Профессионал

Воспрянув духом, я обследовала комнату, собираясь к банкету. Приняв ванну, превышающую размером большинство семейных бассейнов, я храбро перерыла всю одежду, обувь, сумочки и косметику.

Хотя бельё в самолёте не было чересчур сексуальным, гардероб представлял куда более широкий выбор. Я осмелилась на чулки, чёрные шелковые стринги и соответствующий открытый бюстгальтер - на случай, если Севастьян извинится за своё отвратительное поведение и признает, что его заводят всякого рода табу (ну может же девушка помечтать!)

Для банкета я решила склониться в сторону платьев, выбрав облегающее платье-футляр тёмно-синего шёлка. Этот цвет делал мои глаза больше голубыми, нежели зелёными.

Волосы я собрала наверх, чтобы продемонстрировать золотое колье-ошейник и висячие серьги. И хоть я никогда не была фанаткой косметики, тем не менее, решилась на тушь и блеск для губ.

Пригладив платье, я распахнула дверь.

Филипп?

Подумал, что смогу сопроводить тебя на пир.
– Он был одет по последней моде: узкие брюки и приталенный пиджак. Галстук был слегка ослаблен, и весь вид в целом как бы говорил: студент Лиги Плюща, рано начавший веселиться.
– Выглядишь восхитительно, кузина.
– Он поцеловал мою руку.

Если бы Севастьян проделал то же самое, я бы, наверное, подпрыгнула, как от удара током. Но с Филиппом я не ощущала ничего подобного.

Спасибо, Филипп.

В коридоре он предложил свою руку.

Ты разочаровалась, увидев в дверях меня?

Что? Нет, - солгала я.

Боюсь, что наш угрюмый друг Севастьян отказался зайти за тобой.

Правда?
– Гори.

Хотя логика тут была. Этот мужчина хотел, чтобы мы никогда не встречались; так почему бы не начать меня избегать? Он не замедлил сообщить мне, что нет никаких нас.

Филипп, хмурясь, смотрел на меня:

Никогда не видел, чтобы его так пугала симпатичная девчонка. Но, с учётом обстоятельств, нам не стоит его винить.

С учётом обстоятельств? Что ты имеешь в виду?
– Мои чёрные шпильки утопали в ковровом ворсе, пока мы шли по коридору к лестнице.

Пока ты не появилась, он был первым наследником босса.

Я равнодушно пожала плечами, понимая, что не это было причиной Севастьяновой холодности. Вновь анализируешь мужчин, Нэт?

Правда была в том, что я ничего о нём не знала.

Филипп продолжал:

Сейчас Ковалёв так к тебе расположен, что позвонил адвокатам, чтобы изменить завещание. Уже час как ты официально стала наследницей миллиардного состояния.

Откуда ты знаешь?
– Мы дошли до лестницы и начали спускаться.

Он ухмыльнулся:

У меня есть свои способы, кузина.

Что за спешка с изменением завещания?

Я его об этом не просила. Мне не нужны деньги Ковалёва. При мысли о таком богатстве и сопутствующей ответственности я сразу почувствовала, как колье на шее стало короче.

Я любила простую жизнь, а люди с такими деньгами не живут простыми жизнями.

Я не собираюсь вмешиваться в наследство Севастьяна.

Натали, я даже не думал на такое намекать.
– Он был в таком ужасе, словно я сдёрнула с него штаны.
– Прошу прощения, что обидел тебя.

О, Филипп, я просто слишком эмоционально это восприняла. Деньги действительно меня до смерти пугают.

Не самая неприятная проблема, а? Не переживай, с Ковалёвым вы всё уладите. Он разумный человек с мягким сердцем. Он пойдёт на всё, лишь бы тебе было здесь комфортно.

Не сомневаюсь, что ты прав.
– Желая сменить тему, я сказала, - вы с Севастьяном не слишком-то ладите.

Выражение лица Филиппа говорило "ты даже не подозреваешь, на сколько".

Он как злобная сторожевая собака рядом с дядей Ковом, что неудивительно, раз старик подобрал Севастьяна на улице.

Так вот где его нашёл Ковалёв? Мысль о том, что мальчишкой Севастьян жил на улице, растревожило мое сердце. Неудивительно, что я не могла его разгадать. Его характер наполовину сформировали улицы, а вторую половину нынешние привилегии.

Он не любит, когда рядом с Ковалёвым есть кто-то, кроме него.
– Филипп очаровательно задрал бровь, - я бы приветствовал такую привычку, если б она и меня не касалась.
– Когда мы спустились на первый этаж, Филипп повёл меня по просторному фойе.

И почему Севастьян тебя не любит?

Его бесит моё образование. Он никогда не ходил в школу, знаешь ли. И ненавидит, когда ему об этом напоминают. Это повод для обиды размером с Сибирь.

Что же Севастьян подумал про моё высшее образование? Испытывал ли он хоть мельчайшие сомнения, когда исключал меня?

Просто будь с ним осторожна, кузина.

Тот же совет Севастьян дал мне в отношении Филиппа.

Почему?

Он отвёл взгляд.

У мужика некоторые... серьёзные проблемы.

Рассказывай.

Филипп понизил голос:

Он сидел в тюрьме и, кажется, гордится этим. На руке у него два купола, что в бандитской среде означает две ходки. Один срок у него был в кровавом сибирском лагере. Такие места меняют людей.

У меня дар речи пропал. Я видела на нём эти рисунки, но и понятия не имела, что они значат.

И хотя теперь я узнала больше о пёстром прошлом Севастьяна, моей тяги к нему это не уменьшило. По правде говоря, слова Филиппа только добавили Севастьяну загадочности, заставив меня желать счистить один ее слой за другим. Как только вернусь в свою комнату - включу Мак и разузнаю всё о татуировках. Чёрт, да обо всём этом новом мире.

И даже не заставляй меня рассказывать о его странных взаимоотношениях с алкоголем.

Что ты имеешь в виду?
– спросила я, хотя понимала, о чём он говорит. Прошлой ночью Севастьян выпил, но только после того, как сначала несколько раз отказался пить.

Просто понаблюдай за ним сегодня. Увидишь. Ну, хватит о нём. Слушай, если тебе хоть что-нибудь понадобится, обращайся.
– Филипп похлопал меня по руке, лежащей на сгибе его локтя.
– Ты дочь Ковалёва, а этому человеку я обязан жизнью.

Правда?

Он кивнул.

Полгода назад я был в очень неприятном месте, когда внезапно умер мой отец. Дядя Ков меня оттуда вызволил.

Соболезную твоей потере и действительно ценю твоё предложение.

Из-за дальней двери в конце коридора доносились голоса и смех. Мне не терпелось к ним присоединиться, но перед самой дверью Филипп меня остановил.