Права мутанта

На том пиру все перепили, но дело не в количестве, а в том, что именно и кем было подмешано в мутантское пойло. И в том, что кое-кто (кивать в ту сторону лучше не будем) остался трезв, как бутылочное донышко. Вот он-то и продырявил пани Дыру, а ославил - Братислава Хомака.

"Ославил"? Вернее, "подставил" - кажется, инструкторы из разведки НША пользуются этим термином. Ох, и любят эти ребята подставлять! В каждой своей операции обязательно сыщут, на кого бы перевесить вину. Но с мутантами - просчитались.

Ясно, почему просчитались: операцию разрабатывали у себя за океаном, о мутантах Европы знали понаслышке. Думали, наверное, что где-то в мутантском ареале действуют уголовные суды. Что Братислава Хомака немедленно схватят за убийство и мигом предадут суду присяжных, или там самосуду на лихой конец.

А того не могли предположить хозяева Супскиса, что подставляют Братилава не под уголовную статью. Вовсе нет! Убить вождя - есть ли для мутантов поступок, исполненный большего героизма? Ну, разве - убить и съесть. И огрызок от головы вождя - тогда уж отправить в коллекцию, по примеру милашки Пердуна. Сохранить для истории, так сказать.

Братислав Хомак пани Дыру до сих пор не съел - ну что ж, у него всё впереди. Зато способ убийства у всех мутантов мужского пола заранее заслужил прочное уважение. Им бы тоже так хотелось!

Впрочем, кому бы чего хотелось - увидим сей же час.

– Я ведь правда ничего не помню!
– скулил Братислав, когда пан Кшиштоф подталкивал его к балкону второго этажа Председательского дома. Дурачок ещё не понял своей удачи, а профессор не спешил ему всё разжёвывать. Пусть поволнуется, мерзкий жиголо, ему полезно!

Здесь, на широком официальном балконе, уже стояло несколько людей и высокопоставленных мутантов. Из мутантов выше других держали головы Прыщ и его любовник Вертизад, из людей шире всех ухмылялся Супскис.

Он тоже ещё не знает, с тайным восторгом проинтерпретировал пан Кшиштоф супскисову весёлую гримасу. Коли знал бы, то хоть лёгкая тень тревоги пробежала бы по лицу верного сына Америки. Но если не знает, значит - Прыщ с Вертизадом не предупредили. Видно, боялись его расстроить и обозлить? Или надеялись, что присутствие Супскиса всё решит в их пользу?

Если до сих пор надеются, то зря. Мутанты - всё-таки народ, пусть и повально марионеточный. Их оценки - это их оценки, этноспецифические. И специфика вот-вот проявится, Братислав, хоть ты не ной!

Во дворе под балконом собралось широкое сходбище мутантов. Часть - с открытыми лицами, часть в чёрных балаклавах, третья часть - в красных. Эти последние до недавнего времени были личной гвардией Дыры, многих из них она у себя принимала - как официально, так и неофициально, по ночам. А всё же гвардия первая переметнулась к Прыщу. Хитромудрого пана такое не изумило: мутантской гвардии попросту свойственно время от времени предавать своих изнеженных благодетелей. Такова давняя традиция.

Пан Щепаньски подтолкнул Хомака к перилам балкона, при этом Супскис одобрительно кивнул профессору:

– Раз виновник с нами, начнём!

Виновник? Да, с нами. Саркастичный пан чуть не сказал сгоряча кислых, необдуманных слов. Но зачем? Союзники не должны ругаться, имея великую общую цель.

Хомак снова попытался пролепетать что-то самооправдательное. Не вышло. После встречи с умирающей пани Дырой он и сам усомнился в своей непричастности. "Не помню" - не аргумент.

Слово взял Супскис. И разлился обвинительным соловьём. Братислав Хомак, дескать, и такой, и сякой, и Дыру задрал насмерть. В тоне директора школы не разберёшь никакой эмоции. Одно послушание фатуму - при том, что фатум носит форменный мундир госразведки НША.

Ах, послушание... Чтобы вытянуть вперёд, к верховной власти своего ставленника Прыща, послушный Супскис и гибель Дыры подстроил. Как именно он этого добился, про то только сам он и ведает, но больше-то некому. Мутанты её чересчур боялись, чтобы действовать на свой страх и риск. И директор школы гарантировал им поддержку. Всех Независимых штатов Америки. Всех пятнадцати!

Когда Супскис завершил изложение грехов Хомака, Братислав попытался что-то горячо выкрикнуть в своё оправдание. Но рядом стоящие мутанты - Вертизад и ещё один - так его встряхнули, что слова застряли в горле. Сильны, чертяки!

Тогда заговорил пан Щепаньски. Со всеми тезисами Супскиса он сходу согласился, причём насытил их эмоциональными красотами. Когда же вывел свой обвинительный пафос на финишную прямую, то к финальному обличительному аккорду речи дождался лично от Супскиса рукоплесканий.

Под гневные филиппики пана Кшиштофа и аплодисменты американского шпиона Хомак весь скукожился, вжал голову в плечи, потупил взгляд, и, по всему, никак не ожидал благожелательного приёма от мутантской толпы. Тем более не ожидал его Супскис. И когда под балконом раздались приветственные кличи, оба принялись оглядываться в большой растерянности.

– Хо-мак, Хо-мак, Хо-мак!
– скандировала мутантская толпа.

– О чём они кричат?
– спросил Аттила Попеску из свиты Супскиса.

Вертизад услужливо ответил:

– Хотят убийцу Дыры посадить на её место...

– Молчать!
– оборвал его Супскис.
– На какое ещё место?
– ему-то, понятно, казалось, будто место пани Дыры уже занято Прыщём.

Вертизад не смог молчать и отвечать одновременно, потому выбрал второе. Стал объяснять, что пост правителя Столичной Елани по мутантскому закону передаётся её убийце. Значит...

– Значит, я теперь повелитель Столичной Елани?
– глаза Братислава округлились, точно иллюминаторы древнего мутантского теплохода, на котором "музыка играет".

– Ну, не совсем так, - уточнил пан Щепаньски, - предстоит ещё церемония инициации. Посвятительные испытания, проще говоря.

– Зачем?
– вздрогнул Хомак.
– Зачем испытания?

– Их проходит всякий мутант.

– Но я же не мутант!

– Это пройдёт, - заверил Братислава пан профессор.

5. Евгений Павлович Нефёдов, капитан войск МЧС

Атаман Сокол в который раз склонился над картой мутантского ареала, словно силился высмотреть какую-то ранее не замеченную деталь. Но не в деталях дело. Надо видеть ситуацию в целом, а её полковник Снегов не просто сумел уяснить, но доходчиво изложил для самых непонятливых. Какие ещё требуются поправки?

Но если требуются, Снегов не против изложить основные мысли.

– Мутанты пришли в движение, - сказал полковник, - и первым делом напали на посты Заслона в черниговском направлении. Здешнее, брянское - оставили на закуску.