Проект «Убийца»

– Могу вас заверить, что со всеми людьми в вашем отделе с фамилией Куинн, меня связывают только свадьбы и похороны.

Джозеф опешил, не зная воспринимать это всерьёз или как шутку, и судя по всему, то являлось и тем и другим. Куинн не поменялся в лице, расслабленно гладил кожу портфеля, не спеша покинуть кабинет, но и не высказывая желания затягивать беседу.

– Хорошо. Желаю удачи в вашей работе. Я верю в ваш объективный отчёт для спецагента Кроуфорда.

– Непременно, – Эдриан на прощание горячо пожал руку и отправился в выделенный для него кабинет.

Прост, но удобен. Небольшое хорошо освещаемое помещение со столом у большого окна, прикрытого старым жалюзи. Из-за пластика доносился шум улицы.

Эдриан расположился за рабочим столом, в идеальных отточенных движениях разблокировал портфель, достал несколько папок, разложив точно в ряд: Джозеф Маккой, Чарльз Куинн, Итон Лестер, Джонатан Бэйтс, Фобиас Куинн.

Как музыкант, готовящийся к тяжёлой партии концерта, он скрестил пальцы, щёлкнул суставами, потянувшись, и приступил к работе.

Эдриан Куинн не был консультантом ФБР. Эдриан Куинн не являлся новоприбывшим работником отдела убийств. Ему, впрочем, не было никакого дела до серийного убийцы.

Официально он консультант из следственного отдела ФБР, который решит судьбу дела. Но его основная прерогатива на службе – шпионаж. Кристофер Кроуфорд лично выбрал его из всех лучших шпионов ФБР на сверхсекретное задание, отправив в чикагскую полицию с одной единственной целью – найти крысу и задушить в зачатке, пока она окончательно не разнесла чуму по всему городу.

Целью Эдриана Куинна было поймать пособника серийного убийцы, препятствующего ходу расследования и, возможно, сливающего по нему информацию. Или если выражаться простым языком: поймать плохого копа.

Да, они не воспринимали его всерьёз. Но именно в его посредственности и чванливости заключалась скрытая угроза.

Это его не первое и не последнее задание. Эдриан не соврал, когда сказал, что окончил школу экстерном, а после и Оксфорд. В Куантико он выпустился с высокими показателями, будучи первым на потоке. Но он предпочёл вернуться в родной Чикаго, считая, что амбиции способны расцвести и дать плоды в любом месте, и глупо гоняться за чужими перспективными городами.

Эдриан не любил кичиться, но в душе был страшно горд: он не мог побороть грех гордыни и с каждым достигнутым успехом в нём прорастали из зёрен целеустремлённости и уверенности в себе высокомерие и надменность.

За три года он прошёл три успешные операции: в банке, раскрыв оффшорные счета; в преуспевающей компании, финансирующей террористов; и раскрытие банального посредничества с русскими шпионами.

Он владел пятью языками, всеми видами оружия и родовой харизмой. Двадцатью видами улыбок, десятью биографиями и двумя паспортами. А также банальной посредственностью, которая впрочем не мешала располагать к себе, когда того требовал устав.

Элементарное дело по поиску плохого копа не могло выделиться чем-то примечательным. Эдриан считал, что раскроет его за несколько месяцев, а быть может и месяц, учитывая доставшийся ему контингент.

И всё-таки ему придётся параллельно с собственным расследованием оказывать сомнительную поддержку в расследовании по серийным убийствам.

ФБР, и правда, собирались прибрать дело к своим рукам. Того требовал закон. Но для того, чтобы поймать коррумпированного полицейского, им будет выгоднее, если дело останется на данный момент в руках полиции. Да простит справедливость их цинизм.

А справедливость Эдриан боготворил. Он был идеалистом, столпом которого выступала священная Конституция. Безнадёжный трудоголик, жизнь которого смешалась с работой – он не мог отделить одно от другого. Он жил ради закона и во имя закона. Даже если однажды ему придётся посадить на скамью подсудимого человека одной с ним крови и фамилии. Справедливость превыше всего. Он был ослеплён законом как Фемида. Делил мир на чёрное и белое, на хорошее и плохое, отрицая существование полумер.

Каждый из претендентов на роль предателя представлял собой туманную личность. Но при этом ни одной веской причины в пособничестве убийству невинных граждан.

Джозеф Маккой. Пятьдесят семь лет. Построил прекрасную карьеру на чести и законности. Ни одного пятнышка на репутации, что само по себе выглядело подозрительным. Семья, дети, выходные строго по регламенту. Ни одного одной умоляющей честь истории.

Чарльз Куинн. Сорок три года. Личность крайне одиозная. Если Эдриану не изменяла память, он приходился ему дальним родственником, троюродный дядька или брат. Для него это не играло особой роли. Холост. Никаких сведений о бывших жёнах или детях. Бывший агент ФБР, о чём говорило и личное дело и его реакция на Кристофера. Что касается реакции, то Эдриан посчитал нужным допросить и самого Кроуфорда, который судя по реакции Чарльза, прекрасно с ним знаком. А также попросить дополнительные данные об уходе Чарльза из бюро. Информация в деле ограничилась скромным: «Уволился по собственному желанию». Как и его младший брат Джервис Куинн, о котором, к слову, стоило навести справки. Если информация не лгала, он работал детективом в этом же отделе.

Итон Лестер. Сорок пять лет. Бывший снайпер, семь лет служил в армии, ещё десять работал в спецназе, и только три года как вышел на своеобразную пенсию за стол бюрократического аппарата из-за профессиональной травмы. Слишком быстро построенная карьера детектива. Жена, дети, обычные семейные проблемы.

Джонатан Бэйтс. Пятьдесят лет. Ничего сверхъестественного, всю жизнь проработал в полиции, предпочитая старую добрую середину. Несмотря на ранг сержанта, судя по увиденной картине, отдал бразды правления в руки Чарльза. Тот же заядлый семьянин со скромным наличием парочки любовниц.

Фобиас Куинн. Двадцать девять лет. Самый молодой из группы, и судя по всему разгильдяй, каких ещё поискать. Холост. На удивление, окончил Куантико, но с посредственными результатами. Сразу же подался в полицию под крыло Чарльза. Кроме отсутствия семьи для прикрытия законопослушного гражданина и семейного подряда этих двоих пока что не в чем обвинить.

Эдриану предстояло досконально изучить каждого, желательно сблизившись в деловых отношениях. С кого именно начать он решил предоставить обстоятельствам.

Рабочий день закончился. Что бы Маккой не обещал Чарльзу, Куинны пересеклись в полном составе у лифта. Эдриан молча стоял между родственниками, следя за панелью, их общество ему в целом придётся терпеть ещё два этажа ожидания и три этажа поездки.

– Что за теория с подражателем? – вопрос со стороны Чарльз прозвучал неожиданно. Эдриан посчитал, что старший Куинн предпочтёт игнорировать его.

Эдриан обернулся к Фобиасу, но тот отстранённо ел шоколадный батончик, наблюдая за циферблатом лифта. Куинн-младший ответил спокойным тоном: