Практик
Шрифт:
— Понятно, — киваю. — Еще раз спасибо. Сколько я за него должен?
— Знаешь, давай все те же пять золотых возьму. Не буду тебя пугать — вижу, не по своей вине амулеты теряешь. Так что отдам как обычный ученический.
— Хорошо. Чек возьмете?
— Да потом отдашь, как выйдешь. — Моисеич скомкано прощается. — Я вообще-то не к тебе. Я к Савве шел, а тут Сабурова. Так что заодно и к тебе завернул. Давай, выздоравливай.
Кладовщик опять прощается и уходит.
Ага, ага. Я так и поверил. Вот точно не после того, как печать лицея внутри меня, выдает в сторону кладовщика
А кладовщик, как получает эти пару сигналов, сразу же становится намного спокойнее. А ведь беспокоился, пока сюда шел, я точно знаю. Фон не врет.
Морщусь про себя. То, что у печати лицея есть куча функций, про которые не рассказывают при ее активации — это понятно. А вот то, что она сохраняет свою автономию даже на том скудном пайке, на который я ее в свое время посадил — неожиданно. Да и я не помню, что бы я замечал какие-либо обмены информацией с этой печати с кем бы то ни было.
Но если это что-то регулярное — то кладовщик отличное прикрытие. Все минимум же раз в полгода бывают у Моисеича на складе. Может там как раз и происходит обмен информацией? Интересная мысль на понаблюдать. Что ж, в общем-то и не ожидал, что кладовщик в лицее это просто кладовщик. Вот только теперь мне становится дико интересно, чьи интересы он представляет. Точно не тайной службы — за это тут вроде Кленов отвечал. Тот, что за мной приезжал в городок. Хотя, может он не один? Но тут не угадать пока.
Но, информацию специфическую он мне добывал. С печатью лицея, по идее, государственной, взаимодействовать может, доступ к довольно стратегическому ресурсу — имеет, при этом в городе, например, амулеты подобные армейским довольно редки. А ведь Моисеич был в свое время охотником.
Ладно, загадка пусть пока повисит неразгаданной. Ни к чему мне сейчас. Нет принципиальной разницы, кто еще смотрит за магами в имперском лицее. Я же это и так понимаю, а сколько служб — две или пять, например, принципиально ничего не меняет.
Смотрю на амулет. Функция переговорника значит? Ну пусть. Думаю, в параллель тут и прослушку можно организовать. Ладно, пока без разницы, а потом Кошкина спрошу, он у Рыжей точно узнать сможет что к чему.
Кладовщик действительно отправляется к Савве, так что к своей легенде мужик относится с уважением.
Хмыкаю про себя. Что ж, начну привыкать с малого. В ближайшие пару лет меня очень не захотят выпускать из поля зрения, это понятно. Но тут мы играем на разных уровнях, и критерии у меня и у системы не совпадают. Так что интересно. Ладно. Отпускаю лишние мысли.
Скорее всего, визиты закончены. Все, кто хотел, у меня побывали, кажется. Можно и собой, наконец заняться. Немного отпускаю контроль за своим пси.
Спокойно, уже телекинезом, забираю пару глотков сока из посудины Моисеевича. Цепляю перекус с тумбочки. Вообще, использование поля для повседневного, неожиданно задевает струны памяти. Я словно на мгновения становлюсь тем собой, которого уже не существует.
Вытягиваю из вещей кристалл Гвардейца и беру его напрямую в руку.
—
Чжоу! Проход, сейчас! — передаю в так-сети.Сокомандник мгновенно превращает заранее заминированный проход в груду камней. К сожалению, на автомате это оставлять нельзя. Долбанные Гвардейцы всегда меняют характеристики пространства под себя, и чтобы все работало как часы, нужен оператор рядом — стабилизировать. Чжоу прекрасно справляется. Пластит работает, а взрыв можно и под щитом пересидеть.
— Ну что, этого разбираем на скорость? — сообщение висит в так-сети. Ускорение активировано сейчас у всех.
— Кабан, второй на подходе. На этого у нас не более двух минут реального времени. — Меркатор напряженно, но в то же время спокойно реагирует на зашедшую в зал тушу гиганта.
— Ой, можно подумать! Ты в своем репертуаре — мы все погибнем, какой ужасный ксенос! — Лиса смеется в том же голосовом чате. Для нее этот выход с нами далеко не первый, и ко всем нам она ключики подобрать успевает. — Только на моей памяти у нас это восьмое Гнездо, а ты с Кабаном дольше всех. Пари! Чей последний удар, тот забирает себе кристалл на стильную татушку.
— Принимаю, — не прерываю флуд в чате. Групповое ускорение еще пару внутренних минут висит, а так-ком уже все равно раскрасил вектора атаки.
Ксенос разражается волной по пространству.
— Черт! Начинаем. Нас срисовали. — С легким оттенком досады сбрасываю счетчик на пять секунд. Лиса права, одиночный Гвардеец давно уже нам не противник. А материал для тату мне пригодится. — Отсчет. Четыре, три…
Открываю глаза. Вот что мне казалось важным весь путь. Этот момент пока не критичен — и так точек внимание на контроль достаточно. Сейчас вообще только две трети постоянно использую — пока не хватает техник.
Глубоко вздыхаю и начинаю перекачивать пси целого Гвардейца в свой кристалл Памяти. Недостаточно, чтобы снять следующий слой, но что бы приблизиться к этому — вполне. Главное кристалл ксеноса не до конца обнулить — пыль должна быть активная.
Почти треть внимания оставляю на вытягивание и прокачку пси. В параллель достраиваю контур, и даю нормально замкнуться второму уровню печати. Сегодня мне все это понадобится.
Вздыхаю. Рановато немного, но в свете общения с такими монстрами, как Император, может быть уже и нет. Да и кристалл Гвардейца пока что у меня единственный — для нанесения только эти и радужные подходят. Остальные очень ограниченно.
Тату, пожалуй, здесь не оценят — как-то не вижу никого, кто бы щеголял с нательными рисунками, но если незаметно, то, думаю, вообще страшного нет ничего.
О самом процессе даже не волнуюсь. Все же в свое время татуажа я себе нанес столько, что сейчас смогу это сделать с закрытыми глазами. Хотя собственно с закрытыми-то я его и сделаю. А вот щеголять рисунками точно не буду. Даже тогда я жалел, помню, что пожертвовал временем, в обмен на эффективность. Ведь мог же сделать их невидимыми. Но сначала не знал как, а потом уже и не стал. А ведь разница во времени нанесения всего полтора раза. Ничего. Сейчас времени достаточно.