Проект Каин. Адам

— Что за воротами?

Часовой заморгал, но довольно быстро понял, что от него хотят, поэтому быстрым шагом, чуть ли не бегом подскочил к смотровой щели, поднял ее и выглянул в темноту.

— Ничего, товарищ капитан. Пусто.

Вепрев кивнул, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Нет, напряжение не отпускало. Что-то все-таки было не так. Он отошел в сторону, пропуская бронетранспортер, достал рацию и, подумав, нажал на кнопку вызова. Лучше пусть его потом вздрючат за ложную тревогу. Он как-нибудь переживет.

— Это Вепрев, — он перевел взгляд на солдата, до сих пор что-то высматривающего в чернильной темноте за воротами. Туша БТР влажно блестела рядом пластинами брони. — Товарищ полковник, у нас что-то происходит на периметре. Повторяю…

Именно в этот момент солдат, пялящийся в темноту, вдруг поднял автомат, высунул дуло наружу и громким, визгливым голосом закричал:

— Стоять! Кто там? Стой немедленно или я стреляю!

Вот оно! Вот чего ты ждал. Оно пришло оно совсем рядом.

— Что случилось? — капитан сделал шаг в сторону солдата, застывшему в ярком свете мощных ламп с поднятым оружием. Пять шагов. Пять коротких шагов. Он успел сделать один, успел шагнуть, одновременно спрашивая:

— Эй?.. — а потом каким-то шестым чувством, по тому, как напряглись узкие плечи паренька, он понял, что сейчас должно произойти. Понял буквально за доли секунды до того, как часовой нажал на спусковой крючок. Евгений начал говорить, желая остановить, но понимая, что уже слишком поздно:

— Не…

Время. Время всегда было против него.

— НЕ СТРЕЛЯТЬ СТОЙ ТВОЮ МАТЬ!

Ответил не человек. Автомат коротко кашлянул, выплевывая россыпь огненных росчерков в темноту. Сначала, несколько долгих секунд стояла тишина, и Вепрев уже понадеялся, что засранец промазал, но раздался вскрик и цепенеющим сознанием капитан осознал: звук, который он слышит, был вовсе не шорохом дождя, а приглушенным топотом многих ног. Босыхног.

— Есть! Я достал… — ликующий солдат не успел договорить. В следующую секунду его голова исчезла в вихре костей и крови, прозвучал хлопок выстрела. Что-то с неприятным хлюпающим звуком шлепнулось на броню БТРа, и Вепрев с отвращением увидел, как вниз сполз скальп часового. Волосы можно было отжимать от пропитавшей их крови. Евгений закричал:

— ТРЕВОГА! НАС АТАКУЮТ!

И, словно подтверждая его слова, ночь расцвела вспышками выстрелов, осветивших приближающиеся к стенам толпы грязных оборванцев, с тупым безразличием бегущих к своей цели.

Они пришли.

10.

Андрей бежал изо всех сил, ощущая на затылке горячее дыхание зараженных. Кровь из носа стекала по лицу, капала с подбородка, и он стирал ее одной рукой, не замедляя бега. Рюкзак с порванной лямкой бился о бедро, но Самарин не обращал на него внимания. Были вещи и поважнее. Например, остаться в живых.

Камень ударил в плечо, и парень сбился с шага, споткнулся, едва не упал. Благодаря слепому везению ему удалось удержаться на ногах, он согнулся, словно живот скрутила боль, и побежал еще быстрей. Бросил быстрый взгляд на рюкзак и без сожаления швырнул его назад, надеясь, что может кто-нибудь об него споткнется. Рюкзак канул в темноту, будто проглоченный невидимой рыбиной, таящейся там. Ни звука позади, но он знал, знал, что они бегут за ним. Он чувствовал их дыхание, наполненное кислым зловонием и сладостью гниющих в погребе овощей.

В боку закололо, он сплюнул вязкую слюну, нисколько не удивляясь солоноватому привкусу во рту. Он боялся поднять голову, боялся увидеть, сколько осталось до ворот. Боялся того, что ему не добежать.

Мимо просвистело еще что-то, Андрей инстинктивно отклонился в сторону. Ноги поехали по мокрой от дождя листвы, и Самарин замахал руками, пытаясь удержать равновесие. Боже, неужели вот так вот все и закончится? Если он упадет, то подняться уже не сумеет, и тогда они растопчут его, как муравья.

Все это пролетело в сознании в мгновение ока, пока он размахивал руками как сошедшая с ума мельница. Самарин попытался подтянуть правую ногу, но она заскользила еще больше, утягивая его в сторону. Наверное, он бы все-таки упал, и тогда вся история покатилась бы по другому пути, но в этот момент один из тех, кто преследовал его, невольно оказал Андрею услугу.

Палка — обычная сосновая ветка — влетела Андрею как раз между лопаток. Удар оказался довольно силен: помимо воли его кинуло вперед на несколько заплетающихся шагов. По-прежнему маша руками, с вытаращенными глазами он буквально пролетел пару метров, едва касаясь ногами земли. Впрочем, это сослужило ему хорошую службу; ступни снова нашли опору, и он побежал, сначала покачиваясь, как пьяный, но потом все быстрее и быстрее. Сердце заходилось в груди как испуганный зверек, пока он наращивал скорость, стремясь оторваться от преследователей. До слуха доносились шлепки их ног по грязи и шуршание травы, но гораздо четче он ощущал их запах. Пахло так, будто за ним бежали животные, вырвавшиеся из какого-то адского зоопарка; густая волна вони немытых человеческих тел, застаревшего пота, крови, экскрементов и мочи смешивалась в чудовищную смесь. Но поверх всего этого амбре чувствовался еще один запах — неприятный, но знакомый: кислый аромат испорченного вина.

Андрей поднял болтающуюся из стороны в сторону голову и бросил затуманенный усталостью взгляд вперед. От увиденного у него перехватило дыхание, и он захрипел что-то неразборчивое запекшимися губами. Ярко освещенное пятно ворот было всего в паре десятков метров от него.

Чудовищным усилием он заставил себя бежать еще быстрее. Теперь он видел алые в свете ламп звезды на створках ворот, видел дверцу, через которую входили люди, видел темное пятно обзорного окошка… Ему показалось какое-то движение там, в темноте, и спустя короткую секунду Андрей почувствовал настороженность часового, смотрящего на него. Шум бегущих позади утих, отдалился, как будто они решили, что их жертва не стоит того.

Самарин замахал руками, захрипел пересохшим ртом, пытаясь объяснить, предупредить. Он ощутил, как настороженность человека сменилась сначала изумлением, потом страхом, который почти мгновенно сменило отвращение вперемешку с азартом. Часовой что-то крикнул, но громко хрипящий Самарин не смог разобрать слов. Он бежал, рвался вперед. И когда до ворот оставалось метров десять, когда он уже ступил в свет слепящего прожектора, Андрей почувствовал,как отвращение солдата вытесняется холодным расчетом, замешанным на странном удовлетворении. Самарин неожиданно понял, какимего видит безликий часовой, направляя ствол автомата. Бледные на фоне пылающих фонарей вспышки заплясали в проеме смотрового окна, и Самарин охнул, когда нечто ударило его в плечо, опрокидывая назад и в сторону, на груду прелой листвы.

Адрей Самарин скатился с дороги вниз, в канаву, плюхнулся в вязкую и холодную грязь. Он слышал крик часового, слышал автоматную стрельбу, но ему вдруг стало наплевать — единственное, его сейчас волнующее — это убраться подальше от того, что сейчас станет, как он предполагал, полем боя.

Он пополз в темноте, хлюпая грязью и стараясь не обращать внимания на пульсирующую боль в простреленном навылет плече.

11.

Аня стояла вместе с Ольгой у окна, наблюдая, как к воротам подъезжает БТР. Поэтому все последующее девушки видели достаточно четко, и это до конца дней осталось в их памяти, чтобы потом являться в кошмарных снах, снова и снова.