Пояс Ипполиты

– А ойропаты?

– Амазонки уйдут еще раньше. Жрать нечего, грабить некого, молодых мужиков нет.

– В словах деда есть резон,- сказал Левкон.- Я, пожалуй, через посыльных прикажу воинам уносить из городов все съестное, даже соленую рыбу.

– Рыбу пусть оставляют. Чтоб ойропат мучила жажда. Пресной воды в городах почти не осталось,- посоветовал Сотир.- Посмотрим, что из этого выйдет?

* * *

Тира целую неделю нетерпеливо ждала в Корокондаме царя Агата, коноя Агаэта и Борака. На последнего она надеялась больше всех. Он оказался не только проворным малым, но и умным скифом. Тира посылала его к рыбакам-дандарам, он взял с собой любимую Гипаретту и за месяц успел побывать во всех рыбацких артелях. Он так спелся с дандарами, что они готовы были с ним идти в огонь и в воду. Ведь он был свой среди своих. Мать - дандарка, отец - меот, служил он скифам-аксамитам, а жена его была амазонка. Через неделю Агат, его сын, Лебея, Борак и Гипаретта добрались до Корокондамы. Здесь их встретили Тиргатао, Лота и Ликоп. Ликоп, как и Борак, объехал все горные селения керкетов и торетов и тоже заручился их согласием воевать против Боспора. Тире казалось, что Синдика в их кармане.

Лебея и Гипаретта, не успев расседлать лошадей, убежали в поселок. Он был запружен их подругами-амазонками, которых привела Лота. После радостных встреч девы сразу же принялись обрабатывать подруг.

– Послушай, Лебея, твой друг, говорят, не трус, но он не решителен. Отец его коной Агат стар, он отвык от боев. Лота, конечно, храбра, но она во всем слушает Ликопа. А Ликоп - не воин, он рыбак. И пока они затянут боевые пояса, пройдет год. А между тем, наши подруги с царицей Годейрой обогащаются день ото дня, а мы скоро будем жевать кожу наших переметных сум.

– Мы слышали,- говорили Гипаретте подруги,- что Тира хочет запасать корм на время походов. Вспомни, мы когда-нибудь брали в походы еду? Да ни разу в жизни. И, как видишь, не умерли с голоду. Скажи об этом своему Бораку. А мы готовы в поход хоть завтра.

Лебея и Гипаретта тоже хотели богатства, и когда вечером собрался военный Совет Тиры, сказали свое слово.

Войну решили начать на рассвете третьего дня сразу по всей Синдике - от Торика до Зенонова Херсонеса, куда войдут Тирамбо, Ахилий и Киммерий. Гарнизоны синдского царя должен уничтожить Борак с рыбаками и преданными ему амазонками, Патрей и Кепы поручили Лоте, а сама Тира взяла на себя Гермонассу и Фанагорию. Кону Агату и его сыну поручалось очистить от гарнизонов царя Гекатея и боспорцев всю степь до реки Кубахи. Ликоп должен поднять горные племена керкетов и торетов. В каждом направлении участвовали большие отряды амазонок.

* * *

Через три дня на рассвете поднялась вся рабская Синдика. В тот же день были заняты Фанагория и Гермонасса. Многочисленные горцы из керкетских селений, словно наводнение, затопили Горгипию. Кон Агат с сыном вывели скифских воинов на границы синдских земель.

Аргос, посадив на свое судно Перисада, срочно выехал в Корокондаму, к царице Тиргатао. Тира встретила их обвешанная оружием. На ее бедрах сверкал пояс Ипполиты.

– Вся Синдика покорена!
– воскликнула она, встречая архистратега.

– Так скоро?!

– Фанагорский дворец наш!

– Хорошо! Давай сходим в Фанагоры, все посмотрим на месте.

От Корокондамы до Фанагории два часа пути. Здесь царицу и Аргоса встретила Лота. Корабль Аргоса заметили с башни дворца, когда он проходил мимо Гермонассы, и Лота успела собрать и выстроить в гавани всех своих амазонок.

Они выстроились в два конных ряда по обе стороны дороги с копьями наперевес от самой гавани до дворца Гекатея. Это было внушительно и красиво, благо, у Лоты под рукой находилось более пяти тысяч копий. Воинственная Тиргатао успела с ног до головы увешаться оружием, сверкала поясом богини. Она легко сбежала по сходням и двинулась по проходу. За нею шли Лота и Аргос. Чуть дальше Перисад вел охрану и гребцов фелюги.

Когда амазонки увидели пояс Ипполиты, они, словно по команде, опустили копья острием к земле. Кони, как один, склонили головы к ногам — они все были из старой Фермоскиры и, конечно же, вымуштрованы для парадов.

Тира, положив руку на бедро, шла по проходу, задыхаясь от восторга и счастья. Ей и в голову не приходило, что амазонки склонили копья не перед ней, а перед поясом победы. Аргос склонился к Лоте и шепнул:

– Это ты напрасно. Теперь она возомнит себя покорительницей всего света.

– Не беда,- ответила Лота.- Зато мои девы увидели пояс и бесстрашно ринутся в любое пекло.

После встречи Лота и Тира пошли во дворец, а Перисад и Аргос решили пройтись по городу. Амазонки разъехались по своим сотням - те стояли за городом. А в городе было тихо, жители, видимо, попрятались по домам.

– Когда Лота заняла город?
– спросил Перисад.

– Вчера вечером.

– Но почему нет следов боя? Улицы тихи и пустынны. Где трупы врагов? Где пожары, непременные в таких случаях?

– Нас ждали. Видимо, всех причистили,- ответил Аргос, ухмыляясь.

– Вернемся во дворец, там, говорят, расставляют столы в зале. Я с утра ничего не ел.

– Пойдем, пожалуй. Заодно узнаем, как прошел бой.

В зале дворца расставлены столы. Аргос думал, что обед пройдет скромно, он будет совмещен с Военным Советом, которые Тиргатао проводила часто и с особым удовольствием. Но он ошибся - в зале собрались сотенные, их было больше полусотни. Столы ломились от яств, Аргос подумал, что Лота обобрала весь город, отняв у его жителей последнее. Оркестр из флейтисток и арфисток уже играл в переднем углу зала, и танцовщицы были готовы. Они, казалось, недолго ходили по городу, а амазонки и царицы уже успели переодеться в новые праздничные одежды. Тира была весела и великолепна, но без пояса. Аргос подумал: «Догадалась, дуреха, что на пиру он излишен».

Наконец собрались все, и пир начался. Открыла его Тира:

– Дорогие мои соратницы! Большой поход мы начали успешно. Выпьем за это и восславим Великую наездницу Ипполиту, даровавшую нам Пояс Победы!
– Тиргатао осушила до дна ойнохою.- Теперь вся Синдика наша, мы стоим на скифском берегу пролива. Впереди Боспорское царство - это наша конечная цель. Всеславный кибернет Перисад, как скоро ты сможешь доставить сюда триеры?

– Флотом повелевает царица Олинфа Агнесса. Я не могу...

– Жаль, что Агнессы нет среди нас. Где она?

– Я полагаю, что она в Горгипе...

– И триеры там же. Потому ты сегодня же отправишься туда и вместе с флотом доставишь сюда Атоссу и Агнессу. Самое большее, через неделю мы начнем переправу и ударим по Пантикапею. Столица Боспора будет сокрушена.

– Это надо бы решать не здесь,- заметил Аргос.

– Почему не здесь? Пусть сотенные знают - мы идем на Боспор!

– Согласен. А сейчас дадим место танцовщицам.

– Верно! Музыканты. Почему вы замолкли?

Грянула музыка, вышли на середину зала девы - плясуньи. Пир продолжался. Он шел до темноты. Когда сотенные выпили все вино и удалились, Аргос сказал:

– Вот теперь, царица, давайте поговорим о пути на Боспор.

– Пир, я думаю, удался!
– воскликнула Тиргатао, не слушая Аргоса.

– А ты не думаешь, великая царица, что похмелье будет тяжелым?

– Мы выпили немного. Не говори попусту.

– Не сердись, Великая. Значит, ударим по Пантикапею?

– Куда же еще?

– Царь Боспора легко скинет нас в море. Берега там скалисты и круты, а столица вооружена. По-моему, лучше всего высаживаться в бухте Илурата и...