Проект Дэт-рок

– Только не к ним на обед! Нет! Лучше из погремушек вальните!

Пользуясь случаем, Родригес поставил жесткие условия:

– Только после того, как сдашь Сокола! И никакой лжи, ведь если, не дай бог, обманешь… - стал брутальней, чем был когда-либо, - Я приду в ад, чтоб прибить тебя снова!

Видад быстро уразумел - это не лучший момент для упрямства:

– Русский прячет ядерный чемоданчик в Москве, чтобы по велению сердца нажать на кнопочку. Там же и околачивается в данный момент!

Выследить его реально с помощью программы Trask Absolyushen, которая есть у создателей Дэт-рока, а значит, и у вас тоже! – после прижатый осыпал всех площадной бранью, чертыхаясь, кашляя и ненормально смеясь, - Русские же все… последние дебилы! В сотый раз убеждаюсь, что Дагестан – элита мира! А Россия и Америка слились…

Эти слова разубедили Тейлора дарить поганцу легкий уход.

– Я не согласен! – забыв в охотничьем азарте про сострадание,

Командир выстрелил двенадцатым калибром. Но не в подонка, а в замок клетки, из которой вышли несуетные гордые рыси.

– А-а-а-а-а-а-а!
–

…вскоре пообедавшие своим горе-хозяином.

– А-а-а-а-а-а-а-а! Отойдите! А-а-а-а-а-а-а! Уберите их! – разыгралось кровавое зрелище, сулящее пригоршни гортанных выкриков, звуков пожирания и рябь злорадных смешков со стороны. Тейлору показалось это киносеансом, мол, они с Полом сидят в кинотеатре, держат в руках попкорн и зырят ужастик про голодных мутантов.

Оставшись без руки и двух ступней в результате неравной схватки, Видад посмотрел в глаза рысям и сказал последнее:

– Ооох, теперь вы наелись… - спустя секунду его голова наполовину оказалась в чужой пасти.

“За взятыми реваншами следуют трофеи” – с удовлетворением подытожил Родригес.

…Меж тем самолет, на котором летела вторая ОПБ-группа, уже достиг украинской территории. ЛА управлял автопилот, что позволяло обходиться без услуг летчика.

Альбина, которую все путешествие тревожило предощущение неминуемо надвигающейся беды, не могла найти места: садилась то в одно кресло, то в другое, то набирала SMS брату, то бралась за журнал.

Роберто Гиннесс же, подобно неиссякаемому оптимисту, соблюдал тишину, почти не замечая маячившую перед носом блондинку.

– Тебя что-то тревожит? – не мог не спросить он у девушки, - А?

– Вообще-то да! – призналась Сафарова, - Скажи, мы могли спутать координаты? Так… чисто теоретически!

– Не у меня нужно спрашивать – помотал башкой Гиннесс, - Лишь Ханку известен маршрут. Его и дергай…

Вечером самолет приземлился в поле. Несмотря на то, что домами и какими-либо сооружениями поблизости даже не пахло, наемник не утомлялся повторять “вот наш пункт назначения” и попросил ребят поскорее выйти, объясняя свою торопливость страхом за матушку-Землю.

– Здесь ничего нет! – с недоволием констатировала глазастая Альби, - Зачем мы здесь?

Отдалившись на пять метров, шурша травой и мучая ослабшие от волнения коленки, она заметила впереди недавно остановившуюся разбитую машину.

“Кому приспичило бродить в такой тьме? – ничего толком не видя, во многом опираясь на отзывающуюся интуицию, ОПБ-шница добрела до авто и подсветила маленьким фонариком. За рулем сидел

толстый водитель, истекающий кровью, потерявший оба глаза, - Господи”

Закрыв ладонью рот от наскочившего страха, Сафарова по воле инстинктов повернулась назад и увидела перед собой женщину в черном монашеском одеянии. Неизвестная раскрыла капюшон, бросив тень ненависти на блондинку. Существо с лицом, покрытым желтой шерстью и мелкими черными пятнышками, с лапами, каждая из которых оканчивалась крепким иглообразным коготком, понимало человечий язык, и первое, произнесенное ею, носило строго обвинительный характер:

– Помнишь, как прикидывалась, что успокаиваешь меня, пока меня в это превращали?

– Ты? – не поверила глазам агентесса, но…

спустя полминуты неподвижного стояния на месте хлестко всыпала “монашке” и побежала обратно к самолету. И там ее ждал новый неприятный сюрприз, второй по счету: Ханк ходит вокруг физически пришибленного Роберто Гиннесса, просит дать ему ствол, затем выхватывает ствол из рук солдата и без всякой рефлексии стреляет в голову. Роберто окунается носом в траву и больше не шевелится. Forever dead!

“И как меня угораздило подписаться на это? – единственное, что гипернапуганной бегунье пришло в голову, это попросить о неубийстве. Но зловредно улыбчивый Ханк… и эти раскатившиеся по полю, низкие, грохочущие смешки, издаваемые сразу двумя глотками, исключали вариант помилования, - И как…”

Через полчаса.

Руки и ноги русской завязали скотчем, чтобы не смогла убежать, приемопередающее устройство, мобильник, личный ноутбук и прочие “спецагентовые” вещички уничтожили, чтобы с ней не смогли связаться, лицо облили водкой, чтобы… ужесточить наказание.

С девушкой уже не единожды пытались выйти на связь. Родригес, переживая за группу, час мучил рацию, но все попытки услышать голос агентши канули в лету.

Завершив возню со скотчем, воин без страха подошел к своей помощнице, к той таинственной мутантке:

– А ты молодец, кошечка! Молодец, что не выдрала глаза, которым предстоит увидеть столько боли, столько страданий…

– Прямо столько, сколько видели мы? – спросила она, глядя на себя в зеркало, одновременно ужасаясь и одновременно гордясь своим даром, - Почему бы просто ее не убить?

– Не торопи события – успокоил мутантку наемник, - Финал обещает поразить грандиозностью – и, достав из-за пазухи меч, начал проводить пальцем по лезвию, - Но придется немного поработать, попотеть!

Затем сопричастники обнялись, как брат и сестра, и Ханк выразил залежавшуюся мысль:

– Таким, как нам, правильно держаться вместе, чтобы нас никто не обидел!

Очнувшись, пленница увидела рядом с собой мертвого Роберто, порубленного на несколько “деталей”, отчего ей в момент поплохело и захотелось снова отрубиться. Дремота накатывала мягкими волнами, но не забирала бедняжку полностью. И только одно было очевидным – им еще лететь и лететь.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ – СЛОМ И СОКРУШЕНИЕ.