица возвращалась в город, но дома не ночевала.

«Просто нож в сердце, – размышлял он, взяв одну из тех губок, которыми пользуются женщины. – Раскаленный, острый, смертельный нож». Джордан извелся, опасаясь, что Эва могла вернуться к бывшему.

И всерьез подумывал послать все к пресловутым чертям собачьим и оставить ее разбираться со своим сомнительным решением. Пока не вспомнил разговор с Лу Эллен. Что он не слабак. И что вещи не всегда такие, какими кажутся.

Поэтому Джордан проглотил изрядный кусок своей гордости и приехал сюда, готовый вступить с Эвой в сражение.

И просто растаял от желания и нежности при виде нее в старой ванне на ножках.

Скручивавшие внутренности тревога и злость рассеялись вместе с паром. Сейчас не время для битв. Что бы между ними ни произошло, оно может подождать.

А сейчас пора показать Эве, что таится в его сердце.

Выдавив немного геля на губку, он стал намыливать тело любимой.

– Джордан. Я… о боже, как хорошо. Но я не знаю…

– Ш-ш-ш. – Он убрал прочь прилипшую прядку и нежно поцеловал Эву в шею. – Все в порядке. Я знаю.

***

Тепло воды, скольжение мыла по коже, ощущение большого твердого тела сзади приводили в состояние ступора.

Привычный неконтролируемый жар уступил место чувственной сдержанности. Даже нежности. Эва до конца не понимала, что же вызвало в Джордане такую перемену – он ведь так злился, – однако сейчас это было неважно. Так или иначе, она отвечала на его ласку.

Джордан провел губкой по ее руке, по трепещущему животу. Обвел ноющую грудь. А когда обхватил ее, наслаждаясь весом, и сжал сосок пальцами, Эва издала долгий и сладкий как мед стон. И пока купалась в восхитительном тепле, Джордан опустил руку вниз к бедру.

Так медленно, так нежно, что Эва едва не умерла от предвкушения. И когда уже готова была умолять, он наконец коснулся ее между ног.

Покусывая линию подбородка, овевая кожу теплым, пахнущим чем-то сладким – мятой, как сквозь сон поняла Эва – дыханием, Джордан выписывал длинными пальцами мучительно неспешные круги. Она напряглась, почти готовая увернуться от нестерпимого удовольствия, но он крепко обхватил ее вокруг талии.

– Нет. Не сдерживайся, – страстно прошептал Джордан. Эва затрепетала, ощутив, как его пальцы погружаются глубже. – Хочу смотреть, как ты возбуждаешься.

И она подчинилась, поднимаясь все выше, шаг за шагом, пока не достигла грани.

– Сейчас. – Вся дрожа, почти не соображая, Эва развернулась, чтобы устроиться на нем. – Бога ради, Джордан. Я хочу тебя сейчас же.

– Тише, – пробормотал он и встал, надежно обнимая ее скользкое тело. – Еще нет.

– В смысле – еще нет? – Сбитая с толку, Эва пялилась на Джордана, пока тот тянулся за одним из темно-красных полотенец, а потом яростно взмахнула рукой. – Ты приперся ко мне домой без приглашения, вломился в ванную, завел меня до предела, а теперь тебе хватает наглости заявить, мол, еще не время?

А еще ему хватило наглости ухмыльнуться, поймав ее руку.

– Осторожнее, милая. А то глаз себе выбьешь.

Когда Эва зарычала, Джордан завернул их обоих в полотенце, влажная кожа к влажной коже. Затем наклонился и зацеловал до потери дыхания, так что кровь едва не закипела в жилах.

– Я просто только что понял, что наш первый раз должен случиться не на раскладушке в клинике, не на кухонной стойке и даже не в этой очаровательной ванне. И хоть я чуть не умер дожидаясь, все равно рад, что раньше у нас ничего не получилось. – Он коснулся щеки Эвы – невесомо, словно поцелуем. – Я хочу нежно. Медленно и сладко. Хочу смаковать тебя.