Практик

Вся выработка источника уходит в круг. Получается, что от массы сильно зависит количество требуемой магии. Но такие вещ лучше узнавать до. К сожалению, у меня пока этой возможности нет.

Магии не хватает, я буквально себя выжимаю до предела. Но успеваю. Наверное.

Дух животного вышибает из этого тела, но что там был за прообраз — все равно непонятно. Нет у нас в лесах такого огромного зверя. Я бы сказал, что это носорог. Рог точно присутствует. Но за серыми линиями вообще не видно основы. Только контур, так что нет, не знаю.

Дух ксеноса не стоит на месте, топчется и пытается вырваться.

— Доржат! — чую я, что контур ее долго не удержит. Сил во мне маловато, получается. — Срочно, Ворон!

— Готов! — шаман старается не отсвечивать на поляне, но все время присутствует рядом.

— Снимаю! — срываю ритуал.

Нас словно накрывает на мгновение черными крыльями птицы, и это приносит дичайшее облегчение.

Дух твари мгновенно рассыпается в ночной темноте оперения тотема. Сейчас его цвет скорее становится похожим на бездонную дыру космоса. Силуэт на пару секунд становится виден даже обычным зрением.

Я просто валюсь там, где стою, снимая невидимость. Ко мне спешит Кошкин, на бегу срывая крышку с зелья.

Даже не спрашиваю что это, выпиваю. И источник словно пробуждается. Меня окатывает волной магии. Как он понял, что у меня дичайшее истощение, я не понимаю. Но очень благодарен.

— Уходим… — хриплю.

— Что?! — кажется, это учитель.

— Уходим! — хриплю в голос. — Через пару минут тут будет такой же.

— Не будет. — Появляется шаман. — Ворон съел его полностью.

— Будет, хриплю. Матка почувствует исчезновение Гвардейца. Это как с белками. Уходим. Доржат?

Шаман на секунды застывает.

А я, пока он прислушивается, телекинезом вырываю кристалл из быстро сгнивающего существа.

О да! И цвет, и форма соответствует воспоминанию. Пси внутри должно быть — завались.

— Максим? — Кошкин встревожен. — Вы встать можете? Самочувствие в пару слов, давайте!

Я прислушиваюсь к себе.

— Истощение, и…и все! — с легким удивлением понимаю, что даже пустякового растяжения не получил, пока прыгал только что по поляне.

— Хорошо! Это можно еще! — Кошкин быстро открывает зелья и отдает мне флакон. А остальное выпивает уже сам. — Полминуты у нас есть?

— Даже больше, — с трудом выдыхаю. Меня передергивает. Все же зелье на восстановление источника редкостная мерзость, в отличии от телесных, с которыми я уже знаком. — Пара минут точно. Гвардейцы под землей. Снаружи всегда один. Главное снова в радиус действия ксеноса не попасть.

— Лес открыл Тропу. — говорит Доржат. — Идем. Недалеко я вас обоих утащу. Я теперь очень сильный. Но пока не очень умелый. Привыкать надо.

В Доржате на самом деле что-то неуловимо меняется. Как интересно. Похоже за походы со мной к ксеносам, за усилением, теперь будет стоять очередь.

Кряхтя, поднимаюсь на ноги. Как бы то ни было, резкие такие перепады для тела легко не проходят. Я все же точно надорвался.

— Магией вам пользоваться нельзя некоторое время. Я вижу признаки. — подтверждает мои мысли Кошкин.

Я достаю негатор.

— А вот это, — указывает на артефакт, — противопоказано неделю, не меньше. В лазарет вас надо, Рысев. В лицей. Пойдемте, опирайтесь! — взваливает меня на плечо. — У вас первый раз же истощение, да?

Киваю.

— Мы готовы, Доржат. — говорит за меня Кошкин.

— Уходим.

Глава 18

— … Простое истощение, — целитель спокойно рассказывает обо мне Кошкину. — Не выгорел, не получил мутаций, не сорвал печать лицея. Дней пять, и ваш подопечный будет в норме. Был бы раньше, если бы не влияние четвертого пояса. Откат после использования зелий пройдет примерно в это время. Сейчас ему, кроме покоя, сна и усиленной диеты ничего не нужно… А вы, ваше сиятельство, будьте нашим гостем, если хотите. И не переживайте, как восстанавливать пострадавшего в Пятне, мы-то уж точно неплохо знаем…

* * *

До лицея мы добираемся в три приема.

Доржат прекрасно вытягивает нас километров на пять от боя, судя по зареву. Мы все еще остаемся внутри Пятна, но при этом от Гнезда довольно далеко.

— Я могу вас держать на Тропе дальше. — С легким удивлением говорит Доржат, когда мы выходим первого перемещения. — Но куда?

— А это мы сейчас решим. — Кошкин с тревогой смотрит на меня.

Перевожу дыхание. Мне неожиданно плохо. Состояние, словно у меня начинается лихорадка. И контроль за телом, да и все выставленные структуры на восстановление справляются не очень.

— Доржат, ему нужно в город, — говорит Кошкин. — В Пятне, дефицит магии бьет по состоянию организма. Давление слишком большое. — Похоже, учитель что-то такое понимает по поводу моего состояния.

— А эликсир… — спрашиваю.

— А эликсир — это временно, только чтобы тебя стабилизировать. — Учитель от волнения переходит на «ты». Похоже действительно, ситуация серьезная. — Он сейчас помог конечно., но его задача заставить Источник чуть раскрыться, и выдавать больше магии. Но тебя нужно в покой, и уж точно не в Пятне. Здесь магия везде нестабильна по-хорошему.

Что ж. Это нормальное объяснение состоянию. Но оно проблему не решает, а своими силами я ее даже не вижу — я вообще игнорирую все время выработку магии. А вот организм, получается на нее настроен. Не зря я переживаю о клятве.

Кошкин оборачивается к шаману.

— Я плохо представляю где мы находимся. Как быстро сможем добраться до города?

Доржат задумывается.

— Час, может два.

Наставник отчетливо морщится. А в фоне появляется беспокойство за меня.

— А быстрее?

— Тут только кривые дороги. Путь-то сам не длинный. Но напрямую мы попасть туда не можем, — что-то пытается объяснить шаман. — Нужно идти кружными дорогами.

— Стазис? — спрашиваю.

— Стазис тебе сейчас нельзя. — Резко обрывает меня Кошкин. — Вернемся в нормальное место — тебя просто порвет, когда его снимем. Но идея неплохая. — снова обращается к шаману. — Доржат, до первого пояса мы сможем добраться быстрее?

— До первого? — прикидывает шаман. — На край Пятна, я Тропу проложу. Только это не город будет. До твоего города только кружным путем. Или другой город. Так тоже можно.