Принцесса яда

– Ты улыбаешься.

– Наверное.
– Его влажные волосы прилипли к щекам.

– Это лучший день, который у меня был за долгое, долгое время.
– Он начал подталкивать меня к краю бассейна, и я позволила ему это. Потоки воды скользили по его широкой груди и рельефному животу. Я хотела следовать за этими каплями своими губами... Ладно, может быть, Джексон был не единственным, кто был возбужден.

– Гм, лучший день?
– даже когда моя спина ударилась о борт, он продолжал пододвигаться ближе, пока я не почувствовала тепло, исходящее от его тела. Я подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Его улыбка казалась самодовольной, когда он сказал, - у меня есть новый мотоцикл, jolie (очень) сладкая для меня девушка и особняк для нас, в котором мы можем жить.

Теперь я поняла, что у меня была реальная проблема. Джексон Дево был почти неотразим.

– Сладкая для тебя? Пожалуйста.

– Я могу так сказать.

– Почему?

– От тебя пахнет жимолостью, когда ты ласкова с Джеком.

О, мой Бог. Как мне и говорили, я пахну цветами. Неудивительно, что все делали мне комплименты.

– Когда ты сходишь с ума, от тебя пахнет розами. Возбуждена? Сладкий оливковый. Я собираюсь выяснить все остальные запахи…

В то время пока он говорил, ошеломляя меня своей проницательностью, я пробормотала:

– Э-это смешно.
– Как я собираюсь скрывать свои тайны всю дорогу до Северной Каролины?

– Что это?
– он медленно придвинулся еще ближе.

– В любом случае, я не могу быть «сладкой для тебя».

– C'est уга. Это правда. Но я знаю, что это лишь малая часть.

Я смотрела, не в силах сказать, дразнит он или нет.
– Растопил мое сердце, кайджан.

Он подался вперед, прижимая меня к краю бассейна, по обе стороны были его руки.

– Что ты делаешь?

– Собираюсь впервые тебя поцеловать.

Сердце остановилось от этих слов.

– Т-ты говорил что-то похожее на моей вечеринке, но я за это заплатила.

– Я тоже. Боже, как я хотел, почувствовать твой вкус.
– Тлеющий взгляд серых глаз остановился на моих губах. Я провела языком по губам, как тогда.

– Ты знаешь, сколько ночей я мечтал о том, как целую тебя? Я помнил каждую деталь о тебе. Я не мог сказать, какого цвета твои глаза - голубые или зеленые. Твои губы были красными, это было сексуально, но я не мог решить, нравиться мне это или нет. Потому что это было не по-настоящему.

Значит, тот поцелуй не был простым трюком! Он чувствовал то же волнение и притяжение, что и я.

– Эванджелин, ты, как… как peekon dans ma patte.
– Колючка в моей ноге. Как уместно. Я предполагаю, что такова моя натура, Джексон.
– И я совсем не могу изменить это, нет.
– Его глаза были совершенно завораживающими. Впервые за несколько месяцев я хотела рисовать - просто запечатлеть этот взгляд навсегда.

– Давай избавимся от этого, cher.
– Когда он потянул за подол моей мокрой толстовки, я подняла руки выше, чтобы он мог стащить ее, оставив на мне белую майку. Которая, в настоящее время, была абсолютно прозрачной. Я могла бы с таким же успехом не надевать ничего. Его взгляд резко опустился, веки отяжелели, а кадык дёрнулся. Хриплым голосом, он сказал

– Пощадите меня.

Я никогда не видела его таким и не была полностью уверена в этом парне, который смотрел на мое тело, представляя, как он будет прикасаться к нему. Мое лицо и грудь покраснели от смущения. Когда я уже была готова провалиться под землю, он сказал:

– Non, позволь мне видеть.
– Его акцент стал сильнее.
– Я ждал слишком долго, чтобы увидеть тебя такой.

 Но мы были вместе только пару недель. Он провел пальцами по моей скуле, словно мое лицо было сделано из тонкой керамики.

– А-ах, пробормотал он и наклонился, чтобы слегка прикоснуться своими губами к моим. Его губы были такие твердые и теплые. Я могла чувствовать вкус виски. Он был совершенным... поцелуй, конечно. Он приоткрыл губы, уговаривая меня сделать то же самое. Как только я это сделала, он неторопливо погладил мой язык... и снова. Расслабленное, грешное прикосновение. Меня наполнила энергия радости. Это было так захватывающе. Наши языки встречались, снова и снова, пока я не смогла остановить стон. Я хотела от него большего. Я хотела, чтобы это никогда не заканчивалось. Мне нужно больше. Я теряла контроль; почему он нет? Его поцелуй был чувственным, но преднамеренным, словно он делал это специально. Как будто он хотел что-то доказать? Когда эта мысль возникла в моем затуманенном мозгу, он отступил с дерзкой ухмылкой.

– Теперь ты понимаешь, о чем я говорил.
– Он провел большим пальцем по моей нижней губе.
– Ты не смеешься сейчас.

– Больше.
– Я подняла руку, мои пальцы вцепились в его темные волосы, сжимая и притягивая его обратно ко мне.

Он прохрипел: - Эви?
– перед тем как наши губы встретились снова, наши языки...

Я провела руками по его спине, по изгибу его мышц. Я не могла прекратить касаться его, не могла сдержать свое двигающееся тело напротив его. Когда я сделала это снова, он углубил поцелуй. И еще. Вскоре я задыхалась, а он стонал. Его руки обхватили меня за талию, спускаясь к моим извивающимся бёдрам. Он сжал их, а затем потянулся к моей заднице, сжимая меня растопыренными пальцами, мучительно прижимая мое тело еще ближе к своему. Он дрожал из-за меня? Теперь потеряли контроль мы оба. Я любила его стоны, любила чувствовать их, и то, что мы прижимались друг к другу так плотно. Как он и обещал, мы дышали друг для друга, и я не могла насытиться. Для меня это было изменением игры, линией на песке. Жизнь до наших поцелуев и после. Он обвил свои сильные руки вокруг меня, поднимая меня, прижимая меня к своей твердой груди. Я смутно понимала, что мои ноги больше не касались дна бассейна. Он оторвался от моих губ и стал целовать шею, и говорил, обдавая ее горячим дыханием: -Tu me fais tourner la tete! Ton parfum sucre, tes secrets. Ты сводишь меня с ума! Твой сладкий запах, твои секреты. Проводил горячим языком по моей шее...

– Ах, Эви, ты на вкус так же хороша, как и пахнешь.

Я тяжело дышала: - Джексон...

Он отодвинулся, давая мне соскользнуть вниз, чтобы я могла стоять. Его голос был сиплым, когда он сказал:

– Если ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя снова, ты будешь звать меня Джек.

Я не могла думать. Я издала звук в знак согласия.

– Скажи это.

Моя голова отклонилась назад, и я прошептала: - Джек.

Он обхватил мое лицо своими мозолистыми ладонями так, чтобы я смотрела ему прямо в глаза. Существовало что-то притягательное в его выражении лица, что-то мужское и... взрослое, что я совершенно не могла понять, все, что я знала, это то, что от его пристального взгляда мое сердце пускалось вскачь.

– Ты сказала, ты хотела больше?

Его поцелуев?

– Боже, да.

Он выдохнул сдерживаемое дыхание. "Bien" (хорошо). Затем он поднял меня снова, сжимая меня в своих объятиях. Когда он поднялся на ступеньки бассейна, он водил губами по моей шее, держа меня в тумане блаженства. В мое ухо, он прохрипел: “T'chauffes mon sang comme personne d'autre” Ты нагреваешь мою кровь, как никто другой.

Я дрожала от восторга, лишь смутно интересуясь, куда он несет меня. Может он опустится на джинсы рядом с его вездесущим арбалетом. Моя спина натолкнулась на подушки. Беседка? Лежачее кресло для отдыха на двоих? Ах, больше поцелуев! Он лизал мою мочку уха, заставляя меня кричать, а мою спину выгибаться. Это была моя молния? На мгновение я почувствовала себя невесомой, а затем прохладный воздух повеял над моими влажными ногами, и моими трусиками.

Он зашипел. "Ma belle fille". (Моя красивая девушка).
– Он последовал за мной вниз, лежа наполовину на мне, наполовину на кресле. Когда он начал возиться с чем-то в кармане своих джинсов, я пробормотала: - Джек?

Он приподнялся на мне на одной выпрямленной руке, подмигнул с волчьей улыбкой, такой сексуальной, что это развеяло мои мысли.

– Я позабочусь о тебе, bebe.
– Он достал презерватив в обертке, держа его между белыми зубами, он провёл горячей ладонью вверх моему животу, пока моя майка не задралась. Он смотрел проказливо и грешно и… о-мой-бог-у-него-есть-презерватив? Для меня?